носорогом. Ну ладно, дружок, ты сам напросился.
Когда Волков оказался совсем рядом и был уже готов меня просто размазать тонким слоем по бортику, я сгруппировался и подставил ему бедро, развернулся, присел... и Дмитрий с максимально глупым выражением лица улетел на нашу скамейку.
Вот так вот, дружок, это мельница, самый эффектный силовой прием в хоккее. Хотел ты меня утрамбовать в лёд, а в итоге сам отправился в полёт.
Это стало последней каплей для Волкова и когда мои партнеры со смехом вытолкали его обратно на лёд, он скинул краги и поехал на меня. Ну хорошо, вчера я тебя вырубил, давай посмотрим вторую серию.
Это было также просто как обыгрывать его с шайбой. Быстрый прямой в подбородок, от которого у Волкова слетел с головы шлем, а затем натянуть неудачнику на голову свитер. И всё, он нелепо махал кулаками, не видя меня, а я спокойно пробил еще несколько раз ему в голову. Готово!
Стадион встретил мой силовой прием и последующее деклассирование в драке громовыми аплодисментами. Уезжая на скамейку штрафников, я сделал несколько шутливых поклонов и стал ждать. Здесь за драки не удаляли до конца игры, а давали пять минут как в НХЛ. Правильный хоккей, одним словом.
Игра завершилась разгромом. 8-2 в нашу пользу, и 4 шайбы были мои. Особенно эффектной получилась последняя.
За две минуты до конца мы остались в меньшинстве 3 на 5, и меня выпустили на лед, чтобы посмотреть как я буду обороняться, до этого тренеры толком этого не видели, моя пятёрка всё время проводила в зоне соперника и нещадно доминировала, какая уж тут защита.
Правда и в этот раз посмотреть на мои навыки игры в защите тоже не получилось. Наш защитник поймал на себя богатырский бросок от синей линии, я подхватил шайбу, за доли секунд успел разогнаться, обогнал сразу двоих, и с центра площадки выкатился на вратаря.
А дальше серия финтов, уход влево и замах, на который кипер повёлся и дернулся за мной отбивая бросок, которого не было, а шайба просто зашла в ворота под щитками. Вот так вот, гол без броска, учитесь девочки!
— Нет, тут всё очевидно, — сказал мне Куницын после игры, — ты слишком хорош. Я такого давно не видел. Думаю, что в этом сезоне кубок точно будет наш. Ты точно станешь звездой, гарантирую
— Спасибо, мне понравилось, давно я так не кайфовал как сегодня.
— Это было видно, ты буквально летал на льду.
Пока мы разговаривали в раздевалке, в смежной комнате совещалось руководство команды, решая, кто в итоге прошел отбор.
И вот дверь отворилась, и я услышал растерянный голос Матвея.
— Соболев, зайди...
Глава 10
— В общем, Алексей. Не буду ходить вокруг да около, — начал Матвей когда я зашёл в комнату для собраний, — ты не прошёл отбор. Извини, но ты не в команде.
Едва он это сказал как из раздевалки послышался отборный мат Игоря Куницина, и тот буквально влетел в комнату.
— Матвей, какого хрена ты творишь? — с порога закричал Игорь, — Нам нужен Алексей. Он уже готовый игрок для топ 6, хоть сейчас ставь его в состав.
— Игорь, решение принято. Соболева в команде не будет, во всяком случае в этом сезоне. К команде присоединятся Дмитрий Волков и Сергей Грачёв. Всё, вопрос закрыт.
— Что значит закрыт? Вы берёте двух абсолютно сырых парней, а Волков так вообще никуда не годится, его учить и учить. Позицию теряет, площадку плохо видит. Грачёв получше, но тоже не фонтан. Но вы берёте их, а Соболева нахрен! Что за идиотизм?
— Если тебе от этого станет легче, то скажу. Решение принимал не я. Мне было всё ясно уже после первой смены Соболева на льду.
— А кто такой умный?
— Я не знаю. В конце первого периода пришло сообщение из попечительского совета команды что Соболева не брать ни при каких обстоятельствах. Я пытался узнать в чём причина, но ничего. Только указание что Алексея в команде быть не должно.
— Тогда и меня в команде не будет! Потому что сегодня непонятно почему мы не берём топового игрока, а завтра что? “Извини Игорь, попечительский совет решил что ты больше не капитан и вообще до свидания”, — передразнил Куницын Карпова.
Я же в этот момент просто развернулся и вышел из комнаты, а потом и из раздевалки.
Мне всё стало понятно когда Карпов сказал что Волков прошел отбор. Если до этого момента я был готов спорить и что-то доказывать, то потом нет.
Мне понятно что случилось, и Куницыну было бы понятно если бы он знал о моих тёрках с Волковыми.
Оказывается не только у нас большая волосатая рука наверху дергает за нужные ниточки, а потом принимаются вот такие вот решения. Наверняка это работа Волковых, переговорили с кем надо, кому-то что-то занесли и готово.
Удивительно только как быстро эти гниды сработали, всего чуть больше часа прошло с момента начала отбора, а они уже всё обстряпали.
И что теперь делать совершенно непонятно. Хоккей был моей главной, пожалуй, даже единственной надеждой занять достойное место в этом мире. И, что еще хреново, ясно, что Волковы от меня не отстанут. Раз уж они пошли на то, чтобы напрямую нанести ущерб главной гордости Академии, то ждёт тебя Лёха большая такая задница. Забьют тут тебя.
Занятый этими невеселыми мыслями я вышел из ледового дворца и сел на его ступеньках. Зрители к этому моменту давно разошлись, и мне никто не мешал просто сидеть и бездумно смотреть в ночное небо.
А оно было интересное. МИМА находится в центре огромного города, но при этом звёзды видно так же хорошо, а может даже лучше, как если бы я был где-нибудь далеко далеко от цивилизации.
Последний раз я такое видел в Хакасии, почти 10 лет назад, когда родители взяли меня на неделю в поход по Саянам. То детское впечатление я запомнил на всю жизнь. И сейчас я видел тоже самое. Миллионы и миллионы звёзд смотрели на меня с неба, а я смотрел на них.
— Извини Лёха, что так получилось, — раздался сзади голос Куницина.
Он тяжёло
