Опустившись на одно колено, Макс осторожно взял в руки мою ступню. Сжал, осторожно массируя и я чуть не застонала от удовольствия. Размяв и вторую он уверенными жестами надел на меня кроссовки и зашнуровал аккуратными и одинаковыми бантиками.
- Нормально?
- Ага.
- И это, - надел мне на шею специальную перевязь и устроил в ней руку.
Помог мне встать, а потом набросил на плечи короткое кремовое пальто. Побросал в небольшую сумку остальные вещи, а телефон отдал мне в руки.
- Поехали.
В коридоре ждала охрана. Хмурый Егор принципиально на меня не смотрел, Дима же наоборот приветливо улыбнулся. Третий мужчина – тот самый, которому прилетело от Макса по лицу – даже поздоровался. Всего было семеро охранников. Четверо нас окружили, остальные пошли вперед. Передвигались мы быстро, словно даже здесь, в больнице, могло быть опасно. Последний раз возле меня было такое количество охраны лет двадцать назад. Прав был папа, времена не меняются.
Нас ждали три одинаковых внедорожника с уже заведенными двигателями. Макс помог мне забраться на заднее сиденье одного из них, сам сел рядом. На передних сиденьях разместилась охрана. Разделительный щиток сразу подняли, оставив нас с Максом наедине. Обняв меня здоровой рукой, он сразу «ушел» в свой смартфон. Прижавшись к мужскому плечу, я слепо смотрела в окно, за которым проносились автомобили, мрачные из-за хмурого неба улицы и спешащие по делам прохожие.
Максу часто звонили. Я прислушивалась к разговорам, но не смогла извлечь ничего важного в плане ситуации с Киром и покушением на меня. Впрочем, глупо думать, что он стал бы обсуждать нечто подобное по телефону и при мне.
Мои проблемы, это мои проблемы.
Через какое-то время мы остановились на автозаправке. Другие путешественники с нескрываемым любопытством вперемешку с неприязнью, какую рождает классовая ненависть, смотрели, как меня трое мужиков провожают в дамскую комнату, предварительно освобожденную от других посетительниц. Разглядывали нашу с Максом одежду, автомобили. Давились кофе и хотдогами от зависти, не могучи осознать, что завидовать нечему. Они же не видели шрамов у Макса на теле и как он на стены бросался во время приступов. Не знали, что меня ему мой муж за долги отдал и будь ситуация иной, я бы сейчас была секс рабыней бандита. Не знали они и того, что нас обоих – меня и Макса – могла не стать всего-то несколько дней назад. Всего этого они не знали, как и того, что я не раздумывая променяла бы дорогие шмотки, тачки и особняк на старую черную «беху» и ту однушку на окраине города. Лишь бы только не оглядываться через плечо и не гнать от себя мысли о том, что случилось прошлой ночью и какие опасности готовит нам похожее на темную бесконечность будущее.
В какой-то момент я задремала. Несмотря на две чашки кофе и постоянное напряжение. Видимо выздоравливающий организм наплевал на выкрутасы мозга и просто решил набраться таких необходимых для себя сил. Мне что-то снилось. Что-то тревожное, даже пугающее. Но когда Макс разбудил меня тем, что осторожно вынес из машины, я не смогла вспомнить снов.
- Макс твое плечо…
- Нормально с ним все.
Я фыркнула. Крепче обняла его за шею и обвела глазами окружающую обстановку. Уже стемнело. На небе зажглись звезды и полная желтая луна. Они освещали хребты возвышающихся над нами величественных гор, заросших лесом. Перед нами были несколько одинаковых красивых двухэтажных домов из деревянных срубов, расположенных в шахматном порядке на склоне меж деревьев. Если бы не фонари и не автомобили, то показалось бы, что мы попали в прошлое. И сейчас одна из деревянных изб отворится и оттуда появится одетая в вышитое платье старушка-ведунья в разноцветном платке на седой голове.
- Добрый вечер, добро пожаловать! - затараторил невесть откуда взявшийся невысокий мужчина средних лет в униформе. – Прошу сюда.
Заметно нервничая, он проводил нас в один из домов. Внутри уютно пахло какими-то травами да и вся обстановка была в национальном стиле. Современная техника очень изящно была вписана в интерьер.
Макс занес меня наверх, уложил на кровать.
- Сейчас приду, - сказал, поцеловав в щеку.
Я думала хотя бы раздеться, а еще улчше искупаться с дороги, но усталость оказалась сильнее привычек и я снова провалилась в сон.
Три следующих дня были относительно тихими. Мы с Максом смотрели фильмы, вкусно ели и прогуливались вместе с охраной по живописному лесу, в котором затерялся коттеджный комплекс. То и дело я пыталась окольными путями выспросить что да как, но всякий раз получала ответы в стиле «моих проблем». Макс работал удаленно, иногда отдавал распоряжения начальнику своей охраны Роману и в целом вел себя так, словно все проблемы бесследно рассосались сами собой. Вот только каждую ночь я находила его на веранде со стаканом виски в руках, который он выплескивал за ограду, а потом обнимал меня и уводил в спальню. И тогда мы не спали до самого утра уже вместе.
- Света, все время забываю отдать твои документы, - утром на четвертый день Макс положил передо мной два паспорта и водительские права. Совершенно новые.
Я взяла их в руки.
Светлана Боева.
Сердце замерло, а потом застучало часто-часто.
- Я тебя со Славецким развел, ты же не против? – максимально небрежным тоном спросил мужчина.
- Макс…
- Что «Макс»? Хренушки я тебя куда отпущу, поняла, девочка? Мог бы цепями к себе привязал, так что скажи спасибо, что ограничился штампами и фамилиями, - его голос дрогнул. – Ах, да, забыл совсем.
Достав из кармана черного худи квадратную коробочку красного дерева, Макс открыл ее и достал оттуда кольцо. Тонкий платиновый обруч с рубином, окруженным бриллиантами засверкал в лучах полуденного солнца, льющихся в открытое окно.
Макс опустился на одно колено и, взяв мою руку, осторожно надел кольцо на безымынный палец. Потом поцеловал костяшки. В носу у меня защипало.
Мы встретились взглядами. Синие-синие глаза, которые мне дороже всех драгоценностей на свете сияли, на щеках играли ямочки и улыбка была совсем такой же, как я помнила.
Глава 26
В мой сон ворвался жуткие, полные боли и отчаяния стоны. Макс метался на подушке, словно в лихорадке.
- Ма-акс! - я слегка встряхнула его за плечи, обхватила ладонями покрытое испариной лицо.
Резким движением он схватил меня за запястья и дернул к себе.
- Макс, это я!
Он подмял меня под себя, навалился всем весом, вдавливая в матрац. С рычанием смял губы и толкнулся языком в рот. Сильно, почти по боли, сжал груди, прошелся по талии к ягодицам.
Я упиралась в его предплечья. Не то чтоб оттолкнуть, просто чтоб немного схватить воздуха, которого катастрофически не хватало из-за веса мужчины и яростных толчков языка во рту. Сдавленно мычала, но Макс словно не слышал и не чувствовал… Абсолютно ничего кроме какого-то нереального, почти безумного возбуждения. С хриплыми стонами он сминал мое тело, пожирая рот. Из моих глаз покатились слезы. Я дрожала от обиды и ужаса, физического ужаса женщины, которую сейчас поимеют против воли. И еще кто…
Пыталась вырваться изо всех сил, но Макс как каменная глыба, которую в жизни не сдвинуть. Ужасно разболелась еще не до конца зажившая рана.
- Макс… Пожалуйста… Не надо, - услышала я собственный срывающийся хриплый шепот, когда Макс, задыхаясь, оторвался от губ.
- Не надо! Мне страшно!
Словно очнувшись, он посмотрел на меня. В предрассветном полумраке лицо мужчины было белым, как снег. Бешеный взгляд горел огнем.
- Света! – торопливо слез, потом приподнялся на локте и прикоснулся к мое щеке. А
я дернулась и, разрыдавшись вголос, попыталась отвернуться, но он не дал.
- Прости, - обхватив обеими руками приятнул к себе. Прижался ледяными губами ко лбу, сжимая меня крепче. Сильно дрожал, настолько, что стучали зубы.
- Прости, прости, - одержимо шептал, покрывая поцелуями мое лицо, - Прости-и-и-и.
