Мне очень жаль дедушку, ведь он заменил нам с сестрой отца, любил нас, заботился, холил и лелеял. И никогда не ругался, что бы мы не вытворяли.
«Внученьки, девочки, умнички»… Он баловал нас гораздо больше, чем строгая и требовательная бабушка. Но и учил многому — дедушка был лучший охотник в клане, читал тропинки в лесу как книгу. Обучал нас стрелять из лука, метать ножи и правильно кидать точно в цель специальные камни.
А еще он знал великое множество историй, в основном — про животных. И мы увлеченно слушали перед сном сказки. Почему сохатые ведут себя так, а не иначе. Почему некоторые птицы вьют гнезда на земле, а некоторые — рядом с человеком. Почему Хранительницы не могут обращаться ни в кого из зверей и птиц, но при этом все кланы им подчиняются. Как создавались кланы, скалы и всевидящее озеро и почему в нем нельзя купаться никому, кроме нефельдов.
И вот мы провожаем его дух, витающий пока где-то здесь, рядом, скорее всего — возле бабушки. Тело его скоро привезут на погребальных красных санях и возложат на кострище, и чем выше будут языки пламени, тем скорее прилетит на своих крыльях огненный волк, Семаргл, и заберет моего дедушку с собой, в туманные леса Мары. Только бы бабушка не ушла вслед за ним, как наша мать — за отцом.
Мне вдруг становится очень страшно, просто до озноба. Смерть отца покрыта тайной, смерть деда покрыта тайной… Если сейчас уйдет и бабушка, мы с сестрой останемся совсем одни. Я — еще очень молодая, не до конца обученная и не вступившая в силу Хранительница. Да, у меня уже выбран защитник, муж, опора. Но до тех пор, пока не узнаю тайну гибели отца и деда, я не буду подвергать своего любимого опасности и сестру предупрежу, чтобы не торопилась со свадьбой.
И вот на этой мысли меня переносит во времени еще немного вперед.
Буквально на несколько месяцев. В то же самое место у всевидящего озера.
Кругом снова накрыты столы, и поют песни во славу Мары. Но только иные песни, про то как переплела-скрутила богиня две души в одну, и теперь нить двух судеб в один клубок мотает…
Сама я, рядом с братом, среди гостей, за столами. Сестренку с ее парнем тоже неподалеку вижу. А вот бабушки нигде нет. Внутри у меня пасмурно и туманно, как в Маровом царстве. И вот появляется невеста в белом платье, ее длинные волосы распущены, и в них уже слишком много седины, а на ее лице я знаю каждую морщинку. А я-то боялась, что она уйдет вслед за дедом, бросит нас с сестрой одних. Но такой поспешной свадьбе мы тоже явно не рады, и среди других гостей не чувствуется веселья, скорее, какое-то всеобщее напряжение. Странно все это, еще одна тайна.
Интересно, а кто же жених?
И тут, в окружение избранных своего клана появляется он, новый избранник Хранительницы. И сердце у меня пропускает пару ударов, я судорожно сжимаю пальцами руку моего любимого. И, судя по широко распахнутым глазам сестры, — она тоже ошеломлена увиденным. Значит, бабушка до последнего скрывала ото всех своего будущего мужа? Неудивительно! Мы бы опоили ее дурман-травой и не дали совершиться этому браку. Моя бабушка — жена вождя клана Драфейори[6], огромных птиц, больше всего похожих на наших воронов, но достигающих размеров орла. Властолюбивые, эгоистичные, мерзкие создания!
Любимый резко выдергивает руку и выскакивает из-за стола, а в его глазах плещется гнев. Конечно, ведь Драфейори — основные враги Ятрейльдов[7], клана моего Кречета.
Как? Почему? Зачем?! Для чего?!! Что могло произойти такого, чтобы бабушка согласилась на этот странный союз?!
Вот вся такая я и проснулась — один сплошной вопрос со вкусом плесени от ужасной тайны, кислоты предательства родственницы, горечи обиды за любимого… Какое-то время лежала на кровати и смотрела в потолок, пытаясь убедить себя, что это всего лишь сон. Ну, или ладно, хорошо, — воспоминания из прошлой жизни, и ключевое слово тут «прошлая». Даже не мои воспоминания, чужие, неизвестной мне девушки, жившей в другом мире много лет назад.
И тут в окне я увидела ворона. Паранойя у меня достигла немеренных размеров: мой воспаленный мозг вдруг решил, что страшный крючконосый мужчина с злобным взглядом из моего сна и эта склонившая голову на бок птица, внимательно смотрящая на меня черными блестящими глазами с едва заметным красным отливом, чем-то неуловимым похожи. Вдруг резко вспомнив, что являюсь существом женского пола и имею право на странные поступки, я подскочила, задернула штору, схватила телефон и залезла с ним на кровать. И, только накрывшись с головой одеялом, я начала искать в списке контактов телефон Алекса. Когда я уже приготовилась нажать на зеленую кнопочку, братик позвонил сам. И родным до слез сонным голосом спросил, как у меня дела. Люблю — не могу просто!
Глава 9
АлексВыслушав сестру, я сполз с дивана на пол, обнял колени и уткнулся взглядом в телевизор. Не то, чтобы мне хотелось просверлить в нем дыру или магическим образом вспенить воду во всевидящим озере… Просто я, когда думаю, застываю с открытыми глазами и даже не мигаю почти. Со стороны жутковатое немного зрелище — у отца такая же привычка была, насмотрелся в детстве. Но зато думается хорошо, с закрытыми глазами такого же глубокого погружения в мыслительный процесс не происходит почему-то.
Не нравился мне этот ворон, сильно не нравился. И, главное, вот это странное чувство-воспоминание, как я за подобной пернатой тварью охочусь, подлетаю к ней сверху, хватаю ее цепкими когтями, и мы стремительно пикируем вниз… Оно ведь означать могло только одно — с подобной птичкой у меня уже давние счеты и явно с переменным успехом.
Сначала я планировал один нырнуть в это озеро и, забравшись на скалы, к нилифам, объяснить им, что у меня вопрос жизни и смерти, и попросить их сгонять за Рутором. Нагло прогулочным шагом переть до селения дарпеолов я точно был не готов, мало ли какая дрянь на пути поджидает. Даже если бы меня сразу у озера схватили тайоки, как-то проще было бы одному выкручиваться. И с героической мужской точки зрения, и с эгоистической влюбленной.
Но этот план я придумал до того, как сестренка про крылатого шпика в окне рассказала. А теперь надо было обдумать, что опаснее — оставить ее тут одну или тащить с собой на скалы к нилифам.
— Я иду за Рутором, а ты сидишь здесь и никуда, слышишь?! Никуда не выходишь! Раз эта птица до сих пор не проникла в комнату, значит, не может. Пусть за окном прыгает, за шторами, правильно? — я умоляюще посмотрел Лекси в глаза. — А я быстро, туда и обратно.
Сестра очень серьезно на меня посмотрела и кивнула, соглашаясь. Все же она у меня умница! Я готовился как минимум к двум контратакам и длительной обиде, а тут сразу раз- и согласились. *Лекси:* Судя по лицу брата, он не ожидал, что я так легко дам себя убедить. Но его вариант был вполне здравый — на скалах я только мешаться буду. Судя по прошлому походу, скалолазание — это не мой вид спорта, слишком далеки мы друг от друга. Опять же, если на пути брата встретятся тайоки, то бегает он намного быстрее меня. Как не крути — а пользы от меня никакой, тяжелый драгоценный камень за пазухой, который надо будет беречь.
