— Может и знаю… Так, документы, пожалуйста…
— А что, собственно говоря, случилось–то?
— Известно, что — скорость.
— А, скорость?! Скорость — это серьёзно! Ладно, скорость, так скорость, — Антон пытался переломить ситуацию, как говорится, на корню, но пока не знал, с чего начать. — Командир! А хочешь на ровном месте пятихатку срубить?
— Это как это?
— Я тебе дам пятьсот бакинских если ты меня обуешь, а ты мне дашь пятьсот, нет штуку, если меня не тронешь. Годится?
— Давай, — и гаишник начал с жаром потирать ладони, предвкушая большие деньги.
Антон вышел из машины и с большой иронией глянул на инспектора, который был ровно на две головы ниже и на пять голов, как минимум, тупее.
— Вот мои права, вот техпаспорт, а вот моя непроверяйка, — Антон доставал из внутреннего кармана кожаной куртки свои документы. До непроверяйки дело не дошло, т. к. инспектор понял, что обмишурился на 1000 долларов США. — А вон и Виктор Иванович.
Последняя фраза была ключевой, т. к. именно теперь инспектор понял, что с ним сыграли очень злую шутку. Как–то надо было выходить из положения, но как? Такого он ещё ни разу не видел. В чистом виде разводилово. Обычно он мог из невиновного сделать нарушителя, из умного и интеллигентного — убогого и раздавленного,…
— Ладно, командир! Давай сюда мои документы, бери своего напарника и поехали с нами в кабак. Я тебя состыкую с Виктором Ивановичем, он тебе карьеру подправит. Считай, что тебе крупно повезло, что ты с ним встретился. Ты понял?
— А нам ещё пять часов надо работать до конца смены, — промямли только что бравый и наглый инспектор.
— Ты — придурок, или где? — удивился Антон. — Я тебе предлагаю нас сводить в хороший кабак в знак нашей возможной дружбы, а ты, мудак, упускаешь, это самое, значит, сам из своих рук. Так, да?
— Ну, ладно, ладно. Сейчас я Виталика сориентирую, — и инспектор направился быстрым шагом к прятавшемуся за кустами напарнику.
О чём они шептались, что такое говорил первый второму — это и не важно. Но уже через пару минут две машины выдвинулись в город Осташков.
Гаишники ехали первыми, то и дело сбавляя скорость, чтобы не потерять питерцев.
А тем временем в лексусе стояла самая обыкновенная ржачка. Все трое дико смеялись над провинциальной милицией, которая купилась на откровенную галиматью. Виктор Иванович вспомнил Гоголя, который создал актуального и поныне Ревизора.
Слегка успокоившись, Антон прибавил громкость радиоприёмника, из которого опять донеслась всё та же радиостанция с той же ахинеей про пирамиды.
Интервью давал Николай Владимирович Классен, заместитель директора по науке Института Физики Твердого Тела РАН.
— Жидкость, достаточно однородная и не содержащая каких–либо механических включений, может быть охлаждена до температуры намного ниже точки замерзания.
Если же мы внесем возмущение в эту среду, к примеру, ударим сосуд, то жидкость преодолеет энергетический барьер и перейдет в стабильное состояние, проще говоря, — затвердеет. На подобном эффекте основан принцип действия «камеры Вильсона», используемой физиками–ядерщиками.
Утверждаю, что подобные опыты, демонстрируемые в качестве подтверждения феноменальных свойств пирамиды, абсолютно не доказательны.
— «Феномен пирамид» раскручивается по всем правилам коммерческого проекта, — заметил Виктор Иванович. — Спорадические публикации на протяжении «подготовительного» периода, потом — мощный выброс информации с привлечением солидной прессы и центрального телевидения. Сейчас уже пришла пора стричь купоны: по более дешевым телеканалам (дециметровым) транслируются рекламные ролики, в которых я несколько раз видел самого г-на Голода, перечисляющего достоинства своего изобретения, а его собеседница — ведущая, замирающим от восхищения голосом предлагает приобрести уменьшенную керамическую копию большой пирамиды, заказав ее по телефону фирмы–дистрибьютора. Цена пирамидок — 5000 рублей (для льготных категорий — от 3500 до 4000 руб.).
— Это самое, что — серьёзно? — спросил Антон и причмокнул языком.
— А то! Делают эти пирамидки на заводе, производящем электроизоляторы. Какова себестоимость этих вещиц, разумеется, не моё дело. Реклама есть реклама, но знаю точно, что Генеральный директор НПО «Гидрометприбор» еще до окончания строительства пирамиды на Рижском шоссе в программе «Час пик» заявил, что в зоне ее воздействия окажется вся планета. Пидор, бля! — вдруг грязно выругался Виктор Иванович, а затем после небольшой паузы продолжил, — В информационном выпуске ТСН, например, утверждалось, что «энергия», идущая в пирамиду из «космоса», может быть как «положительной», так и «отрицательной».
— Ерунда какая–то, — только и сказал Антон.
— Такой подход можно объяснить либо крайней безответственностью по отношению ко всему населению Земли, либо заведомым блефом, — прокомментировал Виктор Иванович. — Однако, в тех же «новостях» перечислены солидные исследовательские институты, подтвердившие факт воздействия пирамид экспериментально на некоторые вещества. В своих попытках выяснить в названных учреждениях подробности проведенных испытаний я натолкнулся на стремление избежать однозначных ответов, либо вообще дистанцироваться от всего, что связано с этим проектом. С сотрудником одного из институтов у меня состоялась любопытная беседа.
— По пьянке? — поинтересовался Виктор.
— Ну, разумеется, что не на сухую, — ответил профессор.
— Так, ну–ну, — решил поторопить Антон, которому было крайне интересно узнать, чем вся эта история закончилась.
— Если вы намерены говорить о научных изысканиях господина Голода, то боюсь, разговора не получится из–за отсутствия предмета для разговора, — сказал Виктор Иванович.
— Нет, ну а чем же всё–таки эта Байда кончилась? — Антон очень хотел услышать всю историю до конца.
— Заместитель директора Гематологического научного центра РАМН, Владимир Городецкий, считает официальную ссылку на участие Центра в эксперименте совершенно не правомерной. Он говорил, например, что не исключено, что его сотрудники привлекались к опытам, но если это и делалось, то, безусловно, в частном порядке.
— Вот жук! А? — только и молвил Виктор.
— Да, это тебе не бабам сиськи крутить! — важно констатировал Антон.
— Другой представитель медицины, главный врач участковой больницы в Павловской Слободе Владимир Седов имеет непосредственное отношение к проблеме, так как значительная часть его пациентов проживает невдалеке от «заколдованного места». Владимир Гаврилович сдержан в суждениях, — продолжал повествование Виктор Иванович. — Общая картина заболеваний не сильно отличается от обычной. Смертность, особенно среди пожилого населения, несколько снизилась по сравнению с 1998 годом, но это можно с некоторой долей цинизма объяснить тем, что кому положено было умереть, уже умерли раньше… Эпидемия гриппа тоже оказалась не такой страшной, как ожидали. Те же, кто посещал пирамиду, держат дома камни, воду, — отмечают улучшение самочувствия. Был случай излечения от мочекаменной болезни: камни благополучно вышли естественным путем.
— Каким путём? — спросил вдруг Виктор.
— Естественным путём, — ответил Антон.
— Через жопу, что ли? — решил уточнить Виктор.
— Сам ты через жопу, мудила из Тагила, — ответил Антон.
— Для переломных моментов жизни общества характерен повышенный интерес к мистике, к загадочным природным аномалиям, — Виктор Иванович вошёл в раж, его было уже трудно остановить. Он рассказывал так, словно читал лекцию студентам своего университета. — Например — повальное увлечение спиритизмом в начале двадцатого века. Спрос рождает предложение: даже самые бредовые идеи буйно расцветают, попадая на плодородную почву экзальтированного сознания, готового воспринимать любые «чудеса». Вопрос о том, какова природа конкретного явления — экстрасенсорика ли, эксперимент ли профессионала–психотерапевта или фокусы дилетанта — часто бывает второстепенным.
Антону уже порядком надоела затянувшаяся лекция о каких–то там пирамидах, и он незаметно для Виктора Ивановича прибавил громкость радиоприёмника. А там, увы, всё расхваливали и расхваливали пирамиды Голода. Профессор тотчас же умолк, обратившись в слух. Он внимательно слушал, то и дело кивая или поднимая указательный палец вверх, невольно акцентируя внимание на очередную реплику из радиоприёмника. По лицу блуждала коварная улыбка, свидетельствовавшая об истинных чувствах и пренебрежительном его отношении ко всей этой галиматье.
В нашем случае человек, узнавший из рекламы, что пирамида обладает «антистрессовым» воздействием, действительно может, получив этакий духовный паллиатив, почувствовать себя лучше. Но точка зрения психиатрической медицины такова, что любая пропаганда, массовое тиражирование подобных методик и применение их ко всем желающим недопустимы: слишком высок процент обострений и побочных эффектов.
