не получится, – отец отсмеялся и уже вытирал слезы с глаз. Говорил он решительно и в то же время спокойно. Так, как будто уже все для себя решил. И конечно же, меня и не подумал спросить! – Он прав. Когда дело касается женщины, даже император демонов не может пробить такую защиту.
– И ты оставишь меня ему?! – искренне возмутилась я. – Меня?! Свою дочь?! А если он снасильничает?!
– За кого ты меня принимаешь?! – оскорбленно взревел Дариус.
– За психа, гоняющегося за бабами, – отрезала я. – Папа!
– Детка, на тебе мощная защита, и демонов, и богов. Без твоего желания он и пальцем к тебе не прикоснется, – ответил мягко отец. – Поверь, здесь тебе ничего не угрожает.
«Испорть ему жизнь. Он сам от тебя откажется», – прочитала я между строк и угрожающе прищурилась. Испортить жизнь, значит? Да не вопрос. Сделаю, причем без проблем. Пусть потом не жалуется, гад такой.
– Мама придет сюда завтра, вместе с твоей бабушкой, – добил Дариуса отец. Тот скривился, как будто проглотил целиком лимон. – С ними все и обсудишь.
– Как скажешь, папочка, – ангельским голоском пропела я.
В голове постепенно складывался план действий. Ну, Дариус, ну, гад такой, берегись!
Отец нежно поцеловал меня в макушку, затем открыл портал и сразу же исчез. Мы с этим любвеобильным гадом остались наедине.
– Лизетта, – начал было он.
Я в ответ скрутила фигу.
– Лесом. Понял? Видеть тебя не хочу, козла того. Замок, перенеси меня в мою спальню!
Как ни странно, через несколько секунд я действительно очутилась в выделенной для меня спальне. И никто не пытался мне помешать.
Мысленно ругаясь про себя, я завалилась спать.
И уснула. Практически сразу же. Снился мне Дариус, за которым я гонялась с сачком по полю. Весело смеялась, загоняла свою жертву, снова и снова взмахивала сачком. Дариус отчаянно матерился, пытался улететь от меня на маленьких крылышках, но раз за разом спотыкался, падал и…
А вот тут я проснулась. Выспавшаяся и относительно довольная жизнью.
В Бездне солнце не светило. А потому я понятия не имела, день сейчас или ночь. Как и не знала, когда ждать визита матери и бабушки.
Бабушка. У меня есть бабушка. Внезапно. Там, на Земле, родители уверяли меня, что они оба – сироты. А оказывается, что у мамы так уж точно родители имеются. И теперь я с нетерпением ждала их появления. И сама познакомлюсь, и одного излишне наглого инкуба на место поставлю. А то совсем с катушек съехал. Сам по бабам постоянно шляется, спит в чужих постелях и при этом отцу меня не отдает.
При мысли о Дариусе у меня сами собой пальцы сжались в кулаки. Так и прибила бы гада! Инкуб он, видите ли! Поэтому за каждой юбкой гоняется!
Между тем заныл желудок, нескромно намекая, что его пора кормить, пусть и изредка.
– Замок! – приказала я. – Принеси сюда завтрак. Что-нибудь съедобное.
Мое приказание исполнилось – на столике у кровати появился поднос с едой. Пришлось вставать и рассматривать блюда. Каша, гренки с джемом, яичница с беконом. Компот. В общем, наесться можно.
И я ела. С удовольствием ела. Все тщательно жевала. И думала при этом. Я понятия не имела, как буду общаться с родственниками. Но зато прекрасно знала, как стану изводить Дариуса. Конечно же, если он к тому моменту не поумнеет и не согласится вернуть меня семье.
Глава 28
Тонкими ветвями
Я б к нему прижалась
И с его листами
День и ночь шепталась.
Но нельзя рябине
К дубу перебраться,
Знать, судьба такая, -
Век одной качаться.
«Тонкая рябина»
Что называется, на ловца и зверь бежит. Не успела я поесть и переодеться, чтобы встретить гостей в приличествующем виде, как в дверь постучали.
– Войдите! – крикнула я.
Дверь открылась. Порог перешагнул хмурый Дариус. Он окинул меня многозначительным взглядом с ног до головы и буркнул.
– Твоя родня здесь.
Выглядел он не особо. Вроде и нарядно одетый, по местной моде, а вот выражение лица… Мой приятель на Земле обычно называл это самое выражение «рожа кирпича просит».
Визит родни, в том числе и его будущей, Дариуса явно не порадовал. Но то были только его проблемы. Меня, например, не радовало, что он оказался инкубом. И ничего, он еще жив. Как ни странно, угу.
– Ты подашь мне руку? – кокетливо улыбнулась я, подходя и вставая рядом.
– Чтобы меня снова твоя защита приложила? – буркнул Дариус, не делая попыток прикоснуться ко мне.
– По бабам бегать не надо, тогда и прикладывать не станет, – любезно просветила я его.
«Тебя забыл спросить, что мне делать», – прочитала я во взгляде Дариуса. Но он разумно промолчал. И правильно сделал. Я была не в том настроении, чтобы выносить его умничанье. Больше молчит – здоровее будет.
И по коридору мы, естественно, пошли молча. Он был достаточно широким, так что шли мы, не касаясь друг друга.
Неспешно спустились по лестнице на первый этаж, зашли в одну из гостиных там.
Мама, высокая худощавая шатенка с карими глазами, одетая в сшитое по местной моде платье, ахнула, увидев меня, подскочила из кресла… И уже через пару секунд мы обнимались. Не плакали, нет. Не дождутся. А вот обнимались – да, с чувством, причем. И я поняла, что действительно скучала без своих настоящих родителей.
– Ах, детка, все так внезапно, – вздохнула мама, отстранившись. – Никогда не думала, что снова вернусь в этот мир, окажусь в Бездне. Но папа почувствовал чужую душу в твоем теле. И мы отправились за тобой.
– Ларая, представь меня внучке, – послышался позади нас властный женский голос.
Мать едва заметно поморщилась, но повернулась.
– Мама, позволь представить тебе мою дочь Алину. Алина, детка, это твоя бабушка, Ширкая, богиня любви и домашнего очага.
Бабушка оказалась невысокой брюнеткой, синеглазой, худой, симпатичной и очень, очень уверенной в себе. Она смотрела на мир так, будто говорила: «Вы все – пыль под моими ногами. Запомните это». Прическа по последней моде, яркое цветастое платье, сразу бросающееся в глаза – каждая деталь в образе бабушки была явно продумана.
– Ну-ка, дай посмотреть на тебя, внучка, – бабушка приобняла меня, чуть сжала плечи, внимательным взглядом уставилась в лицо. – Ну и жениха ты себе подобрала. Как будто лучше никого не нашлось.
– Я попрошу! – вскинулся с видом оскорбленной невинности Дариус.
До этого он стоял неподалеку от меня молча, с недовольным видом. А теперь, явно задетый словами богини, решил проявить себя. И я даже залюбовалась им.
