– И чего ждем? – мрачно поинтересовалась я у самой себя и, тут же взвыв, уткнулась лицом в подушку. Даже вдруг плакать захотелось от накатившего отчаяния. Разум, конечно, делал слабые попытки доказать, что вчерашнее – вообще не повод впадать в депрессию. Ну подумаешь, то, что считала выдумкой собственного воображения, оказалось реальностью. Да и поцелуй ведь не преступление. Правда? С Андреем мы вроде как расстались. И вообще девушки моего возраста на поцелуях не заморачиваются. Нечего делать великое событие из почти обыденности. А необычным ощущениям вполне есть какое-нибудь весьма прозаическое объяснение. Может, дело как раз таки в той недостающей составляющей талисмана. Мало ли что это и какими свойствами обладает… Но почему Руслан не позвонит мне или не напишет?! Неужели ему и вправду все равно?!
– Карин, ты уже проснулась? – в комнату заглянула мама.
– Типа того, – пробормотала я, отрывая лицо от подушки.
– Все нормально? – растерялась она. – А то у тебя лицо такое, как будто плакать собралась.
– А какое, по-твоему, должно быть лицо у только что проснувшегося человека? – пробурчала я, вставая. – Заспанная я просто.
– Давай тогда окончательно просыпайся и иди завтракать, пока пирожки не остыли. Мы с папой сейчас по магазинам поедем, а вечером на юбилей к его начальнику, так что дома весь день одна будешь. Или ты тоже куда-нибудь собираешься?
– К девчонкам пойду, наверное, – я не стала вдаваться в подробности. – Не переживай, найду чем заняться.
В Башню я поехала сразу после завтрака. Просто не было сил уже сидеть дома и слушать, как молчит мобильник. Злосчастный телефон выслушал все, что я думаю, и в качестве наказания был оставлен в моей комнате на тумбочке. Мол, вот пусть теперь Полянский звонит надрывается, я все равно не отвечу. Думать же о том, что у Руслана и мысли обо мне нет, я не стала. Хотя в глубине души и так это прекрасно осознавала.
Гостиная Башни встретила меня тишиной и привычным уютом. Внешне здесь ничего не изменилось, хотя отсутствие Наташи буквально витало в воздухе ощущением заброшенности и даже сиротливости. Пусть обитель Хранителя и не была живым существом, но и обычным бесчувственным строением назвать ее язык не поворачивался.
Стопку старых фолиантов на столе венчал Светин пухлый блокнот для записей, но мое внимание сразу же привлекло другое. Лежащее рядом Зеркало Сущности приковывало взгляд к матово-черной поверхности стекла, так и маня прикоснуться.
Я быстро оглянулась на настенные часы. Даже если девчонки приедут на ближайшей электричке, полчаса в запасе у меня все равно еще было. Придвинув стул, я села за стол и на мгновение задумалась. Света ведь предупреждала, что Зеркало отвечает не всем и не всегда. Да и мне в прошлый раз оно показало сначала что-то левое. Про наставления Кариан я предпочла даже не вспоминать, хотя и заскреблась неуверенная робость. Но попытаться все равно стоило.
Презрев все личные интересы, я постаралась сосредоточиться на более глобальном:
– Расскажи мне о недостающей составляющей моего талисмана, – прошептала я, коснувшись холодного стекла.
Тут же в ответ пополз уже знакомый разноцветный туман, но вместо того чтобы формировать какое-либо видение, клубы ринулись ко мне, окутывая как в кокон. Я даже толком испугаться не успела, как мое сознание провалилось в неведомые дебри.
…Лето. Когда-то я так его любила. Но теперь оно казалось мне удушающе жарким. Хотя дело было вовсе не в духоте. Мне мешало дышать осознание собственной беспомощности. Мешало и порождало ненависть к самой себе. Я даже находила в этом своеобразное удовольствие: вот так вот сидеть посреди цветущего луга, смотреть на простирающийся вдали дремучий лес и люто себя ненавидеть.
– Кариан, – мягкий голос Атея прервал тишину моих мыслей, светловолосый друг сел рядом и участливо тронул меня за плечо.
– Все в порядке, я просто задумалась, – я вымученно улыбнулась.
– Просто задумалась и зачем-то снова солгала, – Создатель говорил без укора, лишь с затаенной грустью. – Меня это пугает, Кариан, ты так часто стала прятаться во лжи…
Я уткнулась лбом в колени. Что я должна была ответить? Правду? Что мне невыносимо больно, и я скоро саму жизнь возненавижу? Думаю, друг и так это прекрасно знал.
– Тебя Дарнаб подослал, да? – глухо поинтересовалась я, не поднимая головы.
– Ты же знаешь, его волнует лишь результат, – Атей вздохнул. – А уж какой ценой, все равно…
– Я не могу создать талисман. Так ему и передай. Не могу и все! – голос сорвался на крик, я уже не смогла удержать душившие слезы.
Создатель талисмана Земли приобнял меня за плечи, даря осязаемое спокойствие и подобие смирения. Хотела бы я так уметь.
– Спасибо, – прошептала я, в последний раз шмыгнув носом.
– И все же, Кариан, в чем загвоздка? – мягко спросил друг. – Ведь ты преодолела самое сложное. У тебя ведь теперь собраны все составляющие огненной стихии.
– А вот и не все, как выяснилось, – мрачно буркнула я. – Есть еще одна. Вернее, ее нет. Просто-напросто не существует в данный момент и неизвестно, когда она будет существовать.
Озаренный догадкой Атей обреченно выдохнул:
– Элаивиеллокнариель…
– И что же мне делать? Создать талисман незавершенным? А что, если однажды недостающая часть появится? Стихия станет неуправляемой! – я судорожно вздохнула. – Разве мы можем так рисковать?
– Сама посуди, насколько ничтожна вероятность появления элаивиеллокнариель, – успокаивающе прошептал Атей. – Не думай об этом, Кариан. У нас нет другого выбора, нам слишком необходим четвертый талисман…
Я с трудом пришла в себя. Сознание будто бы застряло между двумя сущностями, и я не сразу смогла понять, кто же я на самом деле: Кариан или Карина. Кое-как окружающая действительность расставила все по своим местам. Я растерянно оглядела привычный интерьер гостиной Башни и пробормотала:
– Реальность, родненькая, фуф…
Теперь же все запуталось еще больше. Название этой трудновыговариваемой составляющей огненной стихии я, к сожалению, не запомнила. Да и теперь не знала, что и думать. Если ее не было тогда, то неужели она появилась именно теперь? Но ведь других вариантов и не могло быть! Что-то же давало Руслану власть над пламенем!
Пусть мне дико не хотелось вновь провалиться в жизнь Кариан, но я должна была выяснить все до конца, чтобы уж никаких сомнений не осталось. Дрожащими руками я снова коснулась холодной поверхности Зеркала и тихим голосом прошептала:
– Покажи мне, где находится недостающая составляющая моего талисмана.
Вопреки всем опасением, Зеркало не поволокло меня в прошлое и отстраненные картины чужой жизни показывать не стало. Вверх от стекла пополз разноцветный туман, рисуя в своих тенетах человеческий силуэт. Я не сомневалась, что увижу Руслана, поэтому даже рот открыла от изумления, когда эфемерный образ обрел очертания девичьей фигуры. А еще через мгновение я узнала саму себя. Я парила в воздухе, обняв колени и закрыв глаза. Почему-то обнаженная и полупрозрачная. Но зато прекрасно можно было разглядеть горящий в районе солнечного сплетения огонек. Тот самый, который мне привиделся, когда сознание на балу потеряла. Тот, который разгорелся так ярко во время поцелуя с Русланом…
Видение резко пропало, оставив меня хлопать в изумлении глазами. Что же, получается, недостающая составляющая талисмана у меня самой? По крайней мере, это объясняло, почему стихия не вышла из-под контроля, как должна была. Но найденный ответ порождал куда более глобальный вопрос: что же за силой обладает Руслан? И какое он вообще имеет отношение к пламени, если все составляющие у меня?
Кое-как собрав остатки решимости, я все-таки прикоснулась к Зеркалу в третий раз.
– Покажи мне, что за силой обладает Руслан. Откуда у него вообще власть над огнем?
Разноцветный туман вновь окутал меня, но на этот раз я провалилась в свое собственное прошлое.
… – Все бесполезно, нам с ней не справиться! – закашлялась Рита.
Клубы дыма не только скрадывали видимость, но и затрудняли дыхание. Вот Валерель будет радости, если мы сейчас просто-напросто задохнемся и умрем даже без ее содействия.
– Так, девочки, тихо, – приглушенно произнесла Света, старательно вглядываясь в окружающую хмарь.
Хотя, по-моему, вообще невозможно было что-либо разглядеть. Даже сверкающие проемы порталов – самое яркое в Коридоре миров, и то сейчас стали неразличимы. Что уж говорить о проклятой Хранительнице, она могла в данный момент стоять в шаге от нас, и мы бы ее не заметили.
