Эбби не пришлось долго искать. Они были повсюду, бросали на Эдриана взгляды поверх голов своих кавалеров, осматривали его, как будто прикидывали свои шансы.
– Как по-твоему, многие ли из них замужем?
Эбби не хотелось об этом думать, но она не была наивной.
– Почти все?
– Процентов восемьдесят или больше. И знаешь, чего они от меня хотят?
Эбигейл замешкалась. К счастью, Эдриан не ждал от нее ответа.
– Несколько часов страсти без обязательств. Простой секс без лишних слов. Интрижка без прошлого и будущего.
Он умолк. Оглядывая пестрое сборище, Эбби избегала смотреть ему в глаза.
– Представляешь себе, каково это, – продолжал Эдриан, понизив голос, – когда на тебя смотрят как на тело – пусть даже и очень привлекательное – без души?
Эбби услышала горечь в его голосе. Она вспомнила, сколько тепла он был способен дать ей тогда на болотах, восемь лет назад. И всего несколько недель назад, в Беллевере. Она сжала кулаки, впившись ногтями в ладони. Пылающим взором Эбби рассматривала разукрашенные косметикой лица. Как много они взяли у Эдриана, отказываясь делиться в ответ своим теплом? Как долго он жил без поддержки, которую могла дать ему она?
Как долго он жил без любви?
Знал ли, понимал ли он это? Понимал ли Эдриан, что то, что он упустил семь лет назад, и было тем, что он так отчаянно искал теперь?
– А остальные? – хрипло спросила Эбби.
Она должна была знать, она должна была это услышать.
– Те, кто решил, что им подойдет титул виконтессы Деа? А также прилагающееся к нему состояние?
Эбби посмотрела на Эдриана и слегка сжала его руку. Его очи потемнели и стали похожи на глаза раненого животного.
– Прошло семь лет, Эбби. Если в тебе есть хоть капля жалости ко мне, не обрекай меня на дальнейшие страдания.
Они находились в центре бального зала, под пристальными взорами двух сотен человек. Эбби знала, что должна ответить Эдриану, что хочет ему ответить, но сейчас для этого был неподходящий момент. Где-то заиграли скрипки. Взяв Эдриана за руку, Эбигейл переплела его пальцы со своими и искренне улыбнулась.
– Ты ведь можешь станцевать со мной еще один раз? Это не станет причиной скандала?
Лицо виконта просветлело, губы изогнулись в улыбке.
– Могу попытаться, – ответил он, целуя Эбигейл руку.
Она не могла бы сказать, каким образом им удалось ни с кем не столкнуться. Это были волшебные мгновения. Они парили, устремив взгляды друг на друга. Эбби как никогда ощущала силу Эдриана, когда, не прилагая усилий, он кружил с ней по залу. Как никогда различала пылкую страсть в его взоре.
Краснея, девушка опустила ресницы. Мысль о том, чтобы позволить Эдриану победить, позволить ему соблазнить ее сегодня, прямо здесь, на балу, была такой заманчивой. Эбигейл все же сдержала данное себе слово, но это удалось ей с большим трудом. Слишком много было «но» и «если», слишком многое могло пойти не так.
Что, если она слишком громко закричит?
Мысль об этом так потрясла Эбби, что она прикусила язык.
Вальс подошел к концу, и Эдриан снова повел ее обратно к дивану.
И снова их подстерегали на пути.
Эдриан отвечал на реплики машинально, сам не осознавая, что говорит. Сейчас он был уверен: Эбби станет его женой. Блеск в ее глазах мог означать только это. Она будет принадлежать ему, только ему, душой, телом и разумом. Скоро. Они будут близки сегодня вечером, может, прямо на балу, как он шутя ей предложил.
Впрочем, Эдриан понял, что на балу им уединиться не удастся, несмотря на то что терпение не было одной из его добродетелей, да и страстное соитие с Эбби прямо тут – эта мысль странным образом ему нравилась – стало бы великолепным завершением карьеры распутника, «скандального виконта Деа».
Но если Эбби не хочет этого, то так тому и быть. Они будут любить друг друга сегодня ночью, в Хоусли-Хаус. Сможет ли он убедить ее прийти к нему в комнату, чтобы они смогли полностью отдаться друг другу на его огромной кровати?
Кто-то хлопнул Эдриана по плечу, возвращая его к действительности. Виконт обернулся, готовый осадить того, кто нарушил его грезы.
– Черт побери, Эдриан, спустись на землю! Тебе-то уж точно не стоит витать в облаках.
– Фитц! – Ухмыльнувшись, Эдриан пожал руку неуклюжему гиганту. Оглянувшись на Эбби, только что попрощавшуюся с двумя любопытными дамами, виконт улыбнулся. – Позволь представить тебе мистера Фитцхэммонда, моего старого друга. – Он снова посмотрел на Фитца. – Мисс Эбигейл Вулли.
Фитц галантно поклонился Эбигейл и пожал ей руку. Он быстро нашел нужные слова. Эбби улыбнулась и через несколько секунд уже расспрашивала его о сестрах, которые тоже были сейчас на балу. Эдриан слушал с довольным видом, наблюдая за тем, как Эбби очаровывает Фитца.
Затем снова заиграла музыка. Начался следующий танец. Фитц улыбнулся Эбби.
– Дорогая мисс Вулли, не окажете ли вы мне честь?
Эбби вопросительно посмотрела на Эдриана. Тот после секундного колебания кивнул.
– Я подожду тебя здесь. Фитц приведет тебя обратно.
Эбигейл улыбнулась и протянула руку Фитцу.
Эдриан посмотрел им вслед. Фитц был одним из немногих, кому он доверял. Виконт невольно подошел ближе, глядя на то, как танцует Эбби.
Стоя в непосредственной близости от танцующих и глядя на улыбающееся лицо Эбигейл, он почувствовал, как кто-то дернул его за рукав.
– Эдриан?
Он обернулся, готовый осадить гарпию, осмелившуюся назвать его по имени, но вместо злобного оскала увидел милое девичье личико.
– Памела! – Обрадованный, Эдриан взял ее за руку. – Как ты поживаешь, дорогая?
Девушка просияла. У нее был цветущий вид, и она выглядела весьма привлекательно в платье из голубого шелка, с элегантно уложенными темными волосами.
– Спасибо, хорошо. У меня есть для тебя новость…
Эбби получала от танца огромное удовольствие, пока не увидела девушку в голубом, разговаривающую с Эдрианом. Эбигейл почти не отводила от него взгляда – так хорош он был в строгой черной визитке, жилете и галстуке цвета слоновой кости. Впервые она смогла рассмотреть виконта с расстояния и сполна оценить его стиль. Эдриан был одним из самых высоких мужчин в зале. Взгляды женщин были прикованы к его широким плечам и сильным рукам.
Его окружала аура страсти. «Наверное, – подумала Эбби, – так было всегда».
То, что Эдриан искренне улыбался, беседуя с девушкой в голубом, встревожило Эбби. Она мысленно одернула себя.
Эдриан только что ей открылся. Она чувствовала, что он говорит искренне, знала, в чем он нуждается. Теперь Эбби понимала его. И когда танец увлек ее и мистера Фитцхэммонда дальше, она торжествующе улыбнулась, расслабившись.
Для Эдриана она была спасением. Он хотел ее не из логических или практических соображений. Ему нужна была ее любовь. С ней он сможет раскрыть свою душу, сможет позволить себе быть уязвимым. Теперь Эбби понимала это. Только с ним, только любя его, она сможет быть собой, и ей не придется сдерживаться или подавлять себя. Она сможет соединиться с тем, кого любит и кем любима, сможет стать свободной и цельной. Она освободит Эдриана из эмоциональной тюрьмы, в которую превратилась жизнь этого повесы из высшего общества.
Она нужна ему. Ему нужна ее любовь. Эдриан хотел, чтобы она принадлежала ему, и только ему. И он будет принадлежать ей, и только ей.
Всегда. До скончания веков.
Сердце Эбби пело от счастья. Она почти парила в вихре вальса, когда они с Фитцем вернулись на то место, откуда начали танец.
Но Эдриана там не было.
Улыбка Эбби погасла. Она огляделась. В этот момент толпа у входной двери расступилась, позволяя ей заметить широкие плечи и каштановые волосы виконта, а также голубое платье незнакомой девушки. Они удалялись прочь.
Эбби похолодела, чувствуя, как у нее кружится голова. Она не желала разлучаться с Эдрианом. Неужели он… Эбби сбилась с шага и едва не упала.
– Осторожнее! – Мистер Фитцхэммонд заботливо подхватил ее и вывел из круга танцующих.
