Он посасывал то одну, то другую грудь, заставляя девушку отдаваться струящимся по ее телу сладким ощущениям. Его руки забрались под ее платье и скользнули по голым ногам, задирая юбки. Изнемогая от желания, Рэйчел пошатнулась, увлекая юношу за собой, и они вместе упали на сено.
Она погладила бугорок в его штанах, лучше всяких слов говорящий о его возбуждении. Это заставило юношу застонать. Его рука скользнула между ее ног, коснувшись тела девушки в самом чувствительном месте, уже пульсирующем от желания. Рейчел застонала, подавляя желание молить о немедленном продолжении. Схватившись за пояс юноши, она стянула с него штаны, освобождая мужское достоинство. Лаская его, Рэйчел в очередной раз подумала о том, как странно в мужском теле сочетаются сталь и бархат. Юноша вздрогнул от ее прикосновений.
Она уже знала его тело так же хорошо, как и свое собственное, знала, какую силу имеет над ним ее прикосновение. Как знала и собственные желания, и то удовольствие, что мог доставить ей только он.
Рэйчел обвила ногой его ногу, подаваясь навстречу юноше. Он схватил ее за ягодицы и подтянул к себе, входя в нее быстрым движением с легкостью, подтверждающей, что это место было создано для него одного – они совпадали идеально, как ключ и замок, как рука и перчатка, как звезда и небеса. Рэйчел застонала, вцепившись в ткань его рубашки и прижимаясь к юноше. И он заполнил ее тело и ее душу.
Он двигался в такт с биением крови в ее жилах. Не мешкая, Рэйчел присоединилась к нему в отчаянной спирали экстаза, отвечая на каждое его движение, ощущая необходимость чувствовать его внутри себя, принять нарастающее в ней пламя, которое разгоралось все жарче, взметаясь выше и выше, всепоглощающее, всемогущее, заставляющее трепетать все ее естество. Ее тело вздрагивало под ним, спина выгибалась под ударами волн наслаждения, омывавших ее. Юноша застонал, когда его тело напряглось в оргазме.
Затем они лежали и Рэйчел наслаждалась тем, что все еще чувствовала его внутри. Кровь медленно переставала стучать у них в ушах. Дыхание юноши замедлилось, и он осторожно отстранился, продолжая удерживать Рэйчел в объятиях.
Она подумала об обстоятельствах, которые свели их вместе. Менее месяца назад она была еще девственницей, а теперь бесстыдно жаждала удовольствия, которое мог дать ей только он.
– Я скучала, – тихо сказала Рэйчел.
Юноша рассмеялся.
– Вряд ли у тебя была такая возможность. Мы были вместе вчера ночью. И за ночь до этого.
– И за ночь до этого тоже. – Она перевернулась на бок и приподнялась на локте. – Но этого все равно мало.
– Ты очень требовательная. – Юноша протянул руку и погладил Рэйчел по обнаженному бедру – ее юбки все еще были задраны до талии.
– Даже если и так, в этом целиком и полностью твоя вина, – сказала она, стараясь не обращать внимания на его пальцы, скользящие вверх и вниз по ее все еще чувствительной после недавнего соития коже.
– Я знаю. – В его голосе послышалась усмешка.
Рука юноши переместилась между ее ног, и пальцы принялись лениво дразнить ее.
Рэйчел вздрогнула от его сладостного прикосновения и закрыла глаза.
– Я стала такой развратной.
– Да, это точно.
Она проигнорировала его насмешку – внимание девушки было поглощено прикосновением его пальцев – и вздохнула. Он привел ее в мир чувственных наслаждений, и теперь ей хотелось еще и еще. Она чувствовала себя пьяницей, который пьет и все не может напиться.
– Мне нравится быть развратной.
Движения его руки становились все настойчивее, пока новая волна наслаждения не сотрясла ее тело. За последние несколько недель в жизни Рэйчел многое произошло, и главным событием стала ее любовь к Джейсону Норкроссу. Она была уверена так, как не была уверена ни в чем другом за семнадцать лет своей жизни: для него быть вместе с ней – это такая же необходимость, как и для нее. Он любит ее с той же неуемной страстью, что и она его.
Он пошевелился в темноте, натягивая штаны. Зашуршало сено. Рэйчел улыбнулась.
– Джейсон, а после того, как мы поженимся, мы будем раздеваться полностью?
– Не то чтобы я успел обдумать это всерьез, но мне кажется это довольно заманчивым, – изрек он. – Впрочем, это будет уже не так интересно. Кроме того, полагаю, что после этого ты начнешь настаивать еще и на том, чтобы мы делали это в кровати.
– Ты сам сказал, что я требовательная, – рассмеялась Рэйчел, садясь и окидывая взглядом скрытую в ночной мгле конюшню. – Хотя оставить все это будет тяжело.
Несмотря ни на что, это старое здание она всегда будет вспоминать с нежностью. Именно здесь они познали любовь, здесь планировали свое будущее. Только здесь они могли скрыться от любопытных глаз слуг, не упустивших бы возможности донести лорду Грешему о том, что его единственное дитя проигнорировало его запрет и продолжает встречаться с нищим кузеном его соседа, Джорджа Норкросса, герцога Линдхерста.
Влюбленные играли в опасную игру. Рэйчел старалась не думать о том, что сделает ее отец, если узнает об их обмане, – мысли об этом внушали ей страх. Но если ничего не случится, то он так и не догадается ни о чем до тех пор, пока они не окажутся вне пределов его досягаемости.
– Рэйчел, мы должны кое-что обсудить, – произнес Джейсон серьезно. – Я заказал билеты на корабль в Америку.
– Когда он отплывает? – тихо спросила она, моментально собравшись с мыслями.
– Рано утром первого января.
– Наутро после бала леди Бредборн. – Рэйчел глубоко вздохнула. – И тогда наш план сработает, верно?
– Если повезет.
– Нам не нужно везение – на нашей стороне любовь. – Она старалась говорить уверенно, хотя, конечно, знала, что успех этого плана во многом зависит от удачи.
Джейсон поднялся и принялся мерить шагами конюшню. На его лицо периодически падали отблески лунного света.
– План довольно простой. Ты убежишь с бала…
– И встречусь с тобой в саду.
– Там будет ждать повозка, которая отвезет нас в доки.
– Ты наймешь повозку? – Рэйчел поднялась на ноги, поправляя одежду.
Джейсон кивнул.
– Не стоит использовать одну из повозок Джорджа. Есть опасность, что ее могут узнать.
– И тогда нас найдут. Меня притащат обратно домой, и будет скандал. А отец… – Рэйчел вздохнула. – Но он не согласится на то, чтобы мы поженились, даже чтобы спасти мою репутацию.
– Почему? – Джейсон остановился. В его голосе было слышно разочарование. – За что он меня так невзлюбил?
– Потому что я перечила ему только из-за тебя. В остальном я была хорошей, послушной дочерью.
– Верится с трудом, – хмыкнул Джейсон.
– Но это правда.
Как ему это объяснить? Еще с детских лет Рэйчел чувствовала себя с Джейсоном свободно. А вот присутствие отца вселяло в нее страх.
– Я всегда боялась его.
– Знаю, – мягко сказал Джейсон.
– Я никогда не говорила тебе об этом. – Рэйчел взглянула ему в лицо.
– Тебе и не нужно было этого делать. Я видел это в твоих глазах. Хотя и никогда не понимал причину этого страха.
– Для отца, – сказала Рэйчел, осторожно подбирая слова, – я не более чем товар на продажу. Собственность, такая же ценная, как поместье или домашний скот. Он всегда хотел выгодно выдать меня замуж.
– Но я наследник Джорджа. Я могу стать следующим герцогом Линдхерстом.
– Если он не женится и у него не родится сын. Твоему кузену нет еще и сорока. Дети появлялись и у людей гораздо старше.
– И все же Джордж никогда не оставит меня без гроша. И я довольно амбициозен.
– Тем не менее, даже если ты унаследуешь титул, это не то, чего хочет отец. – Девушка обхватила себя руками за плечи. Сотрясавший ее тело озноб был вызван не только холодом зимней ночи. В ее голосе прозвучала горечь. – Он хочет использовать мое замужество для того, чтобы упрочить свои позиции в парламенте. Я для него пешка в политических играх. А ты представляешь угрозу для этих планов, потому что отцу известно, что я тебя люблю. Не знаю откуда, но известно. – Рэйчел поморщилась. – Он знает, что я люблю тебя с тех самых пор, как ты переехал к лорду Линдхерсту после смерти родителей. Я помню, какой ты был тогда неотесанный и безрассудный.
