Читаем без скачивания Девочка и пёс - Донтфа Евгений Викторович

Младший инспектор Гуй Хэ оказался маленьким круглолицым лоснящимся пожилым человечком с тоненькой ниточкой омерзительных, по мнению колдуньи, усиков, с не менее гадкими висюльками косичек заплетенной бороды и с невероятно узкими щелочками глаз, с пухлыми мешками под ними. Он горячо приветствовал "досточтимую госпожу" и нижайше просил её простить за беспокойство, которое он ей доставил. После чего пригласил её присесть на подушку за низкий широкий столик из зеленого камня. Однако все эти преувеличенные любезности ничуть не обманули Алитою. Она буквально кожей почувствовала насколько этот человек опасен, коварен и жесток. И ей нестерпимо захотелось тут же прихлопнуть его, раздавить его подошвой туфли как отвратительное насекомое. Но искусством держать себя, сохранять внешнее состояние покоя и невозмутимости, оставаясь приветливой и обходительной, Алитоя владела ничуть не хуже чем искусством обольщения. И потому легко и непринужденно изобразила искреннюю радость от встречи со столь важным и несомненно очень достойным человеком как младший инспектор Гуй Хэ. Инспектор был польщен. О чем и сообщил "досточтимой госпоже" весьма витиеватым слогом. После чего принялся расспрашивать её, по пятьдесят раз извиняясь за каждый вопрос и горестно сетуя на казенную необходимость, заставляющую его столь бесцеремонно допрашивать благородную и прекрасную чужестранку. Это было очень утомительно, но Алитоя всё вытерпела, ни на миг не позволив выражению своего лица стать хоть на толику менее благожелательным и дружелюбным. Младшего инспектора главным образом интересовала цель её прибытия в Кирм. Мало того, каким-то невероятным образом ему было известно про её блуждания по Сиреневой долине в окрестностях Храма Падающих звезд. Алитоя была поражена. Она конечно встречала по дороге каких-то чумазых крестьян, вонючих рыбаков и оборванных бродяг, но ей и в голову не могло прийти что кто-то из них доносчик и осведомитель "охранки". Такой основательный подход к своей работе вызвал у неё даже некоторое уважение к этому гадкому инспектору. Алитои пришлось сочинять пространную историю о своей увлеченности… она чуть подумала и выбрала географию. Якобы интерес к устройству мира ей привил её отец, богатый купец, меценат и заядлый путешественник. И в Кирм она пребыла во-первых чтобы поближе познакомиться с этой удивительной страной, во-вторых чтобы посетить легендарную Дигвианскую царскую библиотеку, где она могла бы насладиться путеводными заметками великих кирмианских исследователей Бай Го, Син У-Цы, Гимин Чжа и других. Касательно Сиреневой долины, то ей хотелось попасть и в библиотеку Храма Падающих звезд, где по слухам хранятся редкие и удивительные документы прошлого, но как ей объяснили доступ в храм для посторонних закрыт. Маленький инспектор минут десять изливал свое неописуемое восхищение, уважение и преклонение перед столь молодой и столь ученой особой, хотя для Алитои было очевидно что он не поверил ни единому её слову. А после этого он, на этот раз действительно довольно бесцеремонно, поинтересовался характером её отношений с неким Джинг Вэем. И Алитоя, уже не удивляясь его осведомленности, глядя прямо в самую глубину черных щелочек инспекторских глаз честно и взволнованно сказала, что кажется это любовь. И снова ей стало ясно что подозрительный Гуй Хэ ей ни капли не поверил.

После этой неприятной беседы Алитоя отчетливо поняла, что ей стоит покинуть гостеприимный Кирм как можно скорее. Теперь не могло быть и речи о том чтобы во время исчезновения Ключа она находилась здесь. Пронырливый Гуй Хэ моментально сложит два плюс два и устроит тотальную погоню. Входить в прямую конфронтацию со всем кирмианским государством в планы колдуньи никак не входило. И значит ей следовало утроить свои усилия в превращении Джинг Вэя в надежного исполнителя своей воли, окончательно обратив его в беспрекословного сообщника. Первым делом она упрочила плотскую составляющую их связи. Джинг Вэй, несмотря на то что он искренне полагал себя сибаритом, гурманом и тонким ценителем женского тела, в сексе оказался полным недотепой и до смешного не опытен. По беспощадному заключению Алитои он был довольно хилым любовником, но поскольку сейчас речь шла не о её, а о его удовольствии, это значения не имело. Она просто окружила и затопила его нежным океаном своего женского естества, погружая его в трепетные глубины своего идеального тела и доводя до умопомрачения совершенным мастерством любовных ласк. Несчастный кирмианский библиотекарь даже не подозревал что так бывает, женские пальчики и губки, женское лоно и взгляд творили с ним настоящие чудеса, раскрепощали его тело, наполняли его звенящим сладким восторгом, разминали его в глину, в тесто и затем лепили из него бесподобно счастливого человека. И в моменты экстаза он уже по-настоящему боготворил эту сказочную девушку. И в его бесхитростным покоренном сознании ни разу не возникло очевидного вопроса, откуда у столь юной свежей прелестно-невинной особы столь богатые и изощренные навыки и познания в этом деле.

Помимо плотских утех, Алитоя также принялась пичкать возлюбленного душещипательными историями о своей непростой судьбе. О том как она несчастна, одинока, потеряна и измучена жизненными невзгодами. Как тяжело и непросто достается ей кусок хлеба и крыша над головой. Бедная невинная сирота, которую каждый встречный баловень пытается унизить и использовать в целях утоления своей гнусной похоти. Из всего этого правдой было только то что оба её родителя умерли. Но не в результате какой-то трагедии, а от старости, ибо обоим было уже далеко за семьдесят. Впрочем Алитоя окончательно рассталась с ними в 14 лет и ей было глубоко наплевать что с ними случилось. Эти истории произвели должное впечатление. Джинг Вэй был тронут и растроган. Ведь он видел перед собой не прожжённую, коварную, беспринципную, пятидесятилетнюю тетку, а ангелоподобную очаровательную девушку лет 20 с обворожительными зелеными глазами и чудесными золотыми волосами. Всё, абсолютно всё в ней представлялось ему идеальным. Когда он смотрел на её изящную шею, на её алые губы, на её тонкие нежные пальцы, на её белоснежные бёдра, он чувствовал как всё его существо млеет от сладкого восторга и упоения и радостно дрожит от мысли что она принадлежит ему. И вместе с тем его сердце наполнялось искренним состраданием к возлюбленной, когда она рассказывала о своей тяжелой судьбе и его душу оплетало огнем, когда он слышал о негодяях, пытавшихся использовать Алитою, это милое бесхитростное создание. И вот он уже был готов на всё ради этой женщины. Алитоя быстро уловила его настрой и перешла к самому главному. Джинг Вэй конечно не раз спрашивал что её привело в Кирм и она всегда отшучивалась. Но теперь она "призналась" ему что всё дело в Шивтаке. Якобы есть некий могущественный человек, который безумно жаждет обладать этим камнем и готов заплатить за него целое состояние. Естественно он не хочет этого афишировать и именно поэтому выбрал своим представителем юную невзрачную бродяжку, успевшую уже немало постранствовать по свету, чтобы она либо попыталась выкупить Шивтак у монахов, либо … и тут Алитоя сделала большие глаза, тревожно и пронзительно глядя на своего мужчину, словно бы испуганная, что он тут же осудит её и проклянет. Но Джинг Вэй и ухом не повел. Никакого пиетета к этому синему камню он не испытывал, а услышав о громадной плате, способной обеспечить его настрадавшуюся от бедности возлюбленную, а заодно и его самого до конца жизни, очень заинтересовался. Ему тут же представилось как он отправится с этой девушкой в далекие прекрасные страны, о которых всегда мечтал и будет жить там без забот и огорчений и уже никогда ему больше не придется составлять нудные каталоги рукописей какого-то давно уже истлевшего монаха или утомительные закупочные списки рыбы, риса, кирпичей, древесины и навоза с указанием количества и качества оного. И увидев как загорелись его глаза, Алитоя почувствовала удачу. Джинг Вэй сам сказал ей что нечего и надеяться убедить настоятелей продать Шивтак, это просто немыслимо для них. "Ну тогда нам не остается ничего другого… " прошептала Алитоя и замолчала якобы потрясенная и встревоженная этой дерзкой идеей и не спуская влюбленных и вопрошающих глаз со своего мужчины. И он ответил как нужно. "Это будет не трудно", легко сказал Джинг Вэй, утопая в зеленых глазах, которые при его словах тут же вспыхнули восхищением. "Готов!", торжествовала колдунья.