А тем временем Томас Халид, верховный претор Агрона, тоже включился в погоню за громадным сапфиром, который как ему стало известно носит романтичное имя "Сердце океана". Герцог прямо-таки загорелся обладать им. Какого же было удивление Алитои, когда её шпион из дома герцога Этенгорского, сообщил ей что глава Судебной Палаты увлечен поисками какого-то нового драгоценного камня, который он называет «Сердцем океана». Колдунья буквально остолбенела, она не сомневалась что речь идёт о Ключе Синей бездны. А в следующий миг её охватила злость. За время своей жизни в Акануране, особенно с той поры как она купила роскошный дом адмирала Велона, пирата пиратов, как его иногда в шутку называли, и тем самым заявила о себе как об одной из самых состоятельных особ Агрона, она сталкивалась с верховным претором несколько раз. И каждое это столкновение заканчивалось для неё если и не поражением, то по крайней мере неприятным ощущением того что её ставят на место. О да, она несомненно сумела дать понять всемогущему герцогу что ни в его силах подчинить её, но и ей пришлось твердо усвоить что не считаться с верховным претором нельзя. Он мог уничтожить её. Алитоя уже не раз размышляла об убийстве герцога, но это был слишком решительный шаг с далеко идущими последствиями и она считала что время для такой крайне меры пока еще не настало. Кроме того следовало помнить о диких фанатиках шангах, которые обязательно явятся за ней после смерти герцога. И Алитоя, зная о том как мало восприимчивы к её иллюзиям и насколько стремительны авры, не была уверена что сможет справиться со всей "Летучей командой" претора. Но отдать ему Ключ Океана, нет, ни за что.
А пару месяцев назад пришло еще одно письмо от Джинг Вэя. Проглядев наискосок все пошлые и банальные излияния любви, которые впрочем явно несколько потускнели с прошлого раза, Алитоя с жадностью принялась читать о Минлу. Да, её "возлюбленный" всё еще проявлял себя с лучшей стороны, ему действительно удалось кое-что узнать о хранительнице. Оказывается та имеет неразрывную связь с Ключом. Она всегда чувствует в какой он от неё стороне и даже вроде как способна связываться с ним и тогда она видит и слышит всё что происходит вокруг Шивтака. Таким образом она неумолимо идет по его следу и рано или поздно обязательно доберется до него. Что касается её невинности, неопытности и беззащитности перед реальным миром, то это всё же некоторое преувеличение. Девушку обучал боевому искусству один из величайших мастеров меча настоятель Юн Фай и длилось это больше десятилетия. Так что хранительница вполне способна постоять за себя в любой ситуации. Кроме того она владеет языками, изучала психологию, социологию, тактику, логику. Читая это, Алитоя усмехнулась, словно читала о себе самой. После этого она долго глядела на черно-белый портрет хранительницы. С него на колдунью глядела симпатичная кирмианская девушка с чудесными почти черными глазами, маленьким изящным носом и маленьким ртом с тонкими губами. "Прелестное дитя", подумала колдунья с едва уловимым оттенком зависти. Но впрочем возможно никакой зависти и не было. Иногда Алитои действительно казалось, что красота, свежесть, упругость её тела, которому уже идет шестой десяток несколько неестественны, а потому фальшивы. Но она прекрасно знала что это не так. У неё действительно тело двадцатилетней девушки, это вовсе не иллюзия, косметика, грим или какие-то искусственные подтяжки и ухищрения. Магическое искусство позволило ей замедлить или даже остановить процесс старения, она еще не знала навечно ли, но по крайне мере на годы и годы. И физически, физиологически, анатомически как угодно она так же очаровательна и прелестна как и эта юная кирмианка. Так что завидовать ей не чему.
Алитоя поднялась с кресла и подошла к высокому, в полный человеческий рост, зеркалу. В неверном свете двух лун она с удовольствием разглядывала себя, полностью обнаженную и совершенную. "Я так прекрасна, что чувствую влечение к самой себе", с улыбкой подумала она. Но затем она перестала улыбаться. Она поняла что её разбудило в столь неурочный час. Хранительница Шивтака, юная прелестная кирмианка, Минлу Такулада Хин, она приближается. Вот что беспокоило колдунью еще прежде чем она осознала это. Совершенно очевидно, что идущая на зов Ключа Синей бездны хранительница скоро должна появится в Акануране. И если ничего не предпринять, то очень вероятно что кирмианка придет за Ключом прямо к верховному претору. Этого ни в коем случае нельзя допустить. Сейчас герцог по большому счету еще ничего не знает о Шивтаке. Чтобы ему там не наговорили вэлуоннские чернокнижники, это ерунда, иначе бы он ни за что не согласился продать камень. Но если он встретит хранительницу, то эта наивная кирмианка может выложить ему всю правду, просто посчитав что услышав какое значение камень имеет для неё и её народа, герцог расчувствуется и вернет его. Алитоя ощутила страх. Томас Халид мог получить всё, и Шивтак и его хранительницу. Неизвестно сколько уйдет у него времени, да и сможет ли он вообще разобраться как работает Ключ и заставить Минлу подчиняться себе. Но такой шанс есть. Это недопустимо. А самое обидное во всем этом, что Алитоя получается сама предоставила претору этот шанс. Организовав кражу Шивтака, она породила цепь случайных событий в результате которых проклятый герцог может стать еще более могущественным. Женщина похолодела. Мысль о том что её заклятый надменный враг может получить невероятную силу и власть благодаря её собственным стараниям приводила её в оцепенение. Нет, этого она конечно ни за что не допустит, и если понадобится, то пойдет на крайнюю меру и физически уничтожит претора чем бы это потом не обернулось для неё. Пусть даже придется бежать из Аканурана и из Агрона, но это все равно будет лучше чем торжествующий Томас Халид. До последнего времени она в целом и не считала его таким уж заклятым и непримиримым своим врагом, но теперь совершенно ясно что это так.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Алитоя успокоилась. Все эти переживания сейчас совершенно ни к чему. Еще ничего не ясно. Слишком многое зависит от случайностей. Пока что Ключ Океана для герцога всего лишь крупный сапфир, которым он несомненно хотел бы обладать, учитывая его болезненную страсть к драгоценным камням, но как разумный человек он откажется от него ради той громадной платы что ему предложили. И тут у Алитои впервые мелькнула мысль, что она совершила большую ошибку, отправившись к герцогу и объявив ему о своем желании купить камень. Может быть разумнее было держать всё в тайне и попытаться выкрасть Шивтак? Может быть, но это был огромный риск. Примени она свои магические способности и герцог скорей всего догадался бы откуда дует ветер и объявил бы ей войну. А без магии у неё почти наверняка ничего не получилось бы, она знала что попасть в подземное хранилище, где Томас Халид держал свои бриллианты практически невозможно без его ведома. Впрочем, деталей она не знала, ибо даже её верный шпион, служащий в доме герцога уже много лет, мало что знал о хранилище.
Так или иначе сделанного не воротишь. Алитоя не выносила сожалеть о том что уже сделано. Она считала бы это грехом, если бы верила в грехи. Оглядываясь назад, конечно, легко судить прошлые поступки за неразумность и недомыслие, ведь время преподнесло тебе как на блюдечке все ответы, все последствия этих поступков. Но в момент их совершения ты был совершенно один перед лицом хаоса и случайностей Вселенной и тебе нужно было мужество чтобы сделать выбор, без поддержки мудрости времени. И она свой выбор сделала. Она всегда считала, что это самое главное, что лучше принять хоть какое-то решение, чем не принимать никакого и пустить всё на самотек.
Алитоя слегка нахмурилась, что-то слишком уж много эмоций резвится в её душе. Она этого не любила. В конце концов всё это просто игра и у неё отнюдь не самые плохие карты в этой игре. И она снова улыбнулась своему белому, слегка размытому лунным полумраком, отражению: она никогда не начинала игры с плохими картами, ей не нравилось рисковать.
