class="p1">Гостиная встретила меня состоянием которое можно охарактеризовать одним словом «тлен». У окна, смотря на мёртвое дерево, стояли две уже вполне человеческие фигуры. Ну на первый взгляд. Не подходя к ним, я слегка кашлянул и укрылся за косяком двери.
И опять напрасно я опасался. Никто на меня не нападал. А вот стоящих я узнал, но в тоже время не узнавал. Передо мной, стояли Мария и Олег, серые неживые глаза, лица, искаженные болью и ненавистью. Они протягивали друг другу руки, но никак не могли соприкоснуться. Захотелось подойти, взять их за руки и сцепить, но сцепил я только свои зубы от злости.
Копии ребят повернулись к окну и тоже рассыпались прахом, оставив очередной клочок бумаги на котором корявым почерком было написано: «Одиночество».
«Убью, — подумал я, — просто и без затей. Вернусь и убью, что бы мне это не стоило. И неважно кто показывает мне это, будь то Амос, или Система. Не потому что просто этого хочу, или так надо. А просто…. Неважно, просто убью!»
Я стал понимать, что я сейчас вижу, но нужно было убедиться до конца. Я подошёл к двери в подвал и тихонько приоткрыл её. Внизу, из немного приоткрытой двери пробивался серый свет. Спускаться не хотелось категорически, и моя интуиция всячески меня останавливала, но в этот раз ей не предстояло быть мной услышанной.
— Лёх, а Лёх? Ты-то хоть живой? — спросил я у обнаруженного в подвале мага, раз за разом кидающего сгустки серого пламени в мишени. Пламя неспешно летело, врезалось и не оставив ни капли вреда, стекало на пыльный пол. Тень Джила прекратила кидать свои фаерболы, повернулась и подошла ко мне. Кто бы знал каких усилий мне стоило остаться стоять на месте, но этот «зомби» и не думал причинить мне вред. Он протянул мне очередной лоскут бумаги с написанным словом. И в это раз на листке было написано: «Предательство».
Я в принципе уже стал понимать, что будет дальше, но это не приближало меня к ответу на вопрос — «а что собственно говоря произошло?» Где я понятно, что происходит — тоже вроде несложно объяснить, не в первый раз такое у меня в этом мире. Квесты, когда тебя перекидывают в мини локацию где ты должен разобраться в происходящем, далеко не редкость. И ещё вопрос, кто это мне такое устроил, но тут легче уже, процентов на девяносто это мой богоподобный блудный папа.
Ну, отец, вот был бы ты рядом, я бы спросил с тебя на кой черт тебе именно в этого деятеля дёрнуло сунуться? Ты бы мне за всё ответил. Гений. Кто бы знал сколько раз я это слышал от людей. Только я-то его получше многих знаю. С него и взял пример — казаться не тем кем являюсь на самом деле, а кем нужно, только он это не специально делал, само собой выходило. Маньяк и фанатик на работе, любящий муж и немного подкаблучник с мамой, хороший и верный, но необязательный и рассеянный друг. Безрукий в быту и мастер всего чего можно только придумать вне дома, а особенно, лично для меня это было смешным, строгий отец. Не-е, он старался: «Максим ты должен…»; «Максим за старшего пока меня нет…»; «Максим, строго спрошу!» Да, да, помню, знаю. Эх, пап, вот почему ты не смог понять простой вещи, что в чём-то я смог тебя обойти? А ещё я знаю одну простую вещь, ты жив, а значит рано или поздно мы обязательно встретимся, так или иначе.
Под грузом не совсем веселых мыслей, ноги сами меня привели к моему кабинету. Ну гноме, твой черёд, потому что если там не ты, то я сменю свой чёрный наряд, хм…, допустим на розовый? Я толкнул дверь и огляделся. Ну ладно, ладно, ну погорячился человек, с кем не бывает. Ляпнул с горяча, да и розовый ну точно не мой цвет. Брр, хорошо хоть никто меня не подслушает в моей голове.
— Что встал? Дай пройти, — сзади меня ткнули пудовым кулаком в спину.
Все-таки я практически не ошибся. Оглянувшись, я увидел хмурого гнома. И я его понимаю, тень не тень, но если бы меня обрядили в такое, я бы тоже мрачнее тучи был.
— Припёрся? Долго ты, — обряженный в розовые доспехи гном, протопал в сторону серого трухлявого стола и сел в тревожно скрипнувшее, на ладан дышащее кресло.
— Долго, ты, — ворчливо повторился псевдо-Тау, — время деньги, — он покопался в стопке рассыпающихся в его руках бумаг, достал очередной клочок и припечатал его к столу, — Забирай и можешь проваливать.
— Тау…, - на всякий случай обратился я к нему по имени, — больше ничего не хочешь мне сказать?
Гном не отрывая взгляда от ветхих бумаг проскрипел бесстрастным голосом:
— Не Тау, а «мастер Таугрим». Хочу. Проваливай отсюда и не показывайся мне на глаза.
— Угу, — буркнул я, соглашаясь, что делать мне больше нечего, и прикрыл дверь. Я посмотрел в клочок бумаги и прочитал одно единственное слово: «Ложь».
Я прислонился спиной к стене и задумался.
«Антагонист» — а как это применимо ко мне? Да, в основном, антагонист это противник, соперник главного героя на пути его цели, но как я не крутил, это абсолютно не мой случай, а вот второе определение мне больше нравилось и пусть оно относилось не к людям, а веществам.
«Вещество, ослабляющее действие другого вещества или проявляет противоположные эффекты».
А если это всё придать даже не людям, не веществам, а силам и процессам? То как по мне выходило вообще идеально. Я сила которая меняет весь процесс на противоположный. И такой замысел вполне укладывается в отцовское понимание мира. Только ужасно раздражает, что и это умение он подсунул мне. По крайне мере других вариантов я не вижу.
Я прислонил ладонь к стене и вздохнул, серая пыль осыпалась со стены, обнажая её истинный цвет. Зря он всё же показал мне гнома в розовом. Пора. Только куда идти, хотя и тут, уже понимая что происходит, вариант был всего один.
Я спустился по лестнице и вышел во двор. Маленький дубочек, что рос в моём запущенном дворе, превратился в древний и могучий, но мертвый дуб. А как иначе? Этому миру нужны красивые и символичные жесты. Он живет этим и тем и отличается от реального, отсутствием серости жизни.
— Хватит, выходи! Пора заканчивать это. Я уже всё понял, — облокотившись на мёртвое дерево, крикнул я в никуда.
Что и требовалось доказать- пафос и красивые жесты
