понимала смысл происходящего сакрального действия. Поэтому Овен и стал символом разума: символом космической мудрости, которая выходит за пределы понимания человека, но воплощается во всей природе. Символ Овна намекает на профессию пастуха; пра-образ пастуха является гранью архетипа Овна. Образ козы подчеркивает плутоническую сторону архетипа Марса (потенциал "я"), овцы — юпитерианскую (следование божественной воле).
Если война живописует вторжение стихии в мир цивилизации, образ пастуха символизирует обратное движение человека, активно вторгающегося в природу. Воин вынужденно побеждает стихию в человеческом обществе и себе самом, пастух добровольно овладевает внешними стихиями, расширяя горизонты человеческого мира, и именно в этом — основная задача знака Овна. Поэтому представление планеты Марс только в воинственном облике было бы неполным. Если воин становится спасителем лишь в минуты опасности, пастух — постоянный защитник и покровитель. В наше время пастуха встретишь нечасто, и в бытовой трактовке этот образ, возможно, не сработает. В быту роль проводника проявляется в характерной для Овна профессии водителя: он владеет стихией движения, и в его руках — залог сохранности его пассажиров и доверенного ему груза.
Роль пастуха как проводника, знающего пути, сблизила его с ролью военного вождя и образом царя, способного объединить людей и повести их за собой. Вспомним, что покровителями скота изначально были военные предводители богов Марс и Рудра. Пастухом пришлось служить Гераклу. Пастухом страны назывался египетский фараон, и одним из самых ранних знаков его отличия был пастушеский посох, от названия которого ведет начало слово "править". И в период бедствий египтяне надеялись на того идеального пастыря, который должен появиться в будущем.
Идеального пастуха-предводителя мы находим и в библейском праведном псалмопевце Давиде, противопоставленном неправедному царю Саулу. В его образе не последнюю роль играет умение сражаться, так как прежде всего он известен победой над силачом Голиафом. Однако эта победа объясняется не силой юноши Давида, а его умом и нравственностью. Долгое время Давид, помазанный на царство пророком Самуилом, вынужден скрываться от преследований царя Саула в степи и в лесу, проявляя в своем облике архетип живущего вдали от общества пастуха. Затем, будучи любимцем народа, он сплачивает вокруг себя единомышленников и после гибели Саула становится царём сначала в Иудее, а потом и в Израиле, объединяя народ под своим руководством.
В образе пастуха в культуре воплотилось представление об идеальном естественном человеке, назвавшее "добрым пастырем" Христа, сделавшее юным пастушком, играющим на свирели бога Кришну, и послужившее прообразом средневековой идиллии пасторалей. До сих пор популярны изображения Христа как пастуха: с пастушьим посохом или ягненком на руках. Считают, что иконографический образ Христа как пастыря сложился под влиянием изображений пастуха-Гермеса с ягнёнком на руках, любимого бога античности. Но меркурианский образ полубога, наделённого человеческими чертами, ещё не дорастает до марсианской идеи богочеловека: человека, чья природа возвысилась до божественной, кому небесная цель помогла победить превратности земного пути — который соединил в себе всё земное и всё небесное — и поэтому стал богом, объединяющим всех людей.
БОГ-ОБЪЕДИНИТЕЛЬ
Образы военного предводителя и пастуха соединяют в себе бесстрашие и мудрость, почерпнутую одновременно от Неба и от Земли. Слияние природы и разума, ставшее основой представлений об идеальных человеческих качествах, наделяют воителя и пастыря чертами единого бога и дают возможность объединить под его знаменем разные страны и народы. Таким объединителем был Марс, который, помогая людям не только во время войны, но и в мирное время, стал отождествляться с главными богами разных территорий, и, объединив древний Рим, получил эпитеты "умиротворитель", "царь общины" и "царь света", тем самым перенимая миссии Квирина и Юпитера. Подобную задачу объединения индейских народов исполнил идеальный воин Гайявата.
В Ригведе подчёркивается движущая и объединяющая роль Агни — внутреннего огня, называемого пастухом:
"Я видел пастуха, без отдыха
Бродящего по дорогам туда и сюда.
Скрываясь в водах, текущих вместе и в разные стороны,
Он шевелится во всех существах."
(РВ 1,164:31)
Подобно ему, "добрым пастырем Вселенной" и "пастухом, ведающим всеми жизнями" называется шумерский верховный бог Энлиль, владыка дыхания, связанный с духовной функцией творения.
Индийский Агни — "бог, которому известны все дороги". Его ездовым животным был приносимый в жертву баран: как огонь, Агни воссылал жертву богам и служил прямым посредником между богом и человеком. У Агни триединая природа: три жизни, три головы, три языка. О нем говорится, что он рождён в водах, как жизненная энергия — золотой зародыш, отождествляемый с творцом и первочеловеком Праджапати, на небе (молния) и между людей (огонь от трения кусочков дерева). Также говорится, что Агни происходит от самого себя, что подчеркивает независимость и изначальность огненной стихии, возвращая нас к образу жизненной силы. Агни называется главным из земных богов и мыслится присутствующим во всех существах, объединяя их той выходящий за рамки этого мира первозданной связью, которая в нём заложена. Здесь можно вспомнить также объединяющую роль молнии-Радаси. сестры юных воинов-Марутов (см. цитату выше).
Подобно этому, представление об огненной природе всего бытия соотносится с иранским огнём Атаром. У Агни есть другое имя Вайшванара (от "еишеа" — "все" и "пара" — ’’человек"): это сопоставляет огонь образу всеобщего, универсального человека, который скрыт во всех людях и про которого говорится: "Агни внутри человека это Вайшванара". Агни мог изображаться и в образе барана, подобно иранскому божественному огню и высшему понятию фарну — который предстаёт также в виде человека в короне с бараньими рогами.
Подобно Агни, пастухом и бараном с солнечным диском между рогами был первый в истории единый бог: все-египетский Амон/Амана, ставший небесным созвездием Овна. Каждый год Амону приносили в жертву барана, одевая в его шкуру статую бога. Это, согласно Фрэзеру, символизировало принесение в жертву его плодородной силы и его регенерацию — что связывает египетского солнечного овна с идеей возрождения природы и делает его близким Марсу и другим весенним богам. Интересно, что Амон, происходивший из Фив, первоначально был близок Монту/Манта — богу войны и охоты, изображавшемуся в виде сокола в короне солнца, атрибутом которого было копьё. Также с Амоном слился Мин — бог плодородия и скотоводства, которого именовали "поднимающим оружие". Амон считался покровителем завоевательных войн Египта.
Подобно объединителю-Марсу собирая под своё покровительство все разрозненные территории Египта, Амон отождествляется с Солнцем-Pa, а также с множеством других богов. Имя Амона — "сокрытый, потаённый", родственное слову imn ("творить") — раскрывает суть его божественного начала, в котором невидимо существуют все боги, люди и предметы. Амон-Pa, всеведущий
