Внутренний голос уже просто достал! Злоба плеснулась в мыслях, на миг заглушила его.
– Слышишь меня? – Шустов вновь попытался связаться с водителем.
– Слышу… – внезапно откликнулся тот. – Больно…
– Ранен?
– Не знаю. Ударился сильно… Ногу зажало… О, господи!..
Рагды, используя свои непонятные способности, приподняли внедорожник, поставили его на колеса. Одна из кибернетических тварей выпустила гибкие манипуляторы, впилась ими в помятую, заклинившую дверь.
– Держись! – заорал Максим. – Я их отвлеку!
Он рванулся в смежное помещение, швырнул поближе к амбразуре тепловую ловушку, а сам кинулся прочь, наружу.
Приманка сработала на «отлично». Он едва успел отбежать метров на десять, забирая правее, маскируясь вздыбленными бетонными плитами, как стая рагдов оставила машину в покое и вдруг заинтересованно потянулась к мерцающему в глубине укрепления источнику тепла и света.
– Держись! – выдохнул Максим в коммуникатор, припал на колено, вскинул автомат.
В ответ раздался лишь тихий стон.
Сферические аппараты сформировали расширяющуюся спираль, взмыли в небеса, затем ринулись в атаку, на этот раз действуя иначе, не разбиваясь на пары. Верхний виток спирали неожиданно изогнулся, цепочка рагдов устремилась к земле, – снижаясь, они не мешали друг другу вести огонь, нить из смертоносных устройств озарилась сполохами разрядов.
Теперь он видел, какие из них опасны, а какие нет!
Максим поймал первые цели на выходе из пикирования. Три одиночных выстрела ударили отрывисто, с неровными интервалами. Один из рагдов взорвался у самой земли, второй, оставляя шлейф дыма, метнулся в сторону, по третьему Шустов промахнулся.
Не теряя ни секунды, он рванулся прочь, меняя позицию.
В спину дохнуло жаром, раздался грохот, мимо, кувыркаясь, пролетел дымящийся кусок бетона.
Максим развернулся, дважды выстрелил.
В плитах, за которыми он недавно прятался, зияли дыры, в них рдела обнажившаяся раскаленная арматура, стая рагдов разделилась: с десяток устройств отреагировали на новый источник угрозы, остальные продолжали атаку на бункер.
Серия лазерных разрядов ударила на упреждение, выжгла дымящиеся полосы в земле. Если б Максим не остановился, отстреливаясь, ему бы не жить, а так – обошлось, – он рванулся дальше, к намеченному укрытию.
Рагды устремились вслед, прижимаясь к земле, огибая препятствия. Некоторые настигали, с воем выходили на цель, холодным потом обдавало спину от их стремительных виражей, от визга сервомоторов точной наводки, сухих холостых щелчков. «Будь стая полностью функциональна…» – мысль осеклась, левую руку резануло болью, в глазах потемнело, он споткнулся, кубарем скатился в воронку. Холодная, скопившаяся на дне вода мгновенно отрезвила, привела в чувство, Максим тут же перевернулся на спину, несколько раз выстрелил, почти не целясь.
Над головой вспух взрыв, горячие осколки, шипя, хлестнули по воде, взвихрился пар, по щеке зигзагом потек щекотливый ручеек крови. Действуя в горячке, на рефлексах, он выбрался из лужи, вскарабкался по скату воронки, перевалился за ее гребень.
Сердце билось как бешеное, в ушах стоял звон, остальные звуки глохли.
«Довоевался?» – разочарованно, даже презрительно спросил мерзкий внутренний голос.
Шустов с трудом удержался на ногах.
Два рагда неслись прямо на него. Глаза Максима налились кровью, было трудно дышать, приступ слабости обдал потливым жаром. Жуткие создания обозначили атаку и взмыли вверх, пронеслись над головой.
Неисправные…
«На что ты вообще рассчитывал? На удачу? Сколько в твоих действиях здравого смысла? Да нет его и в помине!»
Слегка отпустило. Медленно возвращался слух, а вместе с ним звуки, изматывающие нервы: вибрирующий гул проносящихся поблизости рагдов, шипение, трескучие, приглушенные разрывы.
Он снова побежал.
До черных деревьев уже рукой подать. Их молчаливую стену рассекала дорога. Ближайший не разрушенный съезд лепестковой развязки серел потрескавшимся покрытием. С одежды и экипировки капала вода.
Максим на бегу обернулся.
Рагды перестраивались. Оружие функционально примерно у трети стаи. Бетонное укрепление уже превратилось в груду дымящегося щебня, из‑под него торчало несколько изогнутых металлических балок. На земле как минимум пять или шесть очагов пожара. Сбитые рагды… Еще один, кажется, задымился и отвалил куда‑то в сторону…
«Тебе с ними не тягаться. Ни тебе, ни кому‑то еще. Извлеки урок из своего безрассудного поступка, если, конечно, выживешь», – отчужденно, назидательно шепнул голос.
Короткая, смертельная схватка сжигала нервы.
Брошенный самому себе вызов действительно попахивал безумием. За спиной вновь нарастал воющий звук. Максим резко отпрянул в сторону, и рагд, едва не настигший его, по инерции проскочил мимо, начал стремительный разворот у крайних деревьев, но получил пулю, покачнулся и рухнул, рассыпая искры из пробитого навылет корпуса.
До леса уже рукой подать! Серая лента дороги врезалась в чащу, и, изгибаясь плавным поворотом, уходила вверх.
Только не останавливаться!..
Он, пригибаясь, проскочил открытое пространство, присел. Стая потеряла его из вида, на некоторое время закругляющийся бетонный отбойник и проросший в трещинах кустарник скрыли Шустова.
Он воспользовался передышкой, перевалился через низкое ограждение, рванул вверх по дороге.
Рагды взвихрились над разрушенным укреплением, четыре механизма вдруг заинтересовались руинами зданий, отделились, нырнули в дверной проем, но Шустов не видел этого, он бежал к наивысшей точке дорожной развязки, откуда все пространство вырубки будет просматриваться, как на ладони!
Дыхание так и не выровнялось.
Бетонное ограждение постепенно понижалось, его разрушения становились все обширнее, ржавая арматура торчала в разные стороны.
Максим добежал до намеченной позиции. Дальше следовал короткий спуск и обрыв, подле которого темнел армейский внедорожник.
Ствол автомата подрагивал. Максим присел, чтобы не промахнуться. Рагды кружили над укреплениями, но теперь стая постепенно вытягивалась в сторону руин исследовательского комплекса, явно обнаружив среди иззубренных стен что‑то, требующее внимания.
Стелси!.. Он вновь попытался вызывать ее по связи, но безрезультатно. Неужели она не услышала выстрелов?!
Выбора не осталось. Максим прицелился, трижды выжал спуск. Автомат ударил одиночными, каждая пуля нашла цель, а в следующий миг стая, вновь подвергшаяся нападению, отреагировала.
Их плотное построение распалось, рагды стремительно сформировали расширяющуюся спираль, набрали высоту, с одновременным сканированием окружающей местности, определили противника и устремились в атаку.
Каждый нерв призывал – беги!
Он выдержал секундный приступ паники, снова открыл огонь, сбил еще одного рагда и ничком рухнул на дорогу.
Лазерные разряды пронеслись выше, чиркнули по кронам черных деревьев, подрубая ветви, но участь Максима была предрешена.
Он ввязался в бой, который не мог выиграть. Десяток сбитых тварей догорали на земле, но это ничего не решало. Поредевшая стая уже кружила над ним, они стремительно перестроились и парами ринулись вниз, атакуя, уклоняясь от частых одиночных выстрелов, неумолимо приближаясь…
* * *
Информация из модулей памяти ИПАМа ошеломляла.
– Максим! – все недоразумения мгновенно забылись, поблекли, выглядели сейчас незначительными на фоне полученных сведений. – Иди сюда, скорее, ты должен это увидеть! – позвала Стелси, но ей ответила тишина. – Макс, куда ты пропал?! – ее рассудок вышел из цифрового пространства.
Где‑то поблизости грохотали выстрелы. Стены древней постройки аритмично вибрировали, из трещин в перекрытии падали мелкие камушки.
«Почему же я ничего не слышала?!» – Стелси вскочила. Автомат, соединенный с ИПАМом, трогать нельзя. Процесс передачи данных еще идет.
