“ Наверное, это жилище для гостей. Не стали бы пленникам выделять такое, их, наверное, кинули бы в какую-нибудь яму как скот, дожидаться своей очереди на убой ”.
Девушка осторожно зашла под крышу здания и, пропустив спутника внутрь, отпустила шкуру-дверь на её законное место. Всю площадь строения занимала большая комната с двумя круглыми прорезями окон, завешанных шкурами, низенькая кровать из связок бамбука, застеленного опять таки шкурами.
Ариада оглядывалась по сторонам и подошла к кровати, но тут её спутник неожиданно обрёл дар речи:
– Вши.
– Что? – девушка обернулась к нему.
– Тут наверняка полно вшей.
Певица моргнула, с сомнением посмотрела на кровать, потом отступила от неё и, подойдя к стене, сложенной из ровного камня, уселась на пол, прислоняясь к ней спиной, вытягивая ноги. Сонно зевнув, вестница прикрыла глаза, склоняя подбородок на грудь.
– Почему мы не сбежим? – спросил Даймос, сиплым голосом.
Ариада подняла взгляд на своего спутника, тот расценил его как вопрошающий и продолжил:
– Ты же можешь войти в двойной сумрак и оркам со своими татуировками не угнаться за нами. Мы же точно также убегали от тех психов на Базаре.
– Даймос, будет поединок, – спокойно произнесла девушка, – Я не буду обманывать Дона.
– Тут речь идёт не об обмане, а о наших жизнях! – сорвался юноша, – Не забывай, что ты не сможешь воспользоваться в этом дурацком поединке сумраком, а без него ты просто девчонка!
Певица поморщилась, потом внимательно посмотрела на своего собеседника долгую минуту и, наконец, холодно посоветовала:
– Не оскорбляй хозяев, находясь в их доме, и не оскорбляй меня, тебе меня не понять.
“ Совсем как Белит, когда мы только-только встретились. Как Белит… я люблю её и всегда буду любить… даже если я буду с кем-то другим я буду любить только её… ” – Ариада подтянула колени к лицу и уткнулась в них носом.
– Ты… ты действительно хочешь умереть, как сказал этот чернокожий орк? – с опаской спросил Даймос, спустя какую-то минуту.
Вестница помолчала немного, потом кивнула:
– Да – хочу, но нет – не могу. Я обещала одному очень важному для меня человеку, что буду жить.
“ Белит просила меня жить и радоваться… если с первым кое-как пока получается, то со вторым не очень… ” – подумала певица и вновь уткнулась лицом в колени.
Маг земли медленно кивнул и сел неподалёку от своей спутницы. Несколько минут они молчали, девушка пробовала хотя бы подремать, а юноша тупо пялился в стену. Потом Даймос вновь оживился, чуть придвинулся к Ариаде:
– Ты чего? Заснула?
– Заснёшь тут, – беззлобно отозвалась вестница.
Маг облизнул пересохшие губы и спросил:
– А… это… могу я попросить у тебя последнее желание?
– Кроме секса ты что ни о чём не думаешь? – недовольно буркнула певица и добавила, – Мы – не умрём. А теперь не мешай мне дремать. Хочешь – пойди с орчихами развлекись, хотя вряд ли ты их заинтересуешь.
Даймос вздрогнул и больше не посмел открыть рта, позволяя Ариаде нырнуть, наконец, в страну сновидений.
Ариада шла сквозь толпу орков, явно предвкушающих лёгкую победу своего бойца и последующее пиршество. Специально по случаю поединка запалили многочисленные огни на длинных жердях по краям площади, так что было светло почти как днём. Орки, оставшиеся на карауле у ворот и стен, то и дело жадно поглядывали на начинающееся представление, но рассмотреть что-то в толпе было решительно невозможно.
Ритмично стучали барабаны. Почти всё население посёлка обступило очищенный под поединок круг. Воины столпились в первом ряду, не желая упустить и секунды представления, орчихи довольствовались местом сзади, детишки же облюбовали соседствующие крыши. Вестница не слишком волновалась, но от тех взглядов, которые были на неё устремлены, становилось как-то неловко. Большого котла поблизости видно не было, но певица нутром чувствовала, что вытащить его к её бездыханному телу минутное дело.
“ Что-то они уж слишком самоуверенны ” – подумала девушка, стараясь отрешиться от плотоядных взглядов. Получалось не слишком хорошо, но блондинка надеялась, что когда начнётся поединок, ей будет уже не до того.
Даймоса также привели вместе с ней, но он остался стоять рядом с очерченной чертой, между двумя здоровенными орками и было видно, что юноше от этого не в восторге. Ариада задержала взгляд на спутнике:
“ Я сражаюсь не столько за себя, сколько за него. Хотя я и не очень хорошо его знаю, но во всю эту историю его втянула именно я, и вытягивать нужно тоже мне ” – вестница протянула магу свою походную сумку:
– Присмотришь пока за моими вещами?
Юноша заторможено кивнул и вцепился в протянутый вещевой мешок, так словно от этого зависела его жизнь. Девушка хотела ободряюще улыбнуться, но смогла себя перебороть, и просто шагнула на импровизированную арену.
Круг для поединка в поперечнике был не меньше десяти метров, на нём не было никого и ничего кроме певицы. Певица невольно поискала глазами своего противника и тогда с задних рядов стали доноситься восторженные крики. Блондинка повернулась на звуки.
Зрители расступались перед своим бойцом и вновь смыкали свои ряды у него за спиной. Всего полминуты и на освещённый кострами круг шагнул второй дуэлянт. Он был не выше и не шире других орков, но смутило Ариаду вовсе не это. Зеленокожий был полностью обнажён, и всё его тело покрывали хитроумные рисунки, нанесенные голубой краской.
Барабаны стукнули и затихли, в наступившей тишине девушка вдруг услышала свой собственный голос категорическим тоном заявляющий:
– Раздеваться я не буду.
По толпе зрителей прошла волна смеха, обнажённый орк тоже усмехнулся и, всадив свой топор глубоко в землю, рыкнул:
– Я сам раздену тебя, прежде чем бросить в котёл!
Зеленокожие вновь рассмеялись, вестница нахмурилась, старательно не смотря своему противнику ниже пояса, но всякий шум стих без дальнейших препирательств, ибо со своего трона поднялся Дон. Шаман не слишком одобрительно оглядел собратьев, так пренебрежительно относящихся к священному действию, потом посмотрел на бойцов. Певица повернулась к нему, в меру почтительно кивнула. Чернокожий пристально вгляделся в её лицо, потом поднял руки к тёмным небесам и заговорил:
– Сегодня состоится поединок между Ариадой, ходящей в сумерках, и Ламом, крещённым кровью синих гор. Поединок двух достойных. В случае победы Лама он получит право первым выбрать кусок с сегодняшнего вечернего блюда…
“ Не иначе как с меня… ” – мысленно фыркнула девушка.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
