руки при этом выкручивает так, будто они сейчас вот-вот оторвутся и упадут на пол.
Пока ящер, из-за строения шеи не умеющий запрокидывать голову наверх, пытался сообразить, куда делась добыча, Июлия боком протиснулась в балконный дверной проем и вылетела наружу. Гелиос замер, обхватив ее за плечи и, казалось, перестал даже дышать.
Фея с трудом перемахнула за перила и поняла, что подняться еще выше с таким грузом не сможет. Поэтому она перелетела через площадку у входа и опустилась около столовой.
— Погоди, я сейчас отдышусь минутку и перетащу тебя на крышу, там он нас не достанет, — шепнула она с трудом. Воздух выходил из легких короткими толчками, грудная клетка болела.
— О, Великое Солнце, да ты сумасшедшая, — простонал Гелиос, не разжимая рук и дрожа, как осиновый лист. — Ты понимаешь, что можешь надорваться и не встать после таких экспериментов? Нельзя поднимать в одиночку вес больше своего, даже с помощью магии! Одно дело — ящик с мукой, а другое — взрослый сокол!
— Ничего, потом будешь дома всем рассказывать, как тебя на Земле девки от большой любви на руках таскали, — отмахнулась фея. — И прекрати причитать, ты же опытный солдат, а не бабка на лавке!
Полуоткрытая дверь содрогнулась и вместе с косяком вылетела наружу. Следом в образовавшуюся дыру выпал ящер, снося заодно и балконное ограждение. Рыкнув от досады, он вскочил на ноги и рванул к беглецам.
И Июлия поняла — еще раз не удержит, силенок не хватит, ни человеческих, ни фейских. Всхлипнув, она обняла одной рукой Гелиоса за талию, а вторую вытянула вперед, надеясь, что остатков магии хватит отбросить тварь в сторону.
«Но все это бесполезно, мы просто умрем на пару минут позже», — мелькнула мысль.
— Эй, крокодил! — вдруг раздался над скалистой площадкой веселый голос.
Ищейка остановился и дернул головой.
На кухонном балконе, держась за узорчатую оградку, стояла Женька, а за ее спиной маячило бледное от волнения лицо Витта.
— Не ешь Июлию и рыжего дядьку, они худенькие и невкусные! — заявила она с усмешкой. — Ешь меня, я толстая. Если достанешь!
С этими словами Женька вытянула пальцы и сложила их в жест, за который Илона всегда ругала своих воспитанников, говоря, что показывать такое приличным людям могут только невежливые грубияны. Рептилоид человеком не был, но непристойную человеческую символику, судя по всему, знал отлично. Ибо тут же злобно оскалился и развернулся к хихикавшей девчонке.
— Женечка, беги! — успела вскрикнуть Июлия, замирая от страха.
Ящер доскакал до балкона и ухватился зубами за решетчатое ограждение, нещадно топча и ломая оплетающий его вьюнок. Женька даже не дрогнула. Вместо этого она наклонилась, с усилием хекнула, поднимая что-то тяжелое, и перевернула над головой твари двадцатилитровую кастрюлю с кипятком.
Ищейка заверещал, закрутился волчком на одном месте, бестолково затряс обваренной мордой. Женя секунду подумала, а затем подняла опустевшую посудину повыше и с размаху опустила вниз. Кастрюля, не выдержав удара о крепкую рептильную черепушку, жалобно звякнула и упала на землю. Отвалившиеся ручки остались у Женьки в руках.
С неба на огромных темно-коричневых крыльях спикировал Юлиан, вращая сразу двумя клинками. Ящер, увидев еще одного противника, рванул от крепости вниз по противоположному склону, визжа, как заяц, и тряся головой. Через минуту он скрылся в лесу.
Гелиос бессильно сполз по каменной двери столовой на землю и зашелся в истерическом хохоте, уткнувшись лицом в ладони.
— Меня феечка… на руках таскала!.. — всхлипывал он сквозь смех.
— Что с ним такое? — напрягся Юлиан, убирая оружие в ножны.
— Разумом повредился, — не моргнув глазом, заявила Июлия. — Последствия вчерашнего удара головой. Может, целителей позвать? А то полетит кукушечка, как у вашего Финиста.
— Поздно, битва вот-вот начнется, — покачал головой Юлиан, а затем достал из кармана флакон с янтарной жидкостью и протянул девушке. — Дай ему, снимет напряжение.
И пояснил, уже собираясь взлететь.
— На горизонте у начала долины минимум три тысячи ищеек. И белобрысых под две сотни. Непонятно, как они стеклись сюда незамеченными, но это уже неважно. Бой начинается. Гиннар только что активировал новую защиту, так что сидите в крепости, здесь вы в относительной безопасности. Но на всякий случай возьми пистолет, с рыжего в нынешнем состоянии никакого толку, тебе в случае необходимости придется его защищать.
И Юлиан взмыл вверх, обдав фею потоком воздуха. Июлия с тоской посмотрела ему вслед и направилась к балкону.
— Женечка, ты как?
— Крокодилы эти — отстой. И Витт хотел воды накипятить побыстрее для дядек на поляне, а теперь не получится, мы кастрюлю сломали, — буркнула Илонина воспитанница, почесывая лоб.
— Не расстраивайся, — ласково улыбнулся Витт, тоже выходя на балкон. — Иди лучше на кухню, там в микроволновке еще тарелка сырников есть. На сытый желудок и жить веселее.
Дворф протянул фее начищенный «глок» с запасной обоймой, бутылку воды и одеяло, указывая взглядом на Гелиоса. Рыжий после истерики впал в заторможенное состояние, обхватив колени и смотря перед собой в одну точку.
Июлия без разговоров сунула ему флакон с эликсиром, потом закутала в одеяло и присела рядом. Гелиос залпом осушил пузырек до дна, поморщился и тихо вздохнул.
— Если не погибнем — после заварушки подам прошение об отпуске, хотя бы на месяц. Устал я что-то от клыкастых, да ядовитых тварей, которые одна паскуднее другой.
— Если не погибнем, — печальным эхом отозвалась фея.
* * *
Илона не помнила, как пролетели с рассвета три часа. Сначала Кира увела ее на кухню, куда почти сразу же явились Юлиан с Дарреном и пригласили обеих в лагерь. Валькирия печально сникла и отказалась.
А Илона неожиданно для самой себя пошла. Тем более, в крепости оставались только кошки, спящие ребята, Витт и Гелиос с Июлькой, которые тоже крепко дрыхли, когда девчонки заглянули на рассвете в лазарет — проверить, как у них дела.
Последующие часы вылились в сплошную вереницу разноцветных крыльев и крепких рукопожатий. Кто-то из совсем юных соколов ради шутки надвинул ей на затылок крылатый шлем, другой сунул в руки чашку с чаем, пообещав, что в следующий раз, когда союзники будут праздновать победу, в этой кружке обязательно окажется что-нибудь послаще и покрепче. Она слушала рассказы о великих битвах, шедших века назад на Земле и в Иномирье, о походах за золотом, упырями и шкурами волкодлаков, и даже умудрялась задавать правильные и одобряемые гостями вопросы. Но от большого количества народу у нее быстро закружилась голова. И появление Рика, неожиданно подошедшего сзади и обнявшего ее за плечи, Илона встретила с облегчением и радостью.
— Испытывали летающий ранец, — похвастался супруг, целуя
