Это же как умереть на самом деле. А «Благодатный мир» хоть и называется «благодатным», однако загробным раем его никто не считает. Привет целенаправленной и долговременно пропаганде. Однако, как бы Мила не тряслась от страха, через год, два, три она всё равно окажется в «Благодатном мире». Процесс идёт, как говорят в подобных случаях.
Мила вполне могла бы заняться собой, получить полноценное образование, найти гораздо более прибыльную работу или в самом деле начать свой бизнес. Половина миллиона рублей. Да, это много, но выплатить можно, было бы желание и сила воли. Однако с последним у Милы оказался полный затык. Да, она пыталась что-то там сделать, только у неё ничего не вышло. Официантка в дорогом ресторана «Торпеда» — вот её потолок. И вот тогда Мила решила выскочить замуж.
Кулак с грохотом опустился на стол. Ноутбук и так лежал на столешнице ниже травы, тише воды, а тут окончательно притих и скукожился. Вот именно! Юрий зло перевёл дух. Если бы ей и в самом деле удалось выйти за него замуж, и тем более родить от него хотя бы одного ребёнка, то у неё и в самом деле появились бы шансы удержаться в реальности. Незабвенный Ваня для такого дела не годится по всем без исключения статьям.
Одно плохо, Юрий зашипел как сотня злых котов, о достойной жизни пришлось бы забыть лет на двадцать. Как на её мужа на него легла бы основная тяжесть по выплате компенсации пострадавшим. Плюс содержание Милы и ребёнка. А это опять работа, работа и ещё раз работа. Сверхурочные, левая подработка и «похлёбка» даже по воскресеньям и на Новый год.
Вот ещё одной тайной стало меньше, Юрий машинально потёр ушибленный кулак. Теперь понятно, почему Мила была так решительно против «резиновых посредников». Противозачаточные таблетки? Лажа и собачий хвост! Лишь только сейчас, задним умом, Юрий вдруг сообразил, что никогда и ни разу не видел, чтобы Мила принимала хоть какие-нибудь лекарства, чтобы в её сумочке или на прикроватной тумбочке хотя бы раз оказалась початая пачка тех самых противозачаточных таблеток.
Ни хрена она не принимала! Кем, кем, а полной дурой Мила не была. Выскочить за него замуж и прочее — это план максимум. Вполне возможно, что она пыталась провернуть план минимум — просто забеременеть от него, родить ребёнка и тем самым удержаться в реальности. Тонкостями и подробностями Семейного кодекса Юрий никогда не интересовался, нужды такой не было. Но, как знать, план минимум мог сработать. По крайней мере он никогда не слышал, чтобы в виртуальную капсулу уложили беременную женщину. В любом случае, это типичная женская тактика, которой не одна тысяча лет.
О, господи! Юрия аж передёрнуло. Пусть богатым опытом по части отношений с женщинами похвастаться он не может, зато в его активе хватает книг и фильмом. Почему, собственно, от так и вцепился в «резиновых посредников». Даже больше — чисто на автопилоте, после интимной близости с Милой, лично отправлял использованные презервативы через унитаз в канализацию Бечевинки. А то, чего доброго, у Милы вполне могло хватить ума и отчаянья вытащить из мусорного ведра презерватив и хотя бы таким образом заиметь от него ребёнка.
Юрий с трудом поднялся на ноги. В запертом сундучке оказался не волшебный горшочек с золотыми монетками, а полный и вонючий ночной горшок. На кухне глаза лишь бессильно пробежались по практически пустым полкам шкафчика над кухонным столом. Надо, надо, надо, чёрт побери, держать про запас хотя бы одну бутылку водки. Стакан холодной, горькой и прозрачной был бы сейчас очень кстати. Но! Юрий залпом опрокинул стакан самой обычной воды и тут же налил из-под фильтра ещё один. Угораздило же его.
Нет, рука вытащила из кармана смартфон, такой «хоккей» ему не нужен. Палец ткнулся в зелёную иконку быстрого набора. Юрий поднёс смартфон к уху.
— Юра! Я тебе всё объясню! — едва пискнул сигнал вызова, как из телефона выплеснулся возбуждённый голос Милы. — Это всё Ваня-гад меня подставил! Давай курнём! Давай курнём! Кайф словим! Да и родители сволочи! Отца так вообще только карьера интересовала! Его с утра до вечера позднего дома никогда не было!
Ну да, Юрий присел на табуретку, ещё одна типичная женская тактика — давить на жалость и обвинять во всех своих бедах кого угодно, но только не себя любимую. Юрий устроился на табуретке поудобней, это надолго, может быть.
Бессвязный поток просьб и признаний продолжался несколько минут. Как вдруг Мила ненадолго умолкла, а потом вдруг спросила:
— Юра, а почему ты молчишь?
Юрий выпрямился на табуретке, вот теперь можно говорить.
— Мила, я не хочу с тобой ругаться. Меня не интересуют все твои оправдания. Просто между нами всё кончено, — нарочито спокойным тоном произнёс Юрий. — Я отзываю предварительную заявку на заключение брака.
— Юра!!! Как же так! Я же люблю тебя!!! — Мила опять взорвалась бурными эмоциями.
И вновь из смартфона полился поток просьб и признаний. Юрий облокотился на обеденный стол. Придётся опять подождать. Ничего, расходы на связь он как-нибудь переживёт. Но вот Мила опять умолкла.
— О любви можешь забыть, — всё тем же нарочито спокойным голосом продолжил Юрий. — В моих глазах ты потеряла самое главное— доверие.
— Я не врала тебе! — тут же выпалила Мила.
И-и-и… Юрий опять приготовился ждать и слушать. Но нет, продолжения потока просьб и признаний так и не последовало. Осознанно или нет, но Мила приняла условия конкретно этого разговора.
— Конечно не врала, — легко согласился Юрий. — Только, знаешь ли, в народе не зря говорят, что полуправда — худший вид лжи. Когда ты собиралась рассказать мне об аборте, о гонорее, об условном сроке, о компенсации потерпевшим в половину ляма? Перед самой регистрацией нашего брака в ЗАГСе? Или сразу после?
Как бы Юрий не старался, как бы не сдерживался, однако зелёные ядовитые капли сарказма один хрен сами собой срываются с языка. И хорошо, что всего лишь капли. Душа рвёт и мечет. Так и хочется наговорить Миле гадостей. Да побольше! Побольше! Морально унизить её, растоптать её достоинство и закопать её душу. Но не стоит идти на поводу у собственных эмоций, тем более низменных и грязных.
Тишина в трубке продлилась недолго. У Милы хватило ума не отрицать очевидное. Ведь все её прегрешения официально и должным образом запротоколированы. Современное государство и в самом деле знает о каждом своём гражданине буквально всё. Знает даже то, о чём сам гражданин давно и благополучно забыл.
— Но теперь-то, Юра, ты всё знаешь! Теперь ты
