Подражание окружению играет определяющую роль и в выборе животными пищи, и в научении избеганию опасностей, и в распространении страха перед хищниками, и в поведении хищников по отношению к жертвам. Хищники обучают молодое поколение первоначально посредством жестокой игры с жертвами, отпуская их и вновь ловя. Многие приёмы нападения и защиты осваиваются в играх со сверстниками. Однако главным учителем хищников является сочетание собственного индивидуального опыта с наблюдением охотничьего поведения других особей. Биологическая работа хищников требует постоянной тренировки скоростно-силовых качеств, ловкости, координации движений, мобилизации психики и биоинтеллекта на победу в схватке с жертвами и конкурентами. Важными качествами хищников являются свирепость и агрессивность, которые у млекопитающих подбадриваются и стимулируются рычанием, рёвом, шипением, лаем, а у птиц – клёкотом. Люди также подбадривают себя в атаке криками победы, которые по-разному звучат в разных культурах.
Весьма сходно поведение животных и людей по отношению к инновациям и новаторам. «Как правило, – отмечает Ж. Резникова, – животные консервативны в своём поведении, в том числе и в тех его проявлениях, которые основаны не на врождённых, а на выученных правилах… Особи, которые делают что-нибудь непривычным для остальных образом, привлекают внимание остальных, но это отнюдь не значит, что им будут с готовностью подражать. Необычное поведение сородича наблюдают издали и держатся подальше. Конформизм и консерватизм в поведении общественных животных даёт им определённые преимущества. В частности, особи с уклоняющимся, необычным поведением, первыми привлекают внимание хищников.
Однако если индивид выжил и достиг существенного успеха, применив, скажем, необычный способ добывания пищи или защиты от опасности, он будет повторять удачную модель вновь и вновь… у таких особей могут найтись последователи, ставшие свидетелями того, что новая форма поведения не причиняет новатору вреда, а напротив, ведёт к успеху» (Резникова Ж. И. Интеллект и язык животных и человека. Основы когнитивной этологии – М.: ИКЦ «Академкнига», 2005 – 518 с., с. 281).
Животные, как и люди, склонны к стереотипизации и ритуализации своей биологической работы и своего поведения. Они очень часто доводят следование стереотипам до полной бессмыслицы. Для них, как и для людей, свойственно поступать так, как поступают окружающие особи, перенимать особенности поведения стада, стаи, сообщества, проявлять нерешительность в ситуации ответственного индивидуального выбора, передоверять ответственные решения доминирующим особям, которые признаются в качестве лидеров, следовать даже за безумными лидерами, если они проявляют уверенность и решительность в критических ситуациях.
Исследователей часто поражает тупость и абсурдность поведения животных, их неспособность действовать по-новому в изменившихся обстоятельствах. Они часто объясняют это врождёнными, генетически запрограммированными программами поведения. Но это ведь тоже импринтинг! Какое-нибудь удачное решение проблемы или восприятие действий других индивидов, их группового поведения впечатывается в психику животного и становится программой мобилизационной структуры его центральной нервной системы.
Да, животное действует подобно автомату, но этот автоматизм не врождён, а приобретён в процессе усвоения оптимальных программ и моделей действия мобилизационных структур, управляющих поведением. Поэтому инновации в животном мире усваиваются и закрепляются не сразу, а в процессе длительной рутинной биологической работы, когда проявляются очевидные преимущества новых способов поведения и успехи в биологической работе. Тогда вновь срабатывает механизм импринтинга и образуется новая рутина поведения.
Человек унаследовал от животных весь спектр биоинтеллектуальных качеств и развил их на новом уровне мобилизации психики, присущем только человеку.
13.9. Биосоциальная организация и сексуальные отношения приматов
Современные этологические исследования сообществ обезьян показывают, что в своей биосоциальной организации различные виды приматов выработали такие формы взаимоотношений, многие из которых очень близки к различным проявлениям человеческого типа социальности и могли стать, а скорее всего, не могли не стать его естественными предпосылками. Подобно тому, как человеческий интеллект как универсальная форма психики как бы унаследовал всю совокупность специализированных форм биоинтеллектов животного мира, человеческая социальность как универсальная форма социальности в своём развитии воспроизводила очень многие и самые разнообразные биосоциальности животного мира, и изучение последних может пролить свет на ранние формы человеческой социальности и помочь с высокой вероятностью ответить на ряд вопросов, на которые мы пока не имеет ответа либо отвечаем с низкой вероятностью обоснованности этих ответов. Особенно это касается «обезьяньего царства», в котором разнообразие и сложность форм биосоциальной организации достигли наивысшего развития.
Наш анализ биосоициальной организации и поведения обезьян будет базироваться главным образом на фактах и информации, содержащихся в обобщающей работе крупнейших российских специалистов по этологии приматов М.Л. Бутовской и Л.А. Файнберг «У истоков человеческого общества. Поведенческие аспекты эволюции человека» (М.: Наука, 1993 – 256 с.). В этой книге можно найти сведения об итогах исследований в данной сфере учёных из самых различных стран мира, а выводы книги во многом созвучны предлагаемому нами эволюционному сценарию в рамках общей теории эволюции.
«Обезьянье царство» сумело выделить из своей среды предков человека прежде всего именно вследствие высокого развития биосоциальной организации. Для обезьян самых различных видов характерны сложность организации сообществ, многоуровневая иерархия особей, многообразие отношений по поводу статуса в группах, избирательность контактов и установления тесных взаимоотношений внутри групп. Обезьяны в большей степени, чем другие животные разделяют членов своих сообществ на «ближних» и «дальних».
Одним из важнейших факторов образования устойчивых группировок внутри сообществ у приматов (в том числе и у людей) выступают родственные связи. Долгое время в научной литературе было повсеместно распространено убеждение в том, что никакие животные не могут распознавать своих родственников и определять близость родства и что даже люди получили возможность определять своё происхождение по мужской линии лишь после того, как обнаружили связь между половым актом и деторождением.
Современная наука полностью опровергла это убеждение как основанное не на фактах, а на недооценке способностей животных. Явление непотизма и родственного отбора получило широчайшее обоснование фактами из жизни самых различных видов животных. Непотизм (от лат. «непос» – внук) – покровительство и поддержка родственников и свояков, предпочтение, оказываемое родственным особям перед неродственными и избирательность связей в сообществах по принципу родства. Родственный отбор (или отбор родичей) – форма естественного отбора, обусловленная таким поведением животных, которое способствует выживанию родственников и помощи им в оставлении потомства.
Мэйнард Смит, которые предложил термин родственного отбора, исходил из того, что такой отбор благоприятствует сохранению генов родственной группы, несмотря на гибель или вынужденное холостячество её отдельных членов. С точки зрения теории родственного отбора именно такой отбор лежит в основе эволюции социального поведения.
Распознавание родственников происходит у различных видов животных специфическими для каждого вида средствами. Каждый из этих видов имеет свои генетические метки, доступные для способов восприятия особей своего вида. Так, у насекомых и грызунов такими метками чаще всего служат запахи. Осы к тому же обладают генетическим знаком в виде узора на морде. Некоторые виды птиц судят о родстве по расположению пятен на крыльях. Мокрицы используют осязание, ощупывая бугорки на головах.
По мнению специалистов (Уолтерса и Сейфарта, опубликовавших своё исследование в 1987 г.), обезьяны обладают превосходством в широте родственных связей благодаря высокому развитию и многообразию опознавательных способностей. Так, шимпанзе в экспериментах сортируют фотографии своих родственников по разным родственным линиям и по семейным группировкам, опираясь на некоторые, незаметные людям, особенности черт лица.
Для распознавания родственников обезьяны используют более широкий диапазон средств, чем другие виды. Сюда входят и визуальные, и поведенческие, и запаховые, и звуковые сигналы. Благодаря прогрессу систем распознавания, многие виды обезьян способны не только выделять мать и родственников по материнской линии, но определять степени родства, подразделять родственников близких и дальних, создавать родственные кланы, даже избирательно относиться к тёткам, двоюродным братьям и сёстрам, племянникам, бабушкам.
