Отложив планшет, он встал с мягкого дивана и потянулся — хорошо тут, уютно! Настоящая кают-компания однако… Только бармена не хватает за стойкой…
— Джипси, как насчет спарринга? — проговорил он, вызвав сталкера по внутренней связи.
— А что? Давай, чудовище! Я надеру тебе задницу!
* * *
Выход на орбиту Кармарена все встретили на боевых постах. Гая донимало нехорошее предчувствие, поэтому он заставил команду облачиться в скафандры и откачать из жилых отсеков атмосферу.
— Выходим из гипера на счет айн, цвай, драй…
Зевота — очень заразительное явление. Иногда стоит хотя бы вспомнить про зевание — и тут же рот растягивается в дурацкой гримасе. А тут — зевала вся команда и характерные звуки раздавались по интеркому.
— Да прекратите уже! — не выдержала Эби. — Гляньте, что на орбите творится!
На орбите Кармарена творилось нечто невероятное: гиперпространство полыхало всеми цветами радуги, выпуская на свет Божий десятки странных объектов одинаковой формы и размера: это напоминало аварийные спасательные капсулы, только значительно больше: около 15 метров в диаметре и 40 — в высоту. Они устремлялись к планете и пропадали под плотным слоем облаков.
— Это что еще? Это же не мехи, правда? — неизвестно к кому обращаясь, спросил Гай.
— Молодой человек, в этих контейнерах находятся конструктивные элементы зданий, сооружений, а также оборудование, предназначенное для создания металлургического и машиностроительного производства, если мы можем доверять данным сканеров и местным СМИ, — откликнулся Давыд Маркович.
ИскИна всё-таки взяли с собой — как справиться без него с компьютером автоматического колонизатора — никто не представлял.
— И что вся эта хрень может значить?
— Кто-то осваивает Кармарен! — выдал Джипси.
— Осваивает Кармарен? — удивилась Эбигайль. — Там проживает три миллиарда человек, как можно осваивать уже населенную планету, одну из самых развитых, из первой пятерки, в конце концов?!
— А вот это, душа моя, правильный вопрос… — задумчиво проговорил Гай.
Глава 14,
в которой в дело вступает самосбор
Кармарен столкнулся с напастью доселе невиданной. Конфедераты и силы планетарной обороны готовились отражать натиск мехов, огромных боевых человекоподобных роботов. Системы ПВО и атмосферные перехватчики были готовы сбивать врага прямо в воздухе, дальнобойная артиллерия и ракетные войска — накрыть морем огня или высокоточным ударом место приземления. Пехота сменила стрелковые комплексы и бластеры на ракетницы, станковые лазеры, «гауссы» и бронебойные крупнокалиберные винтовки.
Но с неба вместо мехов посыпался самосбор. Технология была известной, но очень дорогой, и никогда не применялась в военных целях. Это были модульные кибернетические конструкции, которые на основе универсальных элементов по заданной программе выстраивались в необходимые заказчику сооружения. Нужна фабрика — будет фабрика. Нужен умный дом — пожалуйста! Реактор — тоже можно, только очень дорого. Угольная шахта, цех по производству губной помады или автоматическое кафе — что угодно. Высокотехнологичное, компактное. Позволить такое скоростное строительство могли себе немногие — по большому счету, каждый такой контейнер стоил как хороший промышленный цех последнего поколения, у которого объемы производства в сто или двести раз больше, чем у этих дорогущих игрушек. Такие штучки иногда использовались корпорациями-гигантами для развертывания первичных баз колонизации или производственных комплексов на дальних рубежах.
Самосбор на главной площади крупного города — это полная неожиданность, дурдом и хаос. Да, некоторые контейнеры успевали сбить лазерные и ракетные системы ПВО, и перехватчики — но всё-таки они были рассчитаны на противодействие осмысленно летающим целям, а не падающим с многократным ускорением! Р-раз — контейнер самосбора врезался в поверхность планеты на глубину от 15 до 20 метров, два — хитроумные механизмы тут же разворачивались в оборонительные универсальные турели, открывая огонь по авиации и ракетам ПВО, расчищая небо для второй партии грузов. Три — в грунт закапывались новые упавшие с небес гостинцы, соединяясь ключевыми узлами и переплетаясь коммуникациями. Стартовых мощностей хватало, чтобы выпустить из возникшего будто по волшебству обогатительного завода несколько бронированных харвестеров, которые начинали шарить по окрестностям, собирая строительные материалы и топливо. Постреливая из лазерных спарок эти похожие на гигантских жуков машины тащили награбленные ресурсы в топку завода.
Им плевать — это муниципалитет, монумент великому ученому или детский сад. Для самосбора всё — ресурс, и точка. Если в этот момент к возникающей опорной базе успевали подтянуться планетарные войска — противостояние в большинстве случаев заканчивалось победой кармаренцев и конфедератов над бездушными машинами. Раздолбать харвестеры из танковых орудий, с помощью роя управляемых ракет или группы диверсантов подорвать турели и добить обогатители — это было вполне реально. В первые часы.
Однако, если время было упущено — с орбиты падали новые контейнеры, которые разворачивались в танковые, авиационные, пехотные цехи, из которых через равные промежутки времени появлялись военные юниты — черные скафандры, «тушки» малых ОБЧР-ов, диковинные квадрокоптеры, вооруженные ракетами и бомбами, и черт знает что еще — пока ни один самосбор на Кармарене дальше квадрокоптеров не развился.
— Гребаный Command Conquer! — выпалил Гай и треснул кулаком по приборной панели.
— Что? — оглянулась на него Эби.
— Говорю, это сраная RTS! Или у меня едет крыша, или у кого-то она уже съехала и он продолжает играть в компьютерные игры в реальном мире!
— В моем мире, Гай. Мы должны помочь Мадзинге и Заморро, и вывезти маму в безопасное место…
Маму! У Эбигайль была мама! Кормак почувствовал, как у него краснеют уши — он ни разу не спросил девушку о родителях, ему почему-то казалось, что у нее из родственников только Крюгер и два абордажника, а оно вон как обернулось! Ну да… Перспектива встречи с матерью Эбигайль его смущала и нервировала гораздо больше, чем возможное столкновение со всей долбанной самосборной армией мехов.
* * *
— Как всегда — люди готовились к прошлой войне, — сказал Джипси. — Ну, то есть ракетницы и тяжелые «гауссы» всё еще актуальны, даже против дурацких скафандров, но штурм базы — это штурм базы. Одно дело — выловить одинокого ОБЧР-а, а другое…
— Давай, канонир. Конкретные предложения по облегчению участи жителей Тандерделла и осложнению жизни местного самосбора.
— Смотри, что прислал Заморро… Они там создали отличный рубеж обороны в черте города, размещают беженцев, и разносят атакующие отряды роботов в пух и прах — но в наступление перейти не могут. И выделить мангруппы для атаки харвестеров — тоже сил у них нет.
На тактической карте появился вид Тандерделла сверху. Крупный город на четыреста тысяч человек, раскинувшийся в горной долине по обеим берегам бурной речки. Три моста — капитальные рокритовые постройки, которые сложно было прошибить даже тактическими ракетами, и они по-прежнему оставались связующими части города артериями, по которым и пытались наступать войска самосбора.
— Обороной руководит капитан Ковальски, у него там неполный батальон конфедератских штурмовиков и местное ополчение. Местные в основном сидят в домах вдоль берега реки и караулят квадрокоптеры, роняют их в реку с помощью ЗРК и станковых лазеров. А конфедераты уже воюют на переднем краю — оборудовали рубежи в примостовых кварталах, и жгут из подвалов и бункеров мехов. Атаки следует одна за одной, каждые шесть часов…
Гай задумался, что-то вспоминая:
— И состав отрядов примерно одинаковый, да? Несколько мехов, двадцать-тридцать скафандров, сверху их прикрывает три-четыре ударных коптера, так?
— Так. Расшатывают оборону, говорю же — волна за волной. Постепенно выбивают защитников, разрушают укрепления — ну и дохнут, конечно.
