подал идею Петер, задумчиво крутя в ладони одну из пешек. — Естественно, изменить внешность, себе и ей. Кстати. Хайнц, ты придумал какой-нибудь альтернативный план кроме прямого нападения на улице? Что-то более тихое и незаметное?
Гротте лишь отрицательно покачал головой. Всё свободное время он размышлял об этом но так и не смог сообразить каким ещё способом можно добраться до личного архитектора Гитлера, не устраивая бой посреди улицы. Чёртово гестапо не зря ело свой хлеб, постаралось учесть все слабые места в охране и усилить их. Везде солдаты или шпики, к дому не подобраться, в здание министерства без документов не зайти а соорудить поддельные нет ни времени ни возможностей. Но даже если бы они умудрились оказаться внутри то ведь нужно же ещё добраться до его кабинета. А там, по словам немки, тоже стоит охрана, не считая секретарши. Хотя та, небось, только и сможет что завизжать от страха или вообще хлопнуться в обморок. А переть внаглую на пулемёты охраны… это верная гибель при полном провале задания. И как быть? Остаётся надеяться что парни или та же немка подадут какой-нибудь дельный совет который хоть чуть-чуть повысит их шансы на успех.
— Ну что ж, если другого варианта не найдётся то будем действовать по обстановке! — резюмировал Карл, глядя в стену за спиной Гротте. Видимо, мысленно уже прикидывал кое-что.
— Оружие у нас только те пистолеты. Маловато для лобовой атаки… — сказал Петер, продолжая вертеть в руке шахматную пешку. — Хотя, если мы добудем у охраны пулемёт то уже станет веселее.
— Ну да, они же добрые, с радостью поделятся с тобой! — фыркнул Карл, искоса поглядев на него. — Знаешь, если бы охрана состояла из женщин, я бы поверил что ты сможешь это сделать, но в данном случае… Постой, неужели ты и к мужикам подход нашёл⁈ — он ошарашенно открыл рот.
— Слышь, ты, шутник! — тут же вскинулся Петер и резким движением метнул пешку в лицо товарищу.
Тот среагировал моментально, отмахнувшись рукой. Шахматная фигура, отбитая ладонью Карла, поменяла направление и едва не попала в лоб самому Хайнцу который с трудом успел отклонить голову. Пешка пролетела рядом с лицом, ударилась о стену и свалилась на пол.
— Довольно! — крикнул он, сурово нахмурившись. — Что за детский сад⁈ Как дети малые!
— Извини, Хайнц… — пробурчал Карл, отведя взгляд в сторону. — Не думал что она в тебя полетит. Если бы не этот крендель… — кивок в сторону Петера.
— Я тут при чём? — тут же вскинулся Баум, вытаращив глаза. — Сам следи за языком, остряк!
— Я сказал — хватит! — хлопнул по столу Гротте и встал со стула. — Всем тщательно проверить оружие! Чтобы не подвело в нужный момент!
— Всё поняли, Хайнц, не волнуйся! Мы его уже проверили раз пятьдесят! — заверил Петер, со вздохом вынимая свой пистолет и начиная его разбирать.
— Значит проверьте в пятьдесят первый! — напирал Гротте. Посмотрел на обоих подчинённых, огорчённо покачал головой и направился в свою комнату.
Вот хорошие же парни! Умные, надёжные, ответственные… да много каких ещё у них достоинств! Но как только им вожжа под хвост попадёт то всё… Превращаются в каких-то пионеров с шилом в заднице! Понятно что молодые ещё, по возрасту как студенты, но надо же быть сдержаннее⁈ Хотя… Может так они пытаются сбрасывать напряжение? Работа-то у них очень своеобразная, это не у станка стоять.
Ладно, пора бы ему и самому заняться тем же! Он вытащил своё оружие и начал разбирать его, тщательно прочищая все детали пистолета. Завтра решающая встреча с немкой и надо хорошенько подумать как усидеть на нескольких стульях сразу…
Глава 39
г. Львов, СССР.
22 мая 1940 года. Вечер.
Александр Самсонов.
Солнце уже почти зашло и его угасающие лучи освещали ковёр над кроватью, придавая комнате ещё больший уют. Ковёр был красивый и изображал какую-то королевскую охоту в одной из европейских стран. По крайней мере именно на это намекала одежда кавалеров в камзолах, пышных шляпах и других прибамбасах того времени. Среди них ехали на лошадях и несколько дам в широких платьях, сидевших в сёдлах свесив ноги на одну сторону. Между ног коней застыли лающие собаки, рвущиеся вперёд. Очень качественно выполненная работа и Саша часто смотрел на ковёр, иногда испытывая желание оказаться среди этой весёлой группы аристократов, наслаждающихся охотой…
В комнате было тихо, так как закрытое окно почти не пропускало звуков. Лишь иногда доносился невнятный голос какой-нибудь парочки прошедшей под окнами и громко разговаривающей. Монотонно тикали часы на стене, умиротворяя и усыпляя. Александр любил такую спокойную тишину, когда не надо никуда бежать, стрелять и вообще заниматься активными телодвижениями спасая свою жизнь. Только увы, пролежать десятки лет на печи как Илья Муромец не получится. Особенно после того как Саша поставил полгорода на уши. Хочешь-не хочешь но придётся! Враги сами по себе не сдохнут, так что сидеть на берегу реки и ждать когда по ней проплывут трупы украинских националистов не его метод.
Он проснулся всего час назад, беспробудно проспав всю ночь и почти весь день после той ночной катавасии. Пару раз из-за двери слышались лёгкие шаги Матильды Витольдовны, которая по-прежнему думала что Александр спит. Пора бы ему вставать, немного размять тело, и главное — наполнить этот ненасытный орган хоть какой-нибудь едой! Желудок, едва понял что хозяин проснулся, тут же заурчал как стая уличных котов, требуя свою ежедневную норму. Его возмущение было понятно, поскольку из-за ранения и слабости Саша обломал орган не только с завтраком но и с обедом. Да другой орган тоже вовсю сигнализировал о том что вот-вот сорвёт крышку.
Александр откинул одеяло и осторожно спустил ноги на пол, также покрытый пышным ковром. Пальцам ног явно понравилось ощущать мягкие ворсинки и он, не удержавшись, провёл пару раз стопой. А потом взял с тумбочки предмет, от которого, собственно, и проснулся час назад. Это была пуля. Та самая что попала в его тело прошлой ночью…
Час назад Сашу разбудило некоторое неудобство под бедром, несмотря на то что спал он на перине, как дореволюционный барин. Спросонья Александр засунул туда руку и нащупал какой-то странный предмет который не смог определить с закрытыми глазами. Мозг, всё ещё находящийся в полусонном состоянии, вяло заинтересовался и заставил поднести находку к лицу. Протяжно
