же жижи, потел не меньше. Дважды Макар видел, как Родион, считая, что Макар не видит, быстро проводит по лбу рукавом.
Каменистых островков внизу становилось все больше. Казалось, дракон свивается в кольцо. Макар почти видел этого дракона, который, выступив из земли, преграждал им путь своими уходящими в небо боками.
– А вот и Подкова! Первая гряда. Прилетели! – Родион стреножил Митридата и привязал его к одной из последних сосен, которую, похоже, часто использовали для этой цели. Ствол сосны был местами вытерт, а кора сбита. На земле четко проступали отпечатки копыт.
– Это мое любимое место. В следующий раз сюда не суйся, свое ищи! Ул с Ярой обычно левее «паркуются», километров шесть отсюда. А Макс с Афанасием прямо на скалу прут. Им кажется, если ее носом подолбить, закладок больше будет. Дятлы!
– И что? Находят?
– Да тут их только слепой не найдет! – неохотно признал Родион.
В его голосе к ревности примешивался профессиональный задор. Каждый шныр, разумеется, имеет свои секреты. И каждый считает, что один он знает, как и где правильно искать закладки.
Макар полез привязывать Афродиту к той же сосне, к которой был уже привязан Митридат, но Родион его отогнал.
– Другое дерево ищи! Перепутаются. Или отгрызут друг другу перья на крыльях. Твоя Афродита и так уже ощипанная!
Родион говорил об отсутствии у кобылы пары маховых перьев. Конечно, со временем они отрастут, но, пока у Афродиты не исчезнет привычка тереться о стенку в деннике, это время явно не наступит.
Привязав лошадь, Макар отстегнул от седла саперку. Ему не терпелось поскорее копать.
– Погоди! – остановил его Родион. – Давай выше поднимемся. Чего глину зря лопатить? Закладки со скал осыпаются, вот и искать их надо или под скалами, или «на языках».
– Языках?
– Следы обвалов. Камни, они вообще-то откатываются. Смотришь на скалы глазками. Если видишь свежие сколы – значит, обвал был. Там закладки на меньшей глубине попадаются. Их глиной не занесло. – Родион уверенно зашагал вверх по склону. Макар догонял его, порой притормаживая, чтобы вытереть пот. Наконец проводник остановился и с комфортом улегся под скалой, бросив под голову сумку.
– Ну где-нибудь тут поиграйся! Только не пыли на меня! – потребовал он.
– Копать? – переспросил Макар, разглядывая слежавшуюся глину под ногами.
– Запомни, салага! Копают солдаты, роют кроты, а шныры шнырят.
Макар вздохнул, расчехлил лопату и стал «шнырить». Родион перевернулся на живот и, оперев голову о руку, давал ему ценные указания:
– Глубже вкоп! Это у ослевичей копают мышцы – у умных башка! Главное, пробить бороздку по центру, эдак на полштыка – на штык. Дальше само отрезаться пойдет!
Чтобы зарыться на штык, Макару потребовалось полчаса. Родион успел вздремнуть. Потом открыл глаза и сказал:
– Мне понравилось бы в рабовладельческом обществе. Приятно смотреть, как кто-то вкалывает.
Макар выпрямился. Он уже тихо ненавидел саперку, Родиона и двушку. Примерно в таком порядке.
– Помочь не хочешь?
– Хочу. Но терплю, чтобы ты чему-то научился. Шевелись давай! Не напрягай руки – забьются. Бросай плечом, на расслабление!
Макар продолжил копать. Несмотря на то что Родион уверял, что закладку не найдет только слепой, время шло, а закладки все не было. Макар с непривычки натер себе мозоли. Внутри мозолей ходила жидкость, приобретавшая сизый цвет, когда ладонь смыкалась вокруг ручки.
– Не прокусывай! – предупредил Родион, заметив, что Макар тянется к водянке зубами. – Ул говорит, что рот – самое грязное место организма после души. Прокусишь водянку – пойдет солено-сладкая водичка. Час или два ничего, а потом руку раздует – неделю ложки не возьмешь!
Внезапно саперка звякнула, ударившись об камень. Макар и Родион разом вскинули головы.
– Погоди! – сказал Родион. – Рано радоваться! Камень может быть самым обычным. Коснись его!
– Зачем?
– Чтобы не тратить времени, если это «пустышка». Встречались дурилы, которые, считая, что нашли огромную закладку, на радостях пытались обкопать основание скалы.
– Кто это?
– Всех не назову, но одного ты точно видел. Он перед тобой! – неохотно отозвался Родион. – Щупай давай, это не девушка, не тормози!
Макар расчистил небольшую часть серого камня. Вопросительно оглянулся на Родиона и осторожно коснулся его пальцем. Секунду ничего не происходило, а потом Макар вдруг сел на землю и улыбнулся глупой, рассеянной и счастливой улыбкой.
– Ага, чухнуло тебя! Какая-то закладка есть! – утвердительно произнес Родион. – Ну теперь отрывай! Нет, по самому камню не бей – можешь попасть по закладке.
Макар схватил саперку и заработал двумя руками, не вспоминая уже про мозоли. Камень с закладкой оказался здоровенным. На то, чтобы обкопать его со всех сторон и вытащить, у него ушло полчаса. Родион не помогал, ограничиваясь советами. Ничего себе проводник! Яра-то, говорят, за своих учеников сама все делает!
– Переверни! – скомандовал Родион, толкая камень ботинком. – Ага, вот тут с краю! Замой чем-нибудь!
Макар дернулся к далеким соснам. Остановился.
– Я это… фляжку на седле оставил!..
– Ух, какие нежности! Ну так плюнь и рукавом протри!.. Есть и народный способ, но это когда меня рядом не будет! Шевелись, тютя!
Макар плюнул и стер с камня прилипшие глину и песок. В куске пористого камня что-то тускло светилось. Точно голубую лампу от новогодней гирлянды опустили в грязь.
– Синяк! – удовлетворенно произнес Родион.
Макар разглядывал свою первую в жизни закладку. Отчасти он был разочарован. Ну засунули в камень мерцающую штуку! Он представлял себя закладку иначе – более романтично, что ли.
– Как я узнаю: та эта закладка или не та? Усиливает она мужество или нет? – спросил Макар.
– Возьми ее в руку… Погоди: ты должен внутренне приготовиться, что придется разжать пальцы!
– А мне захочется ее взять?
Родион кивнул.
– Наверняка захочется. Особенно если эта закладка твоя. Когда я нырял за своей первой закладкой, то развел костер. Когда понял, что не могу и не хочу разжимать кулак, сунул руку в огонь. И пальчики прекрасно разжались!
– И что это была за закладка?
– Неважно, – быстро сказал Родион. – И не спрашивай, куда смотрел мой проводник. По дурости я отбился от него в болоте, и мы встретились уже в ШНыре… Ну давай, проверяй! А то, может, снова копать придется!
Напуганный такой возможностью, Макар торопливо присел и, схватив камень двумя руками, приподнял его. Родион запоздало проворчал, что поднимать необязательно, но Макар его не услышал. Несколько мгновений он еще ощущал тяжесть камня, потом она куда-то ушла. Синяя закладка рассказывала Макару о себе. Рассказывала образами – ослепляюще яркими, ярче всяких слов. Макар увидел себя бесконечно успешным и смелым. Он спокойно докуривал в пылающем самолете. Лежал на спине под бомбежкой, забавляясь точками приближавшихся бомб. Блефовал в покере, имея на руках жалких две семерки. Играл
