Последыш надулся, переводя взгляд с Лилит на Лилиту, словно выбирая, кому из них на руки пойти.
Первый во всеуслышание отметил, что все они отлично справились с поставленной задачей и могут отныне считаться равными им с Лилит. Почти равными, торопливо поправился он — в обсуждении решений, но не принятии их — но интуиция уже подсказал ему, что он пожалеет о не вовремя вырвавшемся комплименте.
Вот не могла она ошибиться, как в случае со шпионом Второго, который оказался еще и провокатором?
Набросок сооружения для перемещения по водным просторам Первый сделал давным-давно — еще в своей башне, до того, как приступил к практическому созданию своего мира.
Сейчас он просто увеличил его — с учетом количества переносимых объектов — и пририсовал над ним навес — для защиты от молний мира, если тому опять порезвиться вздумается.
Затем, объяснив его назначение Крепышу, он велел ему заняться его созданием.
— Нет, не пойдет, — уверенно возразил ему Крепыш. — Такое любой волной перевернет.
— С какой стати? — насмешливо поинтересовался Первый, указав ему на плавучий настил, который уже много лет и без каких-либо проблем курсировал по их теплому водоему.
— А, — отмахнулся от его аргумента Крепыш, — там течения нет.
Первый саркастически полюбопытствовал, откуда у него такие познания в плавучем деле — Крепыш молча поднялся, отошел и вернулся через пару мгновений со странным объектом в руках.
Это был длинный и относительно узкий кусок дерева, заостренный с обоих концов, но не сплошной — вся середина в нем была выдолблена, так что осталась только оболочка, как скорлупа какого-то невиданного плода.
— Вот такое нужно, — протянул его Первому Крепыш, — крениться будет, но при любой волне не затонет.
Оказалось, что Крепыш уже перепробовал на реке множество объектов различных форм и размеров и был абсолютно уверен, что нашел самый устойчивый.
У Первого скупая слеза навернулась — он всегда твердо верил, что потомки его первородных освоят водные просторы, но даже не предполагал, что это произойдет так скоро и что это будут его потомки.
Он с готовностью признал Крепыша равным в дискуссии о том, где размещать навесы для них них и их живности — в глубине конструкции или наверху, на закрывающем глубину от попадания воды настиле. Крепыш считал глубину более безопасной — Первому категорически не нравилась идея оказаться замкнутым в чреве конструкции без малейшего понимания, что происходит вокруг.
Проходящий мимо Малыш заметил, что в чреве лучше животных поместить, чтобы они окружающую их со всех сторон воду не видели.
— А то взбесятся, — уверенно добавил он.
— А ничего, что они там ходить будут? — взвился Крепыш. — И центр тяжести смещать?
— Так загородку им нужно построить, — пожал плечами Малыш, как будто речь шла о совершенно очевидном деле. — И запасы еды лучше там держать.
— Это еще почему? — уже с интересом спросил Крепыш.
— Чтобы на солнце не испортилась, — закатил глаза к небу Малыш.
— Вообще-то, неплохая мысль, — задумчиво протянул Крепыш. — Если внутрь все загрузить, то глубже в воду сядет — устойчивее будет.
— А тех, кто наверху останется, — добавил Малыш, — нужно к краям привязать. Чтобы не смыло, если что.
— И клинья у руля поставить, — подхватил Крепыш, — чтобы направление держал, если всем вниз спуститься придется.
Первый вновь почувствовал себя не равным в дискуссии, а лишним — и ухватился за единственное оставшееся только у него право принимать решение, велев им немедленно приступать к постройке сооружения прямо на реке.
Они удивленно переглянулись.
— Так это же большая посудина будет, — открыл ему Малыш очевидную истину.
— На реке будет дно черпать, — добавил Крепыш, — может застрять. Сразу на открытой воде строить нужно.
Скрипнув зубами, Первый принял новое решение — если в это сооружение нужно вместить все их пристанище, то его нужно называть их плавучим домом, а не какой-то посудиной, а Малышу с Крепышом следует отправиться к водным просторам и немедленно приступить к его постройке там.
Они тут же сорвались с места, вернувшись к своей оживленной дискуссии.
— Куда? — заорал Первый, врываясь в нее снова на равных. — Чего с пустыми руками ходить, да еще и так долго? Вот, — ткнул он пальцем в заграждение вокруг их пристанища, — выдернуть, возле реки связать, на них сплавиться — и сразу готовый материал для работы.
Переглянувшись, они ободрительно закивали.
Вот то-то же, приосанился Первый, нечего забывать, кто по воде путешествовал, когда их еще и на свете не было. И кто умеет далеко в будущее смотреть, заготовив все необходимое для великого дня задолго до него.
Глава 14.13
Втроем они быстро выдернули несколько стволов из земли. Первый показал было Малышу с Крепышом, как удобнее за них браться — Крепыш удивленно пожал плечами, приделал к концам каждого по паре дисков с перекладиной, привязал к одному упрямца — и все стволы проделали путь к реке куда быстрее, чем обратный много лет назад на плече Первого.
И хоть бы одно дерево на пути встало! — возмутилось его уязвленное самолюбие.
Но как бы то ни было, они уплыли к бескрайним водным просторам — и работа, наконец, пошла.
Не так быстро, как хотелось бы Первому — он каждый день летал туда, чтобы проверить — но все же пошла.
Чтобы ускорить ее, он занялся тем, что точно умел — сплавлением стволов вниз по реке.
Правда, выдергивать их в одиночку оказалось сложнее, чем с Малышом и Крепышом — как он их только туда воткнул?
И транспортировать их к реке диски Крепыша помогали лишь частично — уж у него-то на пути каждое второе дерево вставало.
Спуск по реке был, конечно, куда приятнее, но, к сожалению, не только ему — в конце ее стволы упрямо продолжали свой путь, решительно отказываясь приставать к берегу.
В конце концов, при виде его Малыш с Крепышом выбегали навстречу и тыкали в стволы длинными палками, направляя их к месту назначения — пока он беспомощно сидел на них, лишь самую малость ускоряя процесс слабыми гребками рук.
Хотя именно это движение навело Крепыша на еще одну блестящую мысль — успокаивал он себя впоследствии.
Но однажды стволы все же закончились — последние он оставил для особой миссии — и спустя еще какое-то время над водными просторами уже возвышался остов их плавучего дома, в котором оставалось построить лишь заграждения для их живности, верхний настил и две длинных вертикальных балки, выходящие из его центра вверх.
И Лилит уже почти закончила мастерить из покровов громадные крылья, которые они должны были прикрепить
