есть чистокровные. Всё больше и больше их присоединяются к нам.
― Некоторые говорят, что у этих семей были налажены отношения с Пожирателями Смерти.
― И вы не расследовали эти слухи? — спросила я. — Кажется, это должно было быть первоочередным делом.
― Самая первоочередная задача — навести порядок в своём доме, — ответил Грюм. Он нахмурился. — Твой вклад в это дело оценен по достоинству.
― Я на стороне Министерства, — отозвалась я. — По крайней мере, этого Министерства. Я бы не стала настраивать колеблющихся парламентариев против нас, тем самым ставя под угрозу все наши достижения.
― Кто-то настроил, — угрюмо произнес Грюм. — Мы надеялись, что, может, у тебя есть какие-то идеи, кто это сделал.
― Мои способности по большей части сосредоточены на угрозе мне самой, — пояснила я. — В пределах моей организации никто из детей ничего об этом не слышал, по крайней мере, из того, о чём они мне рассказывали.
В кои-то веки я говорила чистую правду. Немного разочаровывало то, что Грюм не поверил мне. Несомненно, он считал, что я в состоянии преодолеть те защиты, которыми располагали эти люди, и уничтожить особняки целиком, со всеми находящимися в них.
Я может и смогла бы провернуть такое, с помощью своих людей, но те тёмные чары, которые эти люди использовали для защиты своих домов, означали, что будут жертвы. Я ещё не была к ним готова, за исключением случая, когда это оказалось бы чем-то критически важным для выживания остальных.
Легче было бы провернуть убийство на Косой Аллее, и я скорее подловила бы их где-то на публике, нежели нападала на них в их скрытых норах.
Никто не нападал на Технаря в его мастерской, если имелся выбор; нападение на волшебника в его доме точно так же было плохой идеей. Я слышала о некоторых защитах, которые волшебники устанавливали на свои дома, и Пожиратели Смерти, как правило, были богаче остальных, что означало — они могут позволить себе больше.
― Выглядит всё так, словно это сделали свои же, — произнесла я.
― Что?
― Кто ещё смог бы пройти через их защиты? — спросила я. — Выглядит всё так, что как минимум кто-то захватил члена семьи, знавшего о семейных защитах, и принудил его раскрыть все секреты. Возможно, их предал слуга.
Грюм пристально посмотрел на меня.
― Ну, нападавший мог быть каким-то спятившим взломщиком проклятий, — добавила я. — Но у среднестатистического Пожирателя Смерти должны быть действительно хорошие защиты. Намного легче подкупить кого-то.
Или же это сделал кто-то, кто просто был настолько хорош, что мог пройти через защитные чары. Тем не менее, у Волдеморта не было причин убивать своих людей, а Дамблдор не выглядел тем человеком, который стал бы уничтожать целые семьи.
― И ты не имеешь к этому никакого отношения? — спросил он.
― Я даже не знаю, какие семьи стали мишенями, — ответила я.
Он протянул мне список, и я принудила себя не реагировать.
Каждое имя в списке было одним из тех, которые я дала Грюму и Дамблдору. Я посмотрела на него. Он должен был знать; было ли это попыткой подставить меня?
― Ничего об этом не знаю, — солгала я.
Он вздохнул.
― Я надеялся, что может и знаешь.
Вёл он себя так, словно не помнил того, как я протягивала ему имена. Отдала ли я ему имена из рук в руки напрямую, или считала, что Дамблдор отправит их ему?
Стёр ли ему кто-то память, вероятно, кто-то могущественный, или близкий к нему, или и то, и другое?
― Я просто рассуждаю, — ответила я. — Уверена, что у вас это лучше получится, чем у меня, раз уж вы, вероятно, видели места преступлений.
На мгновение я задумалась над тем, чтобы предложить им поискать отпечатки пальцев, но это могло впоследствии выйти мне же боком. Помимо этого, если тот, кто нападал, нацеливался только на Пожирателей Смерти, я что, и правда хотела остановить его?
Если бы кто-то убил Волдеморта за меня, то тогда я наконец-то смогла бы тихо-мирно уйти в отставку и жить в своё удовольствие.
― Мне нужно возвращаться в класс, — сказала я. — Вопрос, который вам следует задать самому себе — насколько сильно вы хотите найти людей, сделавших это, и действительно ли вы хотите арестовать их.
― Предполагается, что Министерство защищает всех, не только тех, кто с нами согласен, — проворчал Грюм. — И невинные люди оказались убиты во время данных рейдов: слуги, домовые эльфы... кто бы ни нападал, он оставил за собой бесплодное пепелище.
― Я вам не бездумный инструмент, — чинно отозвалась я. — Даже если я использовала их в прошлом. По моему разумению, Пожиратели Смерти сейчас в бегах, отчасти благодаря вашим усилиям. Надеюсь, что вы продолжите действовать в том же духе.
― Есть ещё одно дело, — произнёс Грюм.
― Да? — спросила я.
― Несколько месяцев тому назад Сириус Блэк сбежал из Азкабана. Мы полностью потеряли его след на длительное время, но недавно его видели в Хогсмиде.
― Сириус Блэк? — переспросила я.
― Он был другом родителей Поттера; он был их Хранителем Тайны, но предал их и выдал Сама-Знаешь-Кому, в результате чего они и погибли. Его схватили после взрыва на улице, убившего двенадцать маглов.
― Как он это провернул? — спросила я. — Они стояли близко друг к другу, или он использовал версию взрывных чар, которая бьет по площади?
Грюм вытаращился на меня.
― Большинство людей беспокоились бы за своего друга. Ты же хочешь воспользоваться практическим советом от Пожирателя Смерти?
― Чтобы ещё лучше убивать их с помощью такого заклинания, да, — ответила я. — Удивительно, что заклинаний массового уничтожения совсем немного. Они трудны в магическом плане, или это просто культурное отторжение?
― У волшебников нет магловской любви к взрыванию всего подряд, — проворчал Грюм. — Настоящее сражение ведётся один на один.
― Понятно, культурное, — произнесла я.
Кивнула самой себе. Может быть, возможно изготовить самодельные бомбы, настроенные взрываться, если их коснутся определенные люди. Нужно будет подать идею
