я знала, что, возможно, мне придётся... допрашивать одного из пленных и приняла меры, чтобы оставить часть каждой камеры вне радиуса действия моей силы. Я слышала предупреждения насчёт встречи с самой собой, и как следует постаралась избежать подобного... особенно из-за того, что один из самых ранних экспериментов с путешествиями во времени вытер из бытия двадцать пять человек и ведьма, пропутешествовавшая на пятьсот лет назад, постарела ровно на такое же количество лет, когда вернулась.
Все ещё не знала, как они вообще узнали о том, что некоторые люди не родились, но в любом случае я стала предусмотрительной.
Имелись и другие, ещё более пугающие эффекты, указывающие, что сама ткань времени была разорвана. В нынешние дни большинство волшебников использовали маховики времени для самых тривиальных вещей.
Последнее, что мне требовалось — создать парадокс и уничтожить пространственно-временной континуум. Я уже разок спасла мир; и не собиралась уничтожать Вселенную.
― Всё прошло не так, как ты рассчитывала? — спросила Гермиона, входя в ванную комнату.
― Я получила свою медаль, — отозвалась я, демонстрируя ей свою кривую усмешку. — Роули хочет, чтобы меня сфотографировали и фотографию разместили на витрине.
― Это традиция, — сказала Гермиона. — Помогает родителям понять, насколько важен Хогвартс и всё такое.
― Реклама за счёт выпускников, — ответила я. — Полагаю...
― Так что, они напали? — спросила Гермиона.
― Использовали кучку заимперенных марионеток, — произнесла я. — Рита Скитер напала на меня, и, кажется, новость об этом попадет на первую страницу.
― Вероятно, только об этом и будут говорить, — угрюмо заметила Гермиона. — Предполагалось, что ты вдохновишь людей; вместо этого, они будут смотреть на тебя, как на очередную жертву.
― Люди, имеющие значение, будут вдохновлены, — отозвалась я. — А те, кто увидит во мне жертву... или они просто относятся ко мне снисходительно, что я могу принять, или они мои враги, а значит то, что они считают меня слабой — преимущество.
Было время, когда я действительно являлась слабой, когда выглядеть сильной было жизненно важно. Чем сильнее я становилась, тем более неверно становилось это утверждение. В конечном итоге, я стану достаточно сильной, что смогу подражать Дамблдору и притворяться дрожащим старым Директором, над которым все потешаются, и мне не нужно будет шляться по всем этим официальным тусовкам и попадать в неприятности.
Ремус не распространялся насчёт своих дел во Франции, и вообще не говорил о том, что делал Дамблдор.
― Всё это просто неправильно, — сказала Гермиона. — Министр Боунс должна была заставить их напечатать правду.
― Она мне нравится, но сомневаюсь, что подобное произойдёт, — ответила я. — Или она за свободу прессы, и тогда они печатают то, что хотят, или она против свободы, в таком случае они печатают то, что отвечает интересам Министерства.
Новостные статьи о событии дадут мне хорошее представление о политике Боунс в отношении СМИ. Если в статьях будет говориться о том, насколько некомпетентно оказалось Министерство, допустив атаки, значит, Боунс является защитницей свободной прессы.
Если они будут восхвалять Министерство за мое спасение — на свободу прессы ей плевать.
― Пора, — сказала я.
Снаружи собиралась толпа.
Школьная церемония проводилась во внутреннем дворе, под теплом полуденного солнца. Роули должен был произнести речь, затем я, с последующим фотографированием для кабинета директора.
К счастью, бытие виновницей торжества означало, что я пропущу речь Роули. Как администратор он был хорош, но оратором не являлся, и, как правило, продолжал бубнить и бубнить.
― Виновница нашего торжества, — произнёс он.
Поднявшись по ступенькам, я вскинула свою медаль. Она ярко сияла под солнечными лучами.
― Эта награда не моя, — громко сказала я. — Эта награда наша.
Все стояли тихо. Гермиона слева от меня присоединилась к Невиллу, Гарри и Милли. Справа молчаливо наблюдал Драко.
― Некоторые из нас принимали непосредственное участие в сражении, встретившись лицом к лицу с монстрами, с которыми никто, не говоря уже о школьниках, не должен сталкиваться. Мы рисковали своими жизнями и душами за наших одноклассников. Остальным не пришлось столкнуться лицом к лицу с таким выбором; их выбор продемонстрировал не столь явно заметную храбрость.
Люди переглядывались смущённо.
― Вы остались, — продолжала я. Помолчала некоторое время, давая мысли укорениться. — На школу нападали и не один раз, и сбежать прочь было проще простого. Многие из вас происходят из непростых семей; вы могли бы отправиться в другую школу. Вы могли выбрать домашнее обучение.
Видно было, как люди хмурятся. Многие из них, скорее всего, никогда не думали о причинах такого своего решения.
― Вместо этого вы решили остаться. У всех вас здесь есть друзья. Некоторые из них — маглорожденные. Некоторые — чистокровные. Думаю, вам известно, что люди, нападавшие на нас, считают некоторых из вас более ценными, чем других. Атака, за которую я получила эту медаль, никогда бы не произошла, если бы все остальные были там.
Роули хмурился, но не прерывал мою речь.
― Вы были нашим щитом, и за это я благодарю вас. Может наступить время, когда всем нам придётся поднять свои палочки; и если так случится, я надеюсь, что вы посмотрите на людей рядом с вами и увидите в них своих братьев и сестёр. В грядущие дни, всем нам потребуется быть храбрыми, как львы, умными, как орлы, верными, как барсуки и хитрыми, как змеи. Когда этот день настанет, я встану с вами плечом к плечу.
Ощущение было таким, словно я объявляла об участии в выборах президента. Когда я была моложе, политика не являлась моей сильной стороной, и я гнушалась её сейчас. Но некоторые из этих детишек чувствовали себя абсолютно потерянными и брошенными, и им требовалось подбадривание, любое, какое только можно.
Они разразились аплодисментами, и я вскинула вверх медаль.
Фотограф приблизился, чтобы сделать снимок. Я не имела ни малейшего представления, сколько времени ему на это требуется. Волшебные фотографии, как правило, повторяли одно и то же по кругу, практически как короткое видео в несколько секунд, только без звука.
Этим вечером в мою честь у нас состоялась первая ночь пиццы. Домовые эльфы постарались на славу, но всё же пиццу они сделали не такую,
