бросить свою тень на нашу почву, тем, кто попытается уничтожить невинных, уничтожить наших детей, я хочу сказать следующее.
Она глубоко вдохнула.
― Мы будем сражаться! Мы будем вести войну против чудовищной тирании на земле, в воздухе и в море. Мы будем сражаться с нашим врагом на полях, на пляжах, в городах и посёлках. Мы встретим их лицом к лицу и заставим их исчезнуть. Они напали на наших детей, атаковали единственное наше будущее. Пощады не будет!
― Слишком долго они творили, что вздумается, сражались против не справляющегося Министерства при помощи коллаборационистов и тех, кого контролировали с помощью магии. Я говорю — ХВАТИТ! Мы защитим нашу Родину любой ценой. Наши отцы сражались с Гриндевальдом, и все прошлые тысячи лет мы повергали одного тёмного лорда за другим. Это наша битва, и мы сделаем то, что всегда делали британцы во времена великой угрозы. Мы поднимем наши палочки и сделаем то, что должно.
Она ухватила коробочку, которая упала на пол, когда я утянула министра вниз.
Из коробочки она извлекла орден. Он был радужным, несмотря на то, что и не должен был являться таковым.
― Тейлор Эберт не просто представляет лучшее из того, чем должен быть маглорожденный. Она представляет собой новую эпоху, время, когда новые идеи и инновации изменят всё, что мы когда-либо знали. Я хочу, чтобы все вы поаплодировали Тейлор Эберт, самой юной из всех, когда-либо получавших орден Мерлина.
Когда медаль обвилась вокруг моей шеи, аплодисменты были в лучшем случае едва тёпленькими. Но не из-за нехватки энтузиазма по поводу моего достижения.
У всех на лицах было ошеломлённое выражение.
Мадам Боунс только что открыто объявила войну Волдеморту и его людям. Объявление произвело эффект разорвавшейся бомбы, несмотря на то, что Министерство уже какое-то время искало Волдеморта и его людей.
Теперь всё вышло наружу, так что волшебная общественность окажется вынуждена размышлять о сказанном и реагировать на эти слова. Министерство скрывало столь многое, что по крайней мере некоторые из присутствующих оказались по-настоящему шокированы.
― Так это что, с моей фотографией сделают карточку для шоколадных лягушек? — громко спросила я.
Толпа взорвалась смешками, настрой изменился.
Ага.
Эту шутку предложил Рон Уизли, хотя я не была уверена, на самом ли деле он подразумевал её как шутку. Он собирал карточки от шоколадных лягушек и вполне мог говорить серьёзно.
― Вообще-то да, — ответила Министр.
Вся эта история с шоколадными лягушками вынесет Рону мозг. С Гарри такую карточку уже сделали, хотя она ещё и не была запущена в оборот. А Рон часто завидовал другим, но я решила, что он справится. Пока свои карточки не получат Гермиона и Невилл.
Министр одобрила шутку, решив, что она как-то убедит людей, что я настоящий ребёнок, а не какой-то гомункул в костюме маленькой девочки.
Она стояла рядом со мной, и мы улыбались на камеры. Они вспыхивали снова и снова, но я на всякий случай держала глаза насекомых открытыми. Третий убийца оказался бы намного более эффективен теперь, когда вторая волна провалилась.
Тем не менее, больше атак не произошло.
Всю церемонию я оставалась настороже, и не только из-за того, что случилось в атриуме. Сейчас было самое время попытаться пробраться в другие отделы Министерства, несмотря на новые меры безопасности.
Я слышала, как в ярости вопит Скитер в специальной комнате этажом ниже нас. В стенах не было трещин, через которые могли бы пробраться насекомые, и вентиляция была запечатана магией.
― Вы не понимаете! — кричала Рита. — Её не существует! Тейлор Эберт — самозванка! Она притворяется кем-то, кем не является, и никто не хочет меня слушать!
Она изучала меня, пытаясь разузнать о прошлом. Она задавала вопросы, которые я не могла позволить, чтобы люди их задавали.
Я вздохнула.
― Весь этот ажиотаж… его было, пожалуй, немного многовато для меня, — произнесла я. — И мне нужно в туалет.
Толпа расходилась, и Министр рассмеялась, выглядя при этом немного менее уверенно, чем за мгновение до того.
Я проскользнула в ванную комнату и мгновение спустя скрыла себя под невидимостью.
Мне не хотелось этого делать, но я не видела других вариантов. Скитер пыталась убить меня, и я начала подозревать, что причиной тому был вовсе не контроль над ней.
Хорошо было то, что камера, в которой она находилась, была звуконепроницаема. Плохо — то, что, едва её выпустят наружу, как она начнёт рассказывать всем, что ей известно.
Пока мы готовились к церемонии, я побывала в Министерстве несколько раз и сделала кое-какие приготовления, на случай смены режима или если меня опять арестуют.
Я подняла руку, и палочка выпала из вентиляции на потолке. Одна из моих запасных палочек.
Последнее, что мне требовалось, чтобы подобное нашли на моей палочке.
Пора заставить некоторые слухи умолкнуть, прежде чем они выйдут из-под контроля.
Глава 83. Интерлюдия: Скитер и Боунс
Почему всё пошло наперекосяк?
Она шла по следу, пока это было в её силах; просмотрела отчёты авроров, поговорила с магловскими властями, заглянула в магловские бумаги и соотнесла всё с теми крохами информации, что Тейлор роняла весь прошлый год, судя по сообщениям некоторых из чистокровных детишек своим родителям.
Девчонка, очевидно, по крайней мере, если судить по её акценту, была с восточного побережья Соединённых Штатов. Тем не менее, ее друзья в МАКУСА не смогли найти никаких записей о Тейлор Эберт в списках магловских школьников.
Девочка заявляла, что она родом из опасного города; наиболее опасными городами в Соединённых Штатах были Чикаго, Лос-Анжелес, Окленд, Новый Орлеан, Нью-Йорк и Кливленд. Это были большие города с большими проблемами. Имелись также и неблагополучные сельские области, но всё в девчонке говорило о том, что она городской житель.
Тем не менее, это была большая страна, и иногда было трудно добыть информацию, так что оставалось возможным, что Тейлор выросла скрытно где-то в трущобах, скудных на записи.
Как бы то ни было, Рита начала рыть в направлении смертей маглорожденных в начале учебного года, в надежде разыскать историю, которую можно было бы противопоставить пропаганде Министерства. Искала она не из любви к маглорожденным; по её мнению, они, как правило, были слишком громкими, тупыми и грубыми.
