8. Боль — это воплотившаяся в форму гневная мысль, посеявшая смуту в твоем святом разуме. Боль — это выкуп, с радостью заплаченный тобой за то, чтобы не быть свободным. В боли Бог отвергает Своего возлюбленного Сына. В боли страх, как бы и вправду, торжествует над любовью, а время замещает собою вечность и Небеса. И мир становится жестоким и горьким местом, где властвует печаль, где крошечные радости сменяются неистовыми атаками свирепой боли, только и ждущей утопить в страдании любую радость.
9. Сложи оружие, приди незащищенный в тихое место, где покой Небесный всё держит недвижимым. И, наконец, оставь все мысли об опасности и страхе. Не позволяй атаке пойти подле тебя. Отбрось жестокий меч суждения, приставленный тобою к собственному горлу, и откажись от губительных атак, которыми ты затеняешь свою святость.
10. Здесь ты поймешь, что боли вовсе нет. Здесь радость Божия принадлежит тебе. Это — тот день, когда тебе дано понять урок, в котором заключена вся мощь спасения. А смысл урока в том, что боль — иллюзия, а радость есть реальность. Боль — только сон, а радость — пробуждение. Боль есть обман, и только радость истинна.
11. Итак, мы снова делаем единственно возможный выбор — между иллюзиями и истиной, меж радостью и болью, между Раем и адом. Пусть благодарность нашему Учителю заполонит наши сердца, как только мы окажемся свободны выбрать радость вместо боли, святость — вместо греховности, Божий покой — вместо конфликта и свет Небесный — вместо тьмы мирской.
Урок 191
Я — Сын святой Самого Бога
1. Так заявляешь ты о собственном освобождения от пут мирских. И в этом заявлении — освобождение всего мира. Ты не осознаешь всего, что сделал, присвоив миру роль тюремщика Божьего Сына. Каким еще мог быть подобный мир, если не исступленным и испуганным, боящимся теней, неистово карающим, лишенным здравомыслия и ослепленным ненавистью?
2. Что ж ты такого сделал, что стал твоим подобный мир? Что же ты сделал, чтобы узреть подобное? Когда ты отрицаешь свое Тождество, подобный мир и будет единственным, что остается. Ты видишь хаос, провозглашая его собою. Всё в твоем поле зрения свидетельствует этому. Нет звука, который не напомнил бы тебе о хрупкости внутри и вне, нет дыхания, которое не приближало б к смерти, надежды, которая не растворилась бы в слезах.
3. Отвергнешь свое Тождество, и не минуешь умопомрачения, рожденного этой нелепой, неестественной и призрачной идеей — насмешки над творением и осмеяния Бога. Отвергнув свое Тождество, ты нападаешь на вселенную один, без друга, ничтожная пылинка против легионов твоих врагов. Отвергнув свое Тождество, ты видишь злобу, грех и смерть; ты видишь, как отчаяние вырывает у тебя крупицы тлеющей надежды, не оставляя ничего, кроме желания умереть.
4. Но что же это, если не игра, в которой возможно отречься от собственного Тождества? Ты — таков, каким тебя Единый сотворил. Нелепо верить чему–либо еще. Этой единственной идеей каждый освобожден. В этой одной истине исчезают все иллюзии. В этом одном факте безгрешие навечно провозглашается частью всего, ядром его существования, гарантией бессмертия.
5. Дай же сегодняшней идее место среди своих мыслей, и ты вознесся высоко над миром и его мыслями, державшими его в плену. Из сего места безопасности и избавления ты возвратишься в мир, чтобы его освободить. Ибо принявший свое истинное Тождество воистину спасен. Его спасение есть дар, который он подарит всем из благодарности к Тому, Кто указал путь к счастью, тем самым изменив его воззрение на мир.
6. Одна святая, подобная этой мысль, — и ты свободен: ты — Сын святой Самого Бога. Святая эта мысль тебя научит заодно, что ты освободил весь мир. У тебя нет нужды жестоко обращаться с миром, дабы потом подобную свирепую нужду увидеть в нем самом. Ты высвободил мир из собственной тюрьмы. Ты не увидишь разрушительного образа себя, идущего по миру ужасов, который корчится в агонии из–за того, что твои страхи отметили его печатью смерти.
7. Возрадуйся сегодня тому, с какою легкостью искоренится ад. Для этого нужно себе сказать:
Я — Сын святой Самого Бога.Я не страдаю, не ощущаю боли,и мне не свойственны утраты;я не могу не выполнить того,о чем меня просит спасенье.
И с этими словами изменится всё в поле твоего зрения.
8. Чудо высветило все темные и древние пещеры, где ритуалы смерти эхом отзывались с самого начала времени. Ведь время потеряло над миром власть. Сын Божий приходит в славе, чтоб искупить потерянных, спасти беспомощных и миру поднести дар своего прощения. Разве увидит кто–либо мир темным или грешным, если Сын Божий, наконец, снова пришел его освободить?
9. Ты, воспринявший себя немощным и хрупким, с бесплодными надеждами, с погибшими мечтами, рожденным, чтобы умереть, чтобы рыдать и изнывать от боли, теперь внимай: всякая власть дана тебе на Небе и на земле. Нет ничего недостижимого для тебя. Ведь ты играешь в смертную игру, где ты беспомощен и жалок, привязан к собственному распаду в мире, полностью лишенном милосердия. Как только ты пожалуешь миру свое милосердие, мирское милосердие озарит тебя.
10. Дай же Святому Сыну Божьему очнуться от его сна и открывая глаза святые, вернуться снова в мир, им созданный, и мир благословить. В ошибке зародился этот мир, закончится же он в отражении Сыновней святости. Сын более не погрузится в сон и не увидит сновидений смерти. Соединись со мной сегодня. Слава твоя есть свет, спасающий мир. Так не отказывай ему в спасении. Взгляни на мир вокруг, узри его страдание. Разве не пожелает твое сердце дать отдых твоим усталым братьям?
11. Им нужно ждать твоего собственного освобождения. Они — в цепях, покуда не свободен ты. Они не видят милосердия в мире, покуда ты не найдешь его в себе. Они испытывают боль, покуда ты не откажешь ей во власти над собой. И они умирают, покуда ты не примешь своего собственного бессмертия. Ты — Сын святой Самого Бога. Помни об этом, и — свободен мир. Помни об этом, и Небеса слились с землею воедино.
Урок 192
Я выполняю функцию, осуществления которой желает Бог
1. В том есть святая Воля твоего Отца, чтобы ты дополнял Его и чтобы твое Я было Его дражайшим Сыном, вовеки непорочным, как Он Сам, Любовью сотворенным, в ней сохраненным и продолжающим Любовь, творящим во Имя Бога; навечно единым с Ним и с твоим Я. Но много ли значит такая функция в мире зависти, агрессии и ненависти?
2. Следовательно, в сем мире у тебя есть функция, выраженная в его собственных терминах. Ибо кто разберется в языке, далеком от его ограниченного понимания? Прощением представлена здесь твоя функция. Прощение не есть творение Божье, поскольку оно — средство, с чьей помощью упраздняется неистинное. Да и кому пришло бы в голову прощать Царство Небесное? Но на земле необходимо средство избавления от иллюзий. Творение просто ждет твоего возвращения для признания его, а не для завершения.
3. Творение недоступно мышлению мира. Здесь оно лишено всякого смысла. В первом приближении оно сюда приходит как прощение. Ибо рожденное в Раю творение не имеет формы. Однако Бог сотворил Того, Кто обладает силой перевести на язык форм полностью бесформенное. То, что Он создает, есть сны, столь близкие к пробуждению, что в них уже сияет свет дневной, показывая прозревающим глазам счастливые картины.
4. Прощение смотрит с добротой на всё, неведомое в Царствии Небесном, видит его исчезнувшим, оставившим мир в чистом и незапятнанном состоянии, где Слово Божье может заменить бессмысленные символы, написанные ранее. Прощение есть средство, с помощью которого страх смерти преодолен, ибо исчезло неистовое влечение к ней, а потому исчезла и вина. Прощение разрешает телу восприниматься тем, что оно есть, — несложным средством обучения, оставленным по окончании учебы, но вряд ли изменившим самого учащегося.
5. Разум без тела не делает ошибок. Он не воображает, будто умрет или окажется объектом безжалостной атаки. Без тела невозможен гнев, куда же тогда девался страх? Разве же страхи нападут на тех, кто потерял источник всех атак, остов страданий, место, где гнездился страх? Только прощение способно избавить разум от идеи, будто тело — его дом. Только прощенье может возродить покой — Божье намерение для Его святого Сына. Только прощение способно убедить Господня Сына увидеть свою святость вновь.
6. Как только исчезнет гнев, тебе откроется, что ни за виденье Христа, ни за дар зрения с тебя не спрашивают жертвы, и только боль изъята из недужного, измученного разума. Разве не радует подобное? Разве оно пугает? Или же это — исполнение надежды, с признательностью встреченное и с ликованьем принятое? Все мы — одно, а потому не жертвуем ничем. Напротив, нам всё дано Всевышним.
