где-то шнырявший, дёрнул меня за руку:
– Я ж-ж-же говорил, что ангалины умеют петь! – шипящий голос в тишине сработал словно спусковой механизм.
Кто-то зарыдал, кто-то всхлипнул, кто-то рухнул в обморок и Хилл в том числе (Дайк, как ни странно, остался на ногах). А потом в уши ударили восторженные крики и слова благодарности. Наши певцы раскланивались направо и налево, принимая овации, свистом и шипением показывая, насколько им приятна подобная похвала. Ну а я не могла отделаться от ощущения, будто что-то поняла, почувствовала, уловила нечто важное и значительное, да вот только никак не могла понять что именно: мысль, словно шустрая мышь, бегает в сознании, я хочу схватить её за хвост, да никак не выходит…
Отбросив бесполезные пока попытки поймать идею, я обняла Гая, который уже успел пообниматься и с Кареллом, и с Дайком, и с Балмааром. Мужчина сгрёб меня в охапку, а потом резко отстранился и выдал:
– Мы хотим назвать нашу дочь твоим именем, чтобы оно как можно чаще звучало в нашей семье! Как ты смотришь на это?!
Сначала я растерялась, а потом громко рассмеялась:
– Так вот почему вы все так загадочно пожимали плечами, говорили, что ещё думаете! Ты выжидал нужный момент, Гай! Довёл до полуобморока новой музыкой, чтобы я даже не вздумала сказать что-либо против! Ну хитрюги!
Хейа схватила меня за руки:
– Ты согласна?!
Я сделала очень серьёзное лицо и затянула паузу, вглядываясь в дорогих, любимых и уже таких родных людей, а после ответила:
– Это будет огромной честью для меня!
Глава 2
«Чёрная медуза» вернулась через несколько дней после появления в городе Граса, Берка и остальной части людей Карелла, и в Латрасе стало буквально не протолкнуться. Однако содержание такого количества воинов не вылилось в большие расходы для городской казны. Они пригнали с собой и коз, и коров, привезли много клеток с домашней птицей, зерна несколько телег, потому и задержались в пути.
При встрече Берк повёл себя в своём репертуаре: полез обниматься-целоваться и на несколько часов полностью завладел моим вниманием. Я видела, как Карелл хмурится, а Макс злится, слыша, как я хохочу над его шутками и рассказами о приключениях в Раске и по дороге, да только я действительно была очень рада его видеть, несмотря на всю наглость и непредсказуемость каола.
Когда же прибыл Ают с важными новостями из Банкора, то окружающие меня мужчины всю ночь предавались обсуждению фактов и слухов, меняющейся обстановке и грядущей войны с Западом. Племена пустынников постепенно стягивались к южным границам и, скорее всего, Банкор будет первым городом, который попытаются захватить.
Ввиду этого Карелл дал добро на мой отъезд к Рексу. И хотя я не нуждалась в его разрешении, однако почему-то облегчённо выдохнула, когда он передал мне письмо для Великого Ангалина, где официально приглашал наёмников в свою армию.
Макс уже битый час убеждал Дайка, что всё будет в порядке, ничего плохого не случится, что, прежде чем что-либо делать со «слезами», нужно всё обдумать. А главное, мне, как богине и пришелице из другого мира, надо обязательно взглянуть на Священную Книгу ангов, прочитать которую за тысячелетия ни у кого из Рексов не получилось – и это было открытием. Я вытаращилась на друга:
– Что за Книга?! Почему раньше ничего не говорил?!
– А что бы это дало? – парировал он. – Вот доберёмс-с-ся до Больш-ш-ших Дрейфующ-щ-щих островов, отец покажет её тебе, вдруг с-с-сможешь хоть что-то подсказ-з-зать.
Я не нашла, что возразить в ответ, ведь в принципе Макс был прав, поэтому отмахнулась:
– Ладно, там посмотрим… Странно только, почему вы сами не смогли разобраться за такое длительное время…
О том, что я снова покидаю город, знали считаные люди. Я не хотела никаких проводов, как в прошлый раз, рыданий Хейи, переживаний Гая, Балмаара и так далее и тому подобное, да и Дайк с Кареллом пока оставались, поэтому уезжать было значительно легче. Во-первых, за свои земли и население я уже так не переживала, город прекрасно себя обеспечивал, а такой сильной охраны, как у нас, не было ни в одном вольном городе. Во-вторых, я почему-то была уверена, что уезжаю ненадолго, тем более что беру с собой летуна Ромео, чтобы иметь возможность послать короткое письмо в Латрас. Атаман с Берком хотели взять с собой Тристана и его Изольду, так как не собирались надолго задерживаться в Латрасе.
Бумер тоже отправлялся со мной и Максом в очередной морской вояж, хотя поначалу я хотела оставить его с Дайком. Да только когда взглянула в преданные жёлтые глазюки, тревожно и умоляюще смотрящие, спросила Макса:
– А если всё же взять Бу с собой? Это возможно?
– А почему нет?! Чувс-с-ствую, наведёт наш волчок ш-ш-шороху на ос-с-стровах!
Мой дорогой Нянь пребывал в очень расстроенных чувствах, когда помогал таскать припасы на «Медузу». Берк подшучивал над всеми, попутно выдавая всяческие наставления, а вот Карелл в основном молчал, потому что важные моменты мы обсудили накануне. Перед самым отплытием, а шхуна отчаливала поздним вечером, пока дул попутный ветер, мы с Дайком заперлись в моей персональной маленькой каюте.
– Карелл обиделся, по-моему… – прошептала я в перерыве между долгими нежными поцелуями.
– Обойдётся… – ответил Дайк, сверкнув глазами в полумраке. – Он уже понял, что ты всё и всегда решаешь сама.
Обняв парня крепко-крепко, я вдохнула запах его кожи, чувствуя ритмичный стук сердца под тонкой рубахой. Он запустил пальцы в мои волосы, прижимаясь всем телом:
– Думаешь, у вас получится?
– Ты о чём?
– Превращение…
– Понятия не имею… Я прекрасно осознаю опасность, да вот только ты же сам видишь, в каком Макс состоянии. Он последнее время ни о чём другом и думать не может…
Расслабив объятия, Дайк отступил. Я понимала, как тяжело ему сейчас, ведь мы очень долго практически не расставались и настолько сжились и слились воедино, что даже сложно было представлять и вспоминать, что когда-то я жила без него и, вообще, не знала о существовании Окатана и такого дорогого и любимого ныне жителя этого мира.
– Всё будет хорошо, слышишь, – прижавшись к его спине, я пыталась успокоить и себя тоже. – Я не позволю нашему чешуйчатому наделать глупостей и надеюсь, что Рекс действительно настолько мудр, как Макс и рассказывал, да и о наёмниках нужно договориться, ведь война может начаться в любой момент…
Дайк резко обернулся. Он уже взял себя в руки и нежно улыбался, вглядываясь в моё лицо:
– Как только будет что-то важное, сразу отправляй летуна. И хорошо, что
