— Ты хочешь вскрыть могилу? — ужаснулась девушка.
— Знаю, зрелище не для слабонервных, так что можешь подождать здесь.
— Ты хоть понимаешь, что уготовано осквернителю могил?
— Расскажи об этом Ратхаргу, — огрызнулся Николай, а потом, пожалев, что сорвался, произнес спокойнее. — Тай, подожди тут, ладно? Аргент, ты тоже. Боюсь, для тебя внутри слишком мало места.
Он переступил порог и спустился вниз. Солнце осталось снаружи, не посмев войти вместе дерзким посетителем, однако молодой человек все прекрасно видел. В необычайном голубоватом свете отчетливо различался и белоснежный саркофаг, стоящий по центру, и статуи неведомых богов, расставленных по углам склепа, и тонкие кружева раскинувшейся по потолку паутины. Коля вдруг понял, что никакая это не магия. На самом деле, здесь все осталось в непроницаемом для дневного света мраке. Просто его собственное зрение изменилось. Благодаря набирающему мощь гворру, он получил необыкновенную возможность, и не мог не согласиться с тем, что сейчас новые способности оказались как нельзя кстати.
Он прошел к центру. Саркофаг одиноко стоял посреди усыпальницы. По всему его периметру пробегали диковинные узоры, сплетаясь в необыкновенный рисунок. Николай дотронулся до крышки и только сейчас задумался, что самостоятельно не сможет сдвинуть каменную глыбу ни на миллиметр. Но попробовать все же стоило. Поднажал — ничего не произошло. Облокотился всем телом — никакого результата.
— Придется все же звать на помощь, — досадливо пробурчал он. Словно в ответ на его фразу сверху донеслось:
— Ну что там? Может, тебе помочь? Ты факел забыл! Тебе бросить?
— Нет! Ничего не нужно, я сам разберусь! Оставайтесь на месте! — Коля и сам не понимал, почему отказался от помощи. Вдруг понял — он все должен и может сделать сам.
Разозлившись на собственную беспомощность, он снова налег на крышку. Злость придала ему силы. Она вскипела в мышцах, и тишину каменного склепа вдруг разорвал громкий скрежет. Стиснув зубы, напирая всем телом, Коля сдвигал плиту все дальше и дальше наискось, чтобы та не упала и не разбилась. Похоже, времени до полного превращения в гворра осталось совсем немного…
— Прости, Тамар, что пришлось потревожить твою могилу, — прошептал он, уставившись на то, что открылось взору. — Но мне нужен ключ.
Никаких негативных эмоций при виде останков архитектора не взметнулось. Лежащее внутри саркофага истлевшее тело не имело ничего общего с тем человеком, чья душа когда-то наполняла его жизнью. Однако ж Николай почтительно склонил голову. Затем приступил к тому, зачем сюда явился. Он понятия не имел, где и, главное, что искать. Ключ мог иметь любую форму и мог быть спрятан где угодно. Но ни на шее, ни в руках, ни среди превратившейся в труху одежды, его не оказалось. Неужели фраза Тамара, всплывшая на древней карте, оказалась ложью? Неужели догадка оказалась неверной? Может, зря он не расшифровал сделанную на входе надпись?
— Ключа здесь нет, — тихо произнесли сзади.
Коля резко обернулся.
— Ты?
— Не ожидал? — усмехнулся Зориан.
— Нет.
— Я тут подумал, — помялся Зор, — и…
— Объяснишь потом, — прервал его юноша. — Скажи лучше, откуда ты знаешь, что ключа здесь нет?
Полуэльф поднес зажженный факел к саркофагу. В трепещущих лучах света останки Тамара смотрелись немного зловеще.
— Ты искал его в кромешной тьме? И как тебе удалось самому сдвинуть крышку? — вопросом на вопрос ответил предок.
— Я прекрасно вижу в темноте. И силой природа не обделила. Отвечай ты.
— По прибытии в Луру я навел кое-какие справки. Оказалось, гробницу вскрывали по просьбе короля Рэмиуса Тринадцатого. Он слыл большим любителем творчества Тамара, так что все, что можно было собрать, перевезли в королевский дворец. Ключ, если он находился здесь, сейчас покоится в замке.
— Невероятно, — прошептал Николай. — Но как тебе удалось так быстро доехать до Луры?
— Я не доехал, — хитро улыбнулся Зор. — А прошел сквозь портал.
— Как? Где?
— Нашел одного мага, он мне и устроил поездку.
— Сдается мне, путешествие влетело тебе в копеечку.
— Неа. Я обыграл его в карты, — весело подмигнул полукровка. — Идем отсюда, здесь больше нечего делать.
— Да-да, конечно. — Коля обошел саркофаг и задвинул крышку обратно, стараясь не замечать, как при подобной демонстрации силы округлились глаза предка. — Кстати, ты знаешь эльфийский?
— Когда-то учили, а что?
— Идем.
Солнце больно резануло по глазам, и некоторое время Николай ничего не видел. И только когда зрение перестроилось на обычное, смог разлепить веки.
'Вижу, ключа ты не нашел', - заключил Аргент.
— Зато нашел переводчика. Вот, Зор, можешь прочесть, что здесь написано?
— Я не уверен. Эльфийский — весьма сложный язык, одно слово может иметь десять толкований, так что…
— Говори как есть.
Зориан уткнулся в загадочную надпись на вратах. Некоторое время, будто слепой, пальцем водил по строчкам, что-то шептал под нос и, наконец, произнес:
— По-моему, здесь написано: 'Стань птицей и лети на восток, стань рыбой и плыви на запад, стань червяком и ползи на север, стань человеком и иди вперед'.
— Новая загадка… Думаешь, она связана с лабиринтом?
— Кто знает? Может, это всего лишь любимая фраза Тамара при жизни. Или прощальное напутствие его друзей?
— Тамар был глухонемым. И письмена на эльфийском? Ерунда какая-то. Что ж, время придет — разберемся.
— И что теперь?
— На прием к королю. Подозреваю, нас туда не пустят, так что…
— Предлагаешь ограбить королевские покои? Сумасшествие у тебя явно не в меня.
— Есть другие варианты? — Коля сложил руки на груди.
— А как же, — довольно хмыкнул Зориан.
* * *
Королевский дворец радушно раскинулся среди цветущих садов. Золотистые шары медленно парили в воздухе и щедро освещали дорожки, ведущие к входным дверям. Гравий тихонько шуршал под ногами прибывающих на бал гостей. Разодетые в шикарные одежды дамы оставляли за собой сладкий шлейф духов, который перебивал аромат распустившихся к ночи цветов и гнал прочь свежий ветерок.
Получить приглашение на бал не стоило особенных усилий. В Луре любили устраивать праздники по поводу и без, а уж королевские 'вечера' проходили не реже раза в неделю. Однако сегодня бал давался по самому настоящему поводу, а именно в честь дня рождения младшей дочери короля Рэмиуса Пятнадцатого. Семнадцатилетняя Лилли когда-то брала уроки танцев и питала весьма нежные чувства к своему учителю, эльфу-полукровке, Зориану. Ума у последнего хватило, чтобы не наложить руки на королевское богатство и удовлетвориться высокой платой за свои услуги. Задержаться надолго в силу своей натуры перекати-поля он не смог, и, пробыв во дворце где-то с год, покинул гостеприимные покои к величайшему сожалению своей подопечной. Узнав о возвращении любимого учителя, Лилли немедленно отдала приказ выдать ему, а также его спутнику приглашения на праздничный вечер.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
