Нравы в поселке, с точки зрения землянина, выходили за всякие пределы распущенности. Тон задавали, конечно, фавны, а женщины воспринимали все это как само собой разумеющееся. Если Владимир не вмешивался, но и сам не принимал участия в "развлечениях", то Игорь быстро освоился и стал, что называется, своим человеком в компании фавнов. Единственное, чего Владимир добился, в поселке фавны носили набедренные повязки.
Попытки привлечь фавнов к труду не увенчались успехом. Владимир хотел провести некоторые работы по благоустройству поселка и их жизни. Фавны, которых он собрал для этой цели, неохотно выслушали его и вскоре разбежались по рощам. Игорь некоторое время помогал ему, но на второй день тоже бросил занятие и скрылся. Он два дня не показывался на глаза своему другу, и когда тот наконец поймал его, откровенно сказал ему, что не видит смысла в проводимых работах. В душе Владимир был с ним согласен.
Мягкий ровный климат позволял целый день проводить вне стен хижин. Овощи, фрукты вкусны и в сыром виде. Мясо можно приготовить на костре. Что касается прядильной машины и ткацкого станка, который предложил сделать Владимир, то в одежде жители поселка не нуждались вообще. Температура днем, по-видимому, не выходила за пределы 22 – 26 градусов по Цельсию, а ночью не опускалась ниже 18.
Вскоре и Игорь скинул одежду и стал ходить, как и фавны, в одной набедренной повязке.
– И тебе советую, – насмешливо сказал он, когда Владимир попытался сделать ему замечание. – По крайней мере сохранишь свою одежду. Мало ли что. Может быть, удастся возвратиться в лагерь. Как ты тогда пойдешь через лес, если твоя одежда придет в негодность?
Владимир вынужден был согласиться с ним и тоже стал ходить только в спортивных трусах.
Тем не менее его страшно тяготило безделье. В сопровождении Ореады и двух ее подруг, которые увязались за ним, он тщательно, день за днем, обследовал долину. На северном берегу озера обнаружились большие залежи селитры. Глядя на нее, Владимир подумал, что если бы удалось обнаружить серу, то можно было бы положить конец их плену и вернуться к своим товарищам. После этого он участил свои походы. Иногда ночь заставала их вдали от поселка, и они ночевали в наскоро сделанном шалаше. Ему все меньше и меньше хотелось возвращаться в поселок. Дело в том, что фавны не без помощи женщин притащили найденную в отрогах гор большую глыбу мягкого белого камня и вытесали из него статую Великой Матери. Так по крайней мере они утверждали. Статуя представляла собой женскую фигуру с гипертрофированными бедрами и грудью. Лица не было. Рядом со статуей была поставлена другая фигура, в которой без труда узнавался огромный фаллос. Возле этих фигур, после жертвоприношения, фавны устраивали отвратительные, с точки зрения Владимира, оргии. Постепенно он все больше и больше отдалялся от остальных жителей поселка. Его шокировало, что Игорь принимал участие во всех "безобразиях", постепенно стал верховодить фавнами, и теперь уже не к Владимиру, а к нему обращались за советами, когда в них возникала необходимость.
Как-то он не выдержал и сказал Ореаде все, что думает о фавнах. Ореада выслушала его и спокойно возразила.
– Ты не прав. Подобные празднества, – так она называла оргии, – проводятся и в поселках лапифов, но реже и не так разнузданно. Дело в том, что "дикие", приходя в племя, учатся и становятся лапифами. Здесь же этого не получилось. У нас нет мужчин-лапифов, и фавны потому остались дикими фавнами. Не думай, что все женщины одобряют их. Некоторым это не нравится.
– Что-то не вижу таких, – саркастически заметил Владимир.
– Ну, ты можешь и не видеть, но это так. Если бы мы здесь, на южном берегу озера, образовали свой поселок, то многие мои подруги поселились бы с нами.
– Это, может быть, и идея, – согласился Владимир. – Мне, откровенно говоря, противно каждый день наблюдать подобные сцены.
– Но ты учти, фавны очень драчливы. Ты преподал им хороший урок, но они могут его и забыть, тем более что твой друг теперь с ними.
– Вряд ли Игорь будет с ними, если дело дойдет до драки.
– Ну, как сказать. Я вижу, что такая жизнь ему пришлась по душе. Он скоро, как фавн, будет ходить совершенно голый и на виду у всех…
– Замолчи! – гневно прервал ее Владимир. – Не смей так говорить о землянине и моем друге. Это пройдет у него. Я уверен.
– Может быть. Но я бы тебе посоветовала на всякий случай забрать с собой все луки и стрелы. Они спрятаны в нашей хижине, и ночью мы вынесем их оттуда. Я и мои подруги, которые поселятся с нами. Они боятся, что фавны решат принести Кибеле большую жертву.
– Не понял тебя. Какую еще жертву?
– Когда образуется новое племя, приносят в жертву Кибеле, чтобы она была милостива к племени, пять самых красивых девушек.
– Ты шутишь?
– Нет! Таков обычай! Правда, в исключительных случаях. Обычно в жертву приносят пленных кентавров. Это решает вождь племени. Пока ты был вождем, нечего было бояться, но теперь ты уже не вождь.
– А кто? Игорь?
Ореада пожала плечами.
– Сначала все думали, что вождем будешь ты, но ты не захотел им быть. Ты не сделал того, что должен сделать вождь.
– А что должен сделать вождь?
– Убить своего соперника, затем принести большую жертву. Когда ты убил на поляне фавна, все думали, что ты вождь, а теперь этого не думают. Теперь надо начинать все сначала. Ты должен убить соперника, того, кто претендует быть вождем. Если это Игорь, то ты должен убить его!
– Ты с ума сошла? Убить Игоря?!
– Тогда он убьет тебя.
– Игорь никогда этого не сделает.
– Тогда не он будет вождем, а кто-то другой. Но этот другой должен убить тебя. И он попытается это сделать.
– Странный ваш народ.
– Разве у вас так не поступают? Всегда будущий вождь, чтобы стать вождем, должен убить соперников, иначе как же его будут слушаться, если он никого не убил?
– А твой муж?
– Кеней? А как же? И не один раз. Кеней был великим вождем!
– Я должен поговорить с Игорем…
– А пока я и несколько моих подруг перенесем сюда тайно все оружие.
– Делайте, что хотите, – как-то отрешенно проговорил Владимир, думая о своем.
Игоря он нашел в роще возле поселка в окружении двух десятков фавнов и толпы женщин. Что-то показалось Владимиру странным в его поведении. Только подойдя ближе, он обнаружил, что землянин, как и все окружающие его фавны и женщины, сильно пьян.
– А вот и ты! – приветствовал его Игорь. Он поднялся с травы и, пошатываясь, направился к нему, держа в руках глиняный кувшин.
– Присоединяйся к нам. Отличное вино, он протянул ему кувшин.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
