быть такой… Ледяной розой? – с сомнением произнес Хьюго. – Дайте припомнить… Я увидел Мэрион… надеюсь, вы не возражаете, если я буду называть ее так между нами? Так вот, впервые я увидел ее три года назад, в Нормандии.
- Вы были там вместе с Эдвардом? – удивился Анри. - Он, кажется, говорил что-то о младшей сестре Мэрион, которую встречал как раз в Нормандии.
- Да. Мы с ним в родстве, хотя и не особо дружим. Мой дед и его бабушка были братом и сестрой. Три года назад дед умер, и родственники собрались в Руане на похороны. Тогда-то мы с Эдвардом и познакомились. Леди Адалин с дочерьми и сыном жила неподалеку. Не помню, как во Франции называется мэнор и как назывался их дом, но она пригласила наших отцов, а заодно и нас, навестить ее. Мэрион тогда было пятнадцать, ее сестре на год меньше, а младших мы, кажется, и не видели. Во всяком случае, я их не помню. Она уже тогда была очень красива, но вовсе не такая холодная и колючая. Напротив – веселая, милая. С ней было приятно разговаривать.
- И когда вы встретили ее снова?
- Когда она приехала с отцом и братом в Англию. В январе прошлого года. Я был в Лондоне со своим дядей, при котором состоял оруженосцем. Тогда как раз стало известно о пленении короля. Дядя встречался по каким-то своим делам с местными баронами в доме одного из них и взял меня с собой. И туда приехал Беннет с дочерью. Я не прислушивался к разговору, но помню, как он рассказывал об обратном пути из Святой земли.
- Да, мне говорил об этом отец, - кивнул Анри. – И он, и Беннет расстались с королем в Рагузе на Адриатическом побережье. Отец отправился в Австрию, рассчитывая встретиться с ним там, а Беннет – прямо в Англию. Видимо, по пути прихватил в Нормандии Мэрион и ее брата.
- Вы не обратили внимания, были на ней эти браслеты?
- К сожалению, нет. Но если Беннет действительно привез их из Акко, вполне могли быть. Нам надо бы найти ее. Пусть даже не разговаривать с ней. Посмотреть, как она ведет себя с другими, пока на ней нет браслетов. Если, конечно, она выполнит обещание и не наденет их снова. Странно, обычно женщины не носят одни и те же украшения постоянно. У моей матери и старших сестер их целые шкатулки, и они все время их меняют.
- Моя тетушка и двоюродные сестры тоже, - согласился Анри. – Как знать, может, заключенная в них магия заставляет ее не только быть такой ледяной, но и не расставаться с ними. Если, конечно, мы все это не выдумали.
- Значит, нам надо сравнить, какая она без них, и какой станет завтра, когда снова наденет. Как бы нам не пришлось их украсть.
- Я думал об этом, - Анри признался не без смущения. – Но предполагал такую возможность только для того, чтобы проверить свою догадку.
Он не стал рассказывать, как пробрался в комнату, где спала Мэрион, ночью и увидел ее совсем другой. Сделал вид, что мысль эта пришла ему в голову сама собой. Но Хьюго, похоже, размышлял в том же направлении.
- Единственная возможность – пробраться ночью в ее комнату, - сказал он. – Но здесь, в отличие от епископского дворца, двери запираются. Значит, не выйдет. А времени мало. Как только мы окажемся в Нормандии, герцогиня со своими дамами отправится в Руан. Или в какое-нибудь другое место. Я как раз хотел вам рассказать, что король, по слухам, страшно раздосадован, что его намерения нарушил шторм. Если раньше он собирался отплыть двенадцатого мая, то теперь это может произойти в любой день, как только ветер стихнет. Возможно, даже завтра.
- И когда мы еще увидим Мэрион… Если вообще увидим.
Они направились на поиски, которые так и не увенчались успехом. В воздухе висело напряжение неопределенности: никто не знал, что произойдет на следующий день, и это заставляло беспокоиться. Придворные все так же собирались по двое, трое и небольшими группами, о чем-то разговаривали. Тревога одинаково грызла и тех, кто отправлялся с королем за море, и тех, кто оставался в Англии.
- Тут даже нет места потанцевать, - проворчал Хьюго. – Что за удовольствие топтаться часами, ни разу не присев, и говорить всякий вздор.
- Насколько я понял из рассказов отца, при дворе всегда так, - Анри, которого не слишком волновало, появится ли наконец король или нет, крутил головой, высматривая Мэрион. – Охота, трапезы, танцы, скучные песни и стихи – вот и все. А еще интриги и тайная – якобы тайная! – любовь, о которой всегда всем известно. Дамы занимаются вместе изящным рукоделием. Рыцари воюют с чучелами или стреляют из лука по мишеням.
- Ходят слухи, что король снова разрешит рыцарские турниры. Но не просто так. Каждый участник должен будет заплатить в казну особый налог. И немалый. Смотрите!
Хьюго подтолкнул Анри в бок, кивая в сторону входа. Король вошел в зал стремительным шагом, и все собравшиеся склонились в поклоне. За Ричардом вошли несколько приближенных, в том числе и Беннет – мрачнее тучи.
- Кажется, дело сделано, - хихикнул Хьюго. – Но где все-таки Мэрион?
Не успел он задать вопрос, как толпа, расступившаяся, чтобы пропустить короля, сдвинулась вновь, и они увидели ее. Незамеченная ими раньше, она разговаривала с несколькими дамами. На ее лице была радостная улыбка, глаза блестели – в общем, она ничуть не напоминала Ледяную розу, к которой привыкли все знавшие ее.
- Я попробую заговорить с ней, - шепнул Хьюго Анри на ухо. – Посмотрим, что будет.
С трудом пробираясь между придворными, они подошли к Мэрион.
- Доброго вам вечера, леди Мэрион, - поклонился Хьюго. – Похоже, вы сегодня в радостном расположении?
- Приветствую вас, доблестные рыцари, - улыбнулась она. – Де Деньян, де… Даньер. И вам доброго вечера.
Анри и Хьюго переглянулись и замялись, не зная, как продолжить разговор.
-
