Однако не хотелось портить себе потом настроение письмом матери или дяди. Дернув усами, король вскрыл послание герцога и удивился – внутри был еще один конверт! Незнакомый, голубой, подписанный изящным женским почерком. Имя на нем стояло малознакомое. Графиня Верден? Хм, кто она? Явно не из ближнего круга.
Мужчина дернул колокольчик и приказал заглянувшему секретарю:
— Информацию по графу и графине Верден! Быстро!
Потом король внимательно оглядел конверт, поднес к носу – аромат был тонкий, незнакомый, но приятный. Да и почерк красиво-небрежен, как полагается аристократке.
— Вот все, что есть в кратких записях. За полным досье послали в архив! — секретарь вернулся быстро и положил на край стола тонкую папку.
— Выжимка? — король все еще изучал конверт и не спешил его вскрывать. Мало ли что там прислали? Секретарь открыл папку, пробежал взглядом и зачитал:
— Граф получил титул от отца восемь лет назад. К титулу прилагался майорат и обширные долги предыдущего графа. Занявшись делами и распродав кое-какую недвижимость из приданого матери, Верден расплатился с долгами и начал искать жену. Семь лет назад объявил о помолвке с некой Вивьен Дэшвуд, дочерью адмирала Дэшвуда…
— Помню его, — перебил король, — достойный был вояка. Брак состоялся?
— Да, но детей в браке нет. Практически сразу после бракосочетания леди Верден поступила на службу фрейлиной к вашей сестре, принцессе Амалии. Служила верой и правдой до самой кончины.
— Кончины? Графиня Верден умерла?
— Да, сир! От заразной болезни. Похороны состоялись буквально несколько дней назад!
— Интересно! — король помахал письмом. — А что граф?
— Боюсь, здесь не хватает подробностей, Ваше Величество. Но скоро прибудет папка из архива…
— Как только принесут, сразу ко мне. И скажи, есть ли портрет графини?
— Да, сир! — молодой мужчина протянул королю папку, и тот с интересом взглянул на пару акварельных набросков – юная невеста в венке из флердоранжа, строгая фрейлина в придворном платье принятого образца. Интересная дама. Ее трудно назвать красавицей, но темные волосы и яркие зеленые глаза, несомненно, добавляют ей шарма. Муж рядом с ней выглядит чрезмерно скучным и лощеным. Хотя юные леди имеют привычку западать как раз на таких вот франтов…
Пока король разглядывал портреты, доставили папку из архива. Ее монарх открывал лично и сразу заглянул в конец стопки листов – там лежала самая свежая информация.
— Так-так, жена не вернулась на службу, по слухам – заболела, а он уже разгуливает по приемам и, хм, договаривается о помолвке с Лэйкомбом? Был так уверен, что графиня умрет? — король говорил вслух, поглядывая на секретаря. — Леди скончалась, и снова граф посещает приемы… Правда, к Лэйкомбам больше ни ногой.
Тот в ответ нахмурился и припомнил:
— Сир, ее высочество провожала свою фрейлину в последний путь. В газетах говорилось, что леди похоронили в закрытом гробу. Возможно, помолвку отложили по… воле принцессы?
— Амалия сама подбирает дам и, вероятно, очень их ценит, — покивал король, продолжая чтение. — Ограбление. Интересно-интересно. Седжвик, узнайте, пожалуйста, в полиции, как продвигается дело об ограблении. Есть ли подвижки? И что про Вердена говорят в клубах. Папки можете забрать.
Секретарь вышел, и король наконец вскрыл голубой конверт.
Внутри обнаружилась стопка листов. Монарх перебрал их и взялся за первый:
— “Ваше королевское Величество! Поскольку дни мои сочтены, я решилась написать Вам. Примите это письмо из рук умирающей и поверьте, что все, сказанное здесь, правда до последнего слова!”
А дальше шла леденящая душу история про герцога Дерринжера. Король мог бы счесть все это истерическим желанием больной женщины отомстить, но… ровный почерк, мелкие подробности, а главное – та история с брошью была еще свежа в памяти короля. Его супруга нежно любила свои украшения, но искренне дорожила немногими. А еще в письме упоминался мальчик-семинарист, отправленный в пыточные подвалы волей герцога.
Король опустил письмо и задумался. Конечно, мелкое самоуправство дяди – ерунда. Хотя смерть графини спускать нельзя. Только сначала стоит провести тайное расследование. А вот попытка очернить принцессу – это злило. Яков знал, почему Амалия не желает замуж, и сам не стремился расставаться с сестрой.
Побродив по кабинету, король вызвал секретаря и приказал:
— Пару толковых сыщиков из королевской службы. Я сам дам им задание. Так, еще скажи-ка мне, где сейчас моя дядя?
— Герцог Дерринжер отбыл в свое загородное поместье, — ответил секретарь.
— Отбыл, значит. Что ж, жду сыскарей. И побыстрее!
Через полчаса пара неприметных мужчин в потрепанной одежде вошли в королевский кабинет.
Монарх оглядел их и указал секретарю на выход.
— Итак, — сказал он, — сегодня я получил письмо от мертвой женщины.
Лучшие на королевской службе сыщики остались недвижимы.
— Вот это письмо. Ваша задача проверить все, что в нем написано. Найти доказательства всему. И самое главное – никто не должен об этом знать. Для всех я вызвал вас по поводу пропажи любимой броши Ее Величества. Исполняйте!
Мужчины поклонились, забрали письмо и оба конверта и растворились в переплетении дворцовых переходов и галерей.
Король глянул им вслед, сел за стол и распечатал письмо от младшей дочери – после тяжелой и неприятной работы следует побаловать себя чем-то приятным!
Глава 25
Прогулка по набережной принесла свои плоды – уже на следующий день наш дом засыпали записочками с вопросами о моем здоровье и приглашениями на чаепитие или прогулку.
От прогулок я отказывалась по причине нездоровья, а вот приглашение на чай приняла и около половины пятого отправилась в особняк леди Невилл. Себастьян сопровождал меня и по моему совету взял с собой несколько страничек стихов. Молодому человеку следовало создать о себе правильное впечатление.
Мы недурно провели время, а когда вернулись домой, меня ждали письма из столицы.
Я взглянула на конверты и едва не застонала – хотелось прочесть их немедленно, но сил не было совсем. В спальню меня опять нес Себастьян. Слуги уже не провожали его подозрительными взглядами – знали, что спим мы отдельно, и что меня порой охватывает слабость, да и кошмары не давали спать половине дома.
Так что стоило моему компаньону внести меня в спальню и усадить в кресло, как тотчас прибежала моя камеристка и принялась приводить меня в порядок.
Пока Мирка помогала мне раздеться, готовила ванну, чистое белье и лекарства, я обдумывала послания. Одно было от мистера Бриггса. Наверняка старый дворецкий пишет мне
