мне становится омерзительно. Но ты… ты светлая. Ты избавляешь меня от этих теней и делаешь каждый мой день легче. То, что случилось с твоей мамой…»
«Ты имеешь в виду, что я сделала с мамой? — прошептала она в темноте.
«Нет… я имею в виду то, что с ней случилось… это не твоя вина. Если хочешь, вини эту грёбаную команду, но не себя. Твоя мама принесла себя в жертву. Она хотела, чтобы с тобой всё было в порядке, и сказала тебе отпустить то, что она тебе отдала. С каждым днем ты всё больше винишь себя? Ты живёшь благодаря её жертве. Почитай её жизнь, Рия. Живи полной жизнью за вас обоих».
Она немного расплакалась, но не от разбитого сердца. Она почувствовала такое мощное облегчение, что кто-то дал ей убежище от вины, которую она носила так долго. Но тон Вира смутил её.
«Почему это звучит так, будто ты прощаешься?»
«О, нет. Ты встряла сейчас, крутая принцесса. Ты потеряла своего сломленного дракона, но обрела сломленного человека. Ты моя. Я твой. И когда я выберусь отсюда, я постараюсь когда-нибудь быть в порядке. Ради тебя».
«Это обещание, что ты будешь сражаться за нас?»
«Да, Рия. Ради тебя я буду сражаться. А сейчас иди спать. Я останусь здесь, пока ты не уснёшь. Я не оставлю тебя во тьме. Я здесь. Пока ты не скажешь мне уйти, я буду здесь».
Она сонно улыбнулась.
«Я тоже здесь. Ты тоже не во тьме».
«Рия?»
«Да, Вир?»
«Всё будет хорошо».
Глава 14
Видеозапись того, как Вир узнал о смерти своего дракона, разбила сердце Рии. Она даже не могла сдержать слёз, наблюдая, как он смотрит на своё отражение в подземелье. Он закричал самым грубым, душераздирающим звуком, который она когда-либо слышала, а затем ударил кулаком по стеклу. Он глядел в него с отвращением, затем оторвал взгляд от разбитого стекла и скользнул спиной по стене. Всю оставшуюся жизнь она никогда не забудет выражение агонии на его лице. Она не хотела этого видеть, но Эммет показывал всем командам более низкого уровня, как внезапно отключились камеры.
Была задействована и техническая команда из трёх человек, но пока никто не мог понять, что происходит с глюками в освещении и камерах. К сожалению, Эммет продолжал проигрывать видеозапись того, как Вир ломается, снова и снова, пока не произошел сбой, но к этому моменту Рия больше не могла на это смотреть. Свет мигал, телевизор отключился, и на этот раз проблема была не в силе Вира. Это была её сила.
Дерьмо. Она должна была успокоиться.
— Серьезно? — закричал Эммет. — У нас даже техническое совещание не может быть без технических неполадок? Я хочу, чтобы вы наконец выяснили в чем дело! Немедленно!
Более десятка человек поспешили к двери. Рия стояла у задней стены, скрестив руки на груди, когда мимо неё проносились люди. Все уходили, но Эммет и Хэнк Бьютт, сидевший за столиком рядом с ней, откинулся на спинку стула и уставился на неё с дикой пустой улыбкой.
— Глюк, глюк, ведьма, ведьма, — тихо пробормотал он. Эммет, казалось, не слышал этого с того места, где пытался снова включить телевизор.
— Что-то происходило с потолком прямо перед тем, как он рухнул, — пробормотал Эммет.
Но Рия не могла оторвать глаз от сверкающих льдисто-голубых глаз Бьютта. Он даже не пытался спрятать в себе оборотня.
Он был сотрудником тюрьмы, так что она использовала ноль процентов грубости, спрашивая:
— Ты о чём?
— Однажды я знал одну ведьму. Ребенка. Она забрала у меня всё. Но тем не менее, я полагаю, я должен её поблагодарить за это. Она сделала меня тем, кто я есть.
Бьютт встал и с нечеловеческой грацией зашагал к двери. И когда он проходил мимо неё, он смотрел на неё полным ненависти взглядом.
— Полярный медведь. Нас осталось немного, благодаря тебе, сука. Сука, сука… ведьма, ведьма. — На мгновение он скривил губы, обнажая острые клыки, а затем оставил Рию там, чувствуя себя так, будто она стояла в лесу много лет назад, со своей мамой.
Она не могла дышать. Лёгкие горели от нехватки воздуха, но она не могла даже вдохнуть. Она стояла замерев. Лампочки гудели и тускнели полностью, восстанавливали свет и тускнели снова. Взорвалась одна из флуоресцентных ламп, и на столы внизу посыпались стекла. Прежде чем Эммет успел обернуться, она выбежала из комнаты.
Бьютта уже не было, и она была одна в коридоре. Ей нужно было запустить их планы в действие. Там было много движущихся частей, и Бьютт мог стать проблемой. Твою мать, ещё полгода Виру сидеть здесь. И Торрен с Ноксом также. Ей нужно было эвакуировать его команду, как можно скорее, но они не могли просто совершить побег из тюрьмы. Что-то должно было произойти, чтобы Вир мог действительно стать свободным, а не проводить всю свою жизнь в бегах. Однако Бьютт кардинально изменил ситуацию, и теперь время Рии в этой тюрьме было ограничено. Бьютт мог вывести её из игры в любой момент.
Она поспешила в свой кабинет, но когда она туда попала, дверь была приоткрыта. В ярости она распахнула её и увидела Бьютта, прислонившегося к столу и установившегося в её планшет.
— У тебя наверняка высокие настройки безопасности, — безжалостно пробормотал он.
— Да, значит, такие мудаки, как ты, не смогут войти в систему и увидеть мои счета за онлайн-покупки, — холодно сказала она. — А теперь убирайся из моего офиса, пока не закончишь, как твоя команда.
Ярость вспыхнула в его светящихся голубых глазах, когда он оттолкнулся от стола. Он взял планшет и швырнул его в стену так быстро, что тот расплылся на краю зрения. Планшет разлетелся на сто частей. Он бросился на неё, но прежде чем он добрался до неё, она подняла руку, ладонью к нему, и заморозила его на месте. И пока он стоял там, беспомощный и с гневом, написанным на каждой грани его лица, она рассказала ему, как всё было на самом деле.
— Твоя команда убила моего отца, когда он пришёл попросить их оставить нас в покое. Они просто… растерзали его. Полиция нашла его по частям. А потом твоя команда пришла за мной и моей мамой, и я потеряла и её. Мы, самодовольный ты засранец, даже похожи в этом. А если ты когда-нибудь придёшь ко мне снова, как только что? Ты станешь пеплом и пылью.
Она шевельнула пальцами, и он вылетел из её двери и врезался в
