Мальчик, который рос без родителей, братьев и сестер, всегда мечтает о собственной семье больше, чем кто-либо другой. Эта глубокая потребность привела Сида к ранней женитьбе. Ему было около двадцати, когда они с Джоан отправились к алтарю, она к тому времени уже была беременна. Они подумывали о втором ребенке, когда случилось несчастье.
Судьба отобрала у него семью, и Сид отверг все, к чему был когда-то привязан и ради чего стоило жить. Стал сам себе омерзителен. Боялся новой любви, потому что не хотел рисковать. Он бы не пережил такой боли еще раз.
И что теперь, спросил он себя. Разве он хочет стать одиноким и несчастным стариком? Вчера он понял, что его душа еще жива. Он держал Рони на руках и чувствовал, что его тянет к малышу. И еще большую тягу он испытывал к Лоре, когда был с ней близок. Это была страсть и желание, но не похоть! Похоть много раз толкала его в объятия женщин, но здесь было совсем другое. Горячее желание доставить удовольствие ей и только потом себе. Нежность и страсть одновременно. Словом, то, что Сид называл благородством, на самом деле было растущим чувством ответственности за Лору и Рони. В довершение ко всему он с самого начала влюбился в Лору.
Но разве она полюбит его после того, что он сделал? Разве сможет снова доверять ему? А вдруг он сжег все мосты, когда так трусливо уехал?
Эта мысль повергла Сида в такую панику, что он сам удивился. Да, похоже, он всерьез привязался к этой женщине.
— Сид? Сид, что случилось?
Сид взял сестру Марию за плечи, его сердце учащенно забилось, когда он неожиданно легко принял решение.
— Только хорошее, — твердо сказал он. — Теперь только хорошее.
— Хорошее?
— Да. И если уж говорить о хороших вещах, то не могла бы ты быстренько организовать мне завтрак? У меня впереди хлопотный день, нужно зарядиться как следует.
— Сид, говори яснее, пожалуйста.
— Обязательно, обязательно. После завтрака. А пока мне нужно побриться и кое-что постирать. Кстати, что ты сделала с моими старыми вещами? По-моему, у меня где-то был костюм или два?
— О господи! Я все их собрала и отдала в приют при монастыре около месяца назад. Ты годами не вспоминал о них, и я подумала…
— Все в порядке, — прервал ее Сид. — Они все равно наверняка не подошли бы мне. Я стал покрупнее, чем раньше. Пойду и куплю новые, а заодно, кстати, и новую машину.
— Сид, если ты сейчас же не скажешь мне, в чем дело, клянусь, завтрака тебе не видать.
Сид усмехнулся.
— Шантаж? — мягко поддразнил он. — И куда только катится этот мир?!
Сестра Мария в ответ скрестила руки и стала постукивать ногой по полу. Сид подошел к ней и поцеловал в щеку.
— Сдаюсь, — сказал он и выпрямился. — Я признаюсь во всем.
— Надеюсь, ты не собираешься сказать мне ничего такого, что мне не хотелось бы услышать!
Сид улыбнулся. Она, конечно, будет удивлена, но он надеялся, что и обрадована.
— Дело в том, что я встретил женщину. Замечательную женщину.
Ее глаза загорелись.
— О Сид!
— Это еще не все, — добавил он.
— Не все?
— У нее есть ребенок. Маленький мальчик. Его отец погиб, несчастный случай.
Ее глаза расширились, на лице были удивление и надежда.
Он постарался проглотить ком в горле.
— Я думаю… я мог бы быть неплохим отцом парнишке. И я уверен, что был бы хорошим мужем его матери. Кстати, ее зовут Лора, а ее сына Рони.
Глаза сестры Марии наполнились слезами.
— О Сид…
Сид чувствовал, что слезы подступили и к его глазам. Он кашлянул, чтобы прочистить горло.
— Мне нужна твоя помощь. Я некрасиво поступил сегодня утром с Лорой. Придется потрудиться, чтобы заслужить ее доверие, не говоря уже о любви.
— Это ничего, Сид. Это ничего.
— Просто будь со мной. Говори мне эти слова. Не теряй веры в меня.
Слезы покатились по ее морщинистым щекам.
— Я никогда не теряла веры в тебя, дорогой мой мальчик. Никогда.
Сид обнял ее и крепко прижал к груди.
— Я знаю, — прошептал он. — Я знаю…
11
Утро показалось Лоре бесконечным, несмотря на то что Рони, против своего обыкновения, вел себя хорошо. Он играл с кубиками на полу, пока она смотрела по телевизору воскресное шоу, а затем заснул почти без хныканья.
Лора приняла душ и переоделась, натянув старые застиранные джинсы и бледно-голубую футболку, растянутую и удобную. Она дала волосам возможность высохнуть естественно и не накрасилась, хотя остатки вчерашней туши лежали под глазами темными тенями.
Лора выглядела усталой.
На самом деле спала она прекрасно — те несколько часов, когда ей удалось поспать. Так что дело было не в усталости. Она чувствовала себя опустошенной.
Сначала она подумывала было позвонить Майклу и уговорить его приехать, чтобы излить свои горести и обиду. Но ее брат вряд ли посочувствовал бы, узнав, что она спала с таким мужчиной, как Сид, в день знакомства. Майкл и так считал ее сумасшедшей из-за Рони, и Лоре совсем не хотелось, чтобы он, хоть и справедливо, снова называл ее доверчивой дурой.
Кроме того, он страшно обозлится на Сида. Может даже ему взбредет в голову заступиться за сестру, и он полезет в драку, когда они в очередной раз встретятся.
Лора не хотела этого. Она не могла не признать, что Сид предупреждал ее. Он ведь говорил ей про расстановку сил? Так что это ее собственные проблемы. Просто трудно признать, что Майкл не случайно опасался их встречи, а Сид вполне соответствует его опасениям.
Да, Лора была ужасно наивной во всем, что касалось мужчин. Все годы, проведенные с Роджером, она заблуждалась. Постоянное присутствие Роджера избаловало Лору, ей никогда не хотелось познакомиться поближе с другими мужчинами и узнать их сексуальные возможности.
Она даже не подозревала, как важен может быть секс для мужчин и на что они готовы пойти в погоне за ним. Готовы играть любую роль, только бы заполучить женщину. В зависимости от характера они могут говорить и делать что угодно, лишь бы это помогло.
Лора попросту попалась на уловку Сида, решив, что он не такой, как все.
И все-таки, что же на самом деле скрывалось за его внешне благородным поведением? Может быть, он с самого начала планировал встретиться с ней, когда предлагал постричь газон? А отказ Майкла оказался ему на руку и помог воплотить в жизнь план соблазнения глупой сестры своего приятеля, одинокой и с ребенком?
Задним числом Лоре особенно подозрительной казалась трогательная забота Сида о Рони. Мужчины ведь никогда особенно не заботятся о детях, как, впрочем, и ни о ком другом. А что говорить о его внимании к ней самой? Это было уже чересчур — он не просто накрыл стол для ее гостей, но даже заказал все блюда к этому столу! Лора поморщилась при мысли о том, как легко она проглотила наживку вместе с крючком, леской и грузилом!
