— И все? Никаких ссор? Никаких обид и упреков? — удивилась Августа.
Скотти чуть отодвинулся от девушки, утратив вдруг игривое настроение.
— Нет. Мы попытались не обращать внимания на растущее отчуждение. Оставались вместе еще какое-то время, просто по инерции, не желая ничего менять. Ради Хлои. Ради семьи. Посетили несколько консультантов по вопросам брака, исповедника ее матери… Но ничего уже нельзя было сделать.
— И тогда вы разошлись.
— Примерно так. — Скотти прямо смотрел на Августу, и в глазах его не было ни гнева, ни боли, ни сожаления. — В один прекрасный день Дженис вернулась домой с работы и сообщила, что она, кажется, влюбилась в другого мужчину. К тому времени и я стал иногда заглядываться на других женщин, — он улыбнулся. — Рано или поздно один из нас должен был положить этому конец.
— А она до сих пор с тем человеком?
— Да, наверное. Развод пока еще не оформлен, но мне кажется, да. Джен бросила работу, перекроила наши жизни и переехала в Спрингфилд, чтобы быть рядом с ним. Наверное, она что-то чувствовала к этому мужчине. — Рассмеявшись, Скотти стал накручивать на палец выбившуюся прядку волос Августы. — Знаешь, если бы я чуть более философски относился к жизни, то сказал бы, что мой брак закончился именно так и тогда, когда должен был закончиться.
— Но почему?
Он провел пальцем по ее нижней губе, снова испытывая прилив желания.
— Потому что теперь у меня есть работа, о которой я мечтал всю жизнь. Я живу в родительском доме, который, как оказалось, мне очень дорог. И я встретил тебя.
Августа улыбнулась, чувствуя, как ею вновь овладевает страсть. Протянув руку, она погладила заросшую за ночь щеку Скотти, удивляясь собственной смелости. А потом приподнялась и поцеловала его в губы.
Она не была философом, ей было все равно, почему они оказались вместе. Главное, что они вместе. Ощущение счастья поражало своей глубиной, и Августа не собиралась подвергать его сомнению. Она будет наслаждаться этим чувством. Холить и лелеять его. Постарается, чтобы оно продлилось как можно дольше. Неделю? Месяц? Может быть, даже год — если действительно есть на свете удача.
Положив ладонь ей на грудь, Скотти медленно сдвинул вниз простыню, скрывавшую ее тело. От прикосновения холодного воздуха по телу девушки пробежали мурашки, но горячие губы Скотти уже завладели ее грудью, согревая и возбуждая ее. Волны удовольствия захлестнули Августу. Выгнув спину, она отдавалась во власть чувств, забыв о сомнениях. Она хотела этого. Она хотела быть счастливой. Она хотела любить и быть любимой — даже если это ненадолго. Она имела право на счастье и собиралась воспользоваться этим правом.
Августа подвинулась к Скотти, просунула ногу между его ног, и губы их слились в поцелуе. Затем он перевернулся на спину, продолжая прижимать к себе девушку, так что она оказалась сверху.
И вдруг все в один миг изменилось. Они замерли, прислушиваясь к возне Берта наверху, где Хлоя проснулась, приветствуя новый день.
— О боже! — Августа поспешно вскочила и принялась собирать разбросанную где попало одежду, сгорая от желания исчезнуть и в то же время остаться. — Быстрее. Я должна идти. Я пришла с сумочкой? Нет, конечно, нет. Скорее всего я даже не закрыла свою входную дверь.
Скотти не смог удержаться от смеха. Августа напоминала ему птицу, случайно залетевшую в окно и метавшуюся в поисках выхода. Он потянулся к брюкам. Надо помочь ей, пока бедняжка совсем не обезумела.
— Да, конечно, сейчас ты смеешься, — громко прошептала она. — Посмотрим, что ты скажешь, когда придется объяснять все Хлое. У меня нет времени одеваться. Можно я возьму твою простыню? Принесу ее потом обратно.
— Приноси к завтраку, — с улыбкой предложил он.
Августа застыла в изумлении. Ей такое никогда бы не пришло в голову. Ну, что ж, отличная идея! Она радостно засмеялась.
— Все это — чистое безумие!
Проходя мимо нее к двери, Скотти чмокнул ее в губы и подтвердил:
— Полное безумие. И тебе это нравится.
Августа улыбнулась, не в силах отрицать очевидное, и направилась было мимо него в коридор. Схватив девушку за руку, Скотти развернул ее в сторону задней двери.
— Сейчас ты смеешься, но посмотрим, что ты станешь делать, когда придется объяснять всем нашим соседям твое появление на улице в таком виде.
Августа, не выдержав, прыснула от смеха. Тайные свидания, после которых приходилось пробираться домой, завернувшись в простыню, были для нее в новинку. Но ей это и в самом деле нравилось! Волосы ее, должно быть, были в чудовищном беспорядке, но Августе было на это наплевать. Кто бы мог подумать, что правильная, воспитанная в строгих правилах Августа Миллер окажется такой беззаботной и сладострастной особой?
Скотт открыл перед ней заднюю дверь, вышел на крыльцо, придержал вторую дверь, чтобы Августа могла выскользнуть, а затем проводил до калитки.
Прежде чем скрыться в своих владениях, Августа остановилась, с опаской оглянулась на окна дома, из которого только что так поспешно бежала, и положила ладонь на грудь Скотти.
— Спасибо, — произнесла она, чувствуя, что это звучит глупо. Но что еще можно сказать человеку, вызволившему тебя из тюрьмы, давшему тебе надежду, разбудившему тебя от столетнего сна поцелуем, словно принц в волшебной сказке?
Скотти улыбнулся, и на щеках его, как всегда, появились ямочки. Он прекрасно понял, что она хотела ему сказать.
— Возвращайся скорее — я варю на твою долю кофе и жарю яичницу. Августа рассмеялась:
— А я-то считала тебя нехозяйственным. Что это я с тобой сделала?
Взяв девушку за подбородок, Скотти нежно поцеловал ее в губы.
— Ты сделала меня очень, очень счастливым. — Он снова прижал ее к себе и поцеловал, его руки скользнули по ее спине, обхватили ягодицы. — Как ты думаешь, мы поместимся под этой простыней вдвоем. Давай попробуем.
— Ну уж нет. Не стоит устраивать представление для соседей. — Августа поспешно открыла калитку. — Мне принести яблочного сока?
— Хлоя была бы рада.
Скотти смотрел на нее так, что Августа почувствовала себя неловко под его взглядом. Она не привыкла, чтобы на нее смотрели как на редкий и ценный подарок. Это немного смущало.
— Что еще принести? Молока? Хлопьев?
Скотти покачал головой:
— Ничего не надо. Просто возвращайся скорее.
Глава 7
Августе всегда было обидно, что сентябрь считается осенним месяцем, ведь на самом деле сентябрь — это еще часть лета, месяц, отчаянно цепляющийся за ранние рассветы, теплые деньки и ясные ночи, которые продолжаются иногда до середины октября.
Начался учебный год, но в сердце Августы все еще жило очарование прошедшего лета. Дивного, романтичного лета, полного жизни и особого смысла. Никогда еще девушка не чувствовала себя такой живой, страстной, никогда еще так тонко не чувствовала биение жизни вокруг себя.
