Анджело выбрался на выступающий из воды камень с плоской верхушкой. По-видимому, в незапамятные времена этот камень откололся от горы и упал в море. Анджело подал Эбби руку и помог ей устроиться на камне рядом с ним.
– Вы хорошая пловчиха, но я предпочитаю, чтобы вы поберегли силы для другого.
Эбби, выжимая волосы, бросила на него уничтожающий взгляд. Точнее взгляд был задуман как уничтожающий, но, когда она посмотрела в глаза Анджело, выражение ее собственных глаз изменилось помимо ее воли, и Эбби прошептала:
– Не надо.
– Не надо что?
Эбби пожалела, что в глазах Анджело не пляшут насмешливые огоньки – так ей было бы безопаснее. Но он был абсолютно серьезен.
– Не смотрите на меня так, – хрипло прошептала она.
Что-то в ее неуверенном взгляде, в охрипшем голосе, в блестящем от воды теле, почти не скрываемом микроскопическом купальником, тронуло Анджело самым неожиданным образом. В нем шевельнулось желание, но не только, было и еще что-то, чему, как и раньше, сегодня утром, он не смог дать определения. Анджело чувствовал, что Эбби скрывает от него какую-то тайну, и надеялся, что рано или поздно она ему откроется, у него появилась даже уверенность, что она это сделает. Он приложил палец к губам Эбби.
– Тсс.
Он быстро и очень легко, почти неощутимо коснулся губами ее губ, а в следующее мгновение вдруг исчез, нырнул с камня и скрылся под водой. Потом он снова показался над поверхностью, и Эбби увидела, как он плывет к берегу. Доплыв до мелководья, он вышел на берег, подхватил с песка полотенце, и не сбавляя шага, набросил его на плечи.
Эбби, сидя на камне, наблюдала за ним, пока его крупная фигура не скрылась из виду. Только после этого она с необъяснимым ощущением беспомощности осторожно коснулась своих губ там, где к ним прикоснулся Анджело.
В этот вечер Эбби надела бирюзовое шифоновое платье простого покроя, почти прямое, на тонких бретельках, завязывающихся на плечах. При ходьбе шифон колыхался и шуршал.
Анджело она нашла на пляже. Он стоял, засунув руки в карманы брюк, и смотрел на воду, окрашенные в цвета заходящего солнца. Рядом с ним на песке была расстелена льняная скатерть, на которой в ведерке со льдом охлаждалось шампанское. Эбби улыбнулась, но тут Анджело повернулся к ней, и улыбка застыла на ее губах: в глазах Анджело Эбби увидела такое выражение, какого ей еще не приходилось видеть. Это был острый нескрываемый голод. Их взгляды встретились, глаза обменялись безмолвным, но оттого не менее выразительным посланием. Анджело опустился на колени и ловко откупорил бутылку. Пенистая жидкость полилась в бокалы.
Закат на морском берегу, шампанское, смуглый красавец-миллионер – все это должно казаться пошлым, думала Эбби, но почему-то не казалось. Это было…романтично.
Не может быть! Романтика – это для влюбленных, по меньшей мере для любовников, но они с Анджело ни то, ни другое. Они не должны быть любовниками!
Почему?
Как только в сознание Эбби прокралась это предательская мыслишка, она попыталась найти разумное объяснение, почему они с Анджело не должны быть любовниками, но все доводы куда-то подевались. Она только посмотрела на Анджело широко раскрытыми, немного испуганными глазами и промолчала.
Потом они сидели рядом и пили шампанское, почти не разговаривая. Эбби сидела поджав ноги под себя, Анджело согнул колени и обхватил их руками. Легкий бриз шевелил кончики волос Эбби, в воздухе висел несмолкаемый стрекот цикад. Эбби чувствовала на себе взгляд Анджело, но не могла заставить себя посмотреть ему в глаза. Море стало похоже на расплавленное золото, солнце медленно опускалось за горизонт, наконец оно село, и пейзаж снова изменил краски. Теперь преобладали темно-синие, почти чернильные тона. Дождавшись, когда небесный спектакль закончится, Анджело встал и подал руку Эбби. Эбби приняла помощь, но, едва встав на ноги, поспешила высвободить руку. Они неторопливо побрели к вилле.
В доме было прохладно, Эбби поежилась и решила сходить за накидкой, которая осталась в ее комнате. Когда она вернулась, Анджело проводил ее в столовую. Росита подала закуски, Анджело откупорил бутылку вина. Росита принесла жаренную на гриле рыбу, которую они недавно поймали.
Они говорили за столом, но мало. Эбби не покидало ощущение что все это происходит во сне. Шампанское, а потом вино подняло ей настроение и помогло отвлечься от насущных проблем, реальность словно отступила на задний план. Она плыла по течению, как лодка без весел и паруса, не думая куда и зачем.
Когда с едой было покончено, Анджело встал из за стола и подал Эбби руку.
– Пошли.
Она покорно последовала за ним в гостиную, где Росита уже разожгла камин. На низком столике перед камином был сервирован кофе. Я выпью чашечку, подумала Эбби, и уйду к себе, да, обязательно уйду, только кофе выпью.
Анджело стал разливать кофе по маленьким чашкам тончайшего фарфора, а Эбби села на диван. В этот вечер Анджело был в темных брюках и черной рубашке с рукавами, закатанными до локтя. За обедом Эбби изо всех сил старалась не разглядывать его, но сейчас она все-таки посмотрела на его фигуру и не могла не заметить, как брюки натягиваются на его бедрах, как под тонкой тканью рубашки вырисовываются очертания мускулов спины и плеч, а в расстегнутом воротнике проглядывают темные волосы на груди.
Вероятно, ей стоило ограничиться за обедом шампанским, но вино очень хорошо шло к рыбе, кроме того, Эбби нравилось, что спиртное поддерживало в ней мечтательное настроение. Ей казалось, что она движется куда-то в тумане, а реальность осталась где-то далеко.
Анджело поставил перед ней чашку кофе, взял свою и сел на диван с другого края. Их разделяла длина дивана, но Эбби все равно казалось, что Анджело ее подавляет. Она вытянула ноги немного в сторону, подсознательно стремясь увеличить расстояние между собой и Анджело. Глядя на пламя в камине, Эбби услышала, как хлопнула входная дверь – это Росита закончив дела, ушла в коттедж. Они с Анджело остались на вилле одни. Молчание затягивалось. Казалось, сама тишина притягивает их друг к другу.
– Эбби, – негромко начал Анджело – пришло время сделать выбор. Или придите ко мне по собственной воле, или скажите, что вы этого не хотите.
В его голосе слышалась мрачная решимость. Эбби робко подняла на Анджело глаза. Анджело смотрел на нее, и в его взгляде Эбби прочла то, чего до этой минуты упорно старалась не замечать, но больше не могла отрицать. Она не могла произнести ни слова, но то, что возникло между ними, не требовало слов. Их взаимное влечение было сильнее слов, сильнее логики, глубже здравого смысла. Анджело правильно истолковал ее молчание.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
