По счастливому стечению обстоятельств, укрылись мы под центральным причалом — он нам показался наиболее в этом плане перспективным. Во-первых, он более хлипкий и ажурный, в отличие от своих тяжеловесных бетонных собратьев, во-вторых, спрятался в тени от них же. Плюс как раз здесь глубже всего, такое ощущение, что дно специально расчищали. Вот мы и занырнули прямиком под помост, собранный из вездесущих пластиковых плит. Биопластиковых, само собой. Впрочем, вплотную к строению не полезли, затаились под второй от конца парой опорных столбов. За что и поблагодарили себя горячо уже через пару минут — именно тогда Милли засекла замаскированный охранный контур на дальнем причале. Причём засекла, по большому счету, случайно. Как она же сама и призналась, интуиция сработала. Видимо, мозг уловил какие-то сопутствующие признаки. А собственным предчувствиям Эмилия привыкла доверять. Вот и задействовала сначала свой «нейр», а потом и мой с расширенными благодаря Лиу Цзяо возможностями, благо мы так и работали в общей «виртуалке».
— Что там? — напрягся и я, когда осознал, что моя спутница уже почти полминуты пожирает взглядом соседний мол.
Слишком уж поза характерная, даже со скидкой на плохую видимость под водой. Впрочем, мне на данное обстоятельство плевать — «дополненная реальность» исправно «дорисовывала» картинку в режиме реального времени.
— Похоже, там лазерные датчики, — вышла из задумчивой созерцательности Эмили.
— Где⁈ Под водой⁈ — изумился я.
— Нет, по верху пирса идут.
— И ты их умудрилась засечь⁈ — ещё сильнее офигел я. — Но как⁈
— Опыт, — пожала плечами Эмилия.
Мы с ней стояли на дне, прижавшись каждый к своему столбу, но общая «виртуалка» позволяла нивелировать темень и скрадывающую очертания предметов толщу воды.
— Лазер, значит… луч видишь?
— Нет, эмиттер и приёмник, — пояснила моя спутница. — Спасибо Ли, выделил и увеличил. Вот, сам глянь.
Хм… ну да, судя по схеме в «дополненной реальности», весьма похоже. И это уже посерьёзней колючей проволоки под током будет. Лучи, конечно, невидимые, но оттого не менее опасные. Тут уж точно на любое движение охранный комплекс среагирует. И крыланы не помеха — не лезут они сюда, боятся. Это вам не забор в чистом поле. Тут люди постоянно шатаются, дежурное освещение, плюс вода… много воды. Не самое приятное место для наших «летучих мышек», не нравится им, когда кожистые крылья намокают. Надо полагать, от сырости перепонки тяжелеют и растягиваются. Или нет. Но в любом случае пофиг. Факт остается фактом: Пестрых по какой-то неведомой причине окружили эллинг, вернее, его часть, дополнительными охранными контурами. И на сей раз современными, а значит, импортными и дорогущими. Или не Пестрых? Если так, то остаётся ровно один вариант: это вайгожэнь, окопавшиеся на территории родовой резиденции. Ни одного из них мы пока не видели, но это исключительно по причине глубокой ночи. Спят все. Так что с очень высокой долей вероятности среди чад и домочадцев в жилом комплексе затаилось несколько представителей наших заклятых партнёров. Кста-а-ати…
— Ли, что с архивами?
— До завершения процесса…
— Понял, не продолжай! — перебил я искина. — Слушай дополнительную задачу: отыщи досье на всех обитателей резиденции, вплоть до обслуживающего персонала. Цель — выявить вайгожэнь. Даже если они натурализованные, всё равно давай.
— Процесс активирован, Ван-сяньшэн… процесс завершён. В числе обитателей резиденции вайгожэнь отсутствуют, Ван-сяньшэн.
— А фотки смотрел?
— Ответ положительный, Ван-сяньшэн. Ни одного представителя кланов вайгожэнь не выявлено.
— Странно… а ты что скажешь, душа моя? — перенаправил я вопрос спутнице.
— Похоже, и впрямь «закладка», — задумчиво произнесла Милли. — Личный состав ещё не забросили, здесь и сейчас только техника. Но ждать можно со дня на день.
— Н-да… теперь мы уже точно отсюда просто так не уйдём! — заключил я. — Душа моя, какие будут предложения? С какой стороны заходить?
— Пока без понятия, дорогой. Надо осмотреться. И желательно с нескольких точек. Но если моё предположение верно…
— … то?..
— Трындец нам, — усмехнулась Милли. — Может и так оказаться, что снаружи проникнуть не выйдет. Я имею в виду, без допуска.
— Ладно, работаем!
Нужно ли говорить, что Эмилия оказалась права? Убив ещё минут двадцать (Ли в какой-то момент попытался отчитаться по предыдущей задаче, но я отмахнулся — отчёт о происхождении техники и потом изучить успею), мы окончательно удостоверились, что минимум треть эллинга опутана целой сетью охранных контуров — и оптических, и лазерных, и ёмкостных, и… да чего там только не было! Одних только камер наблюдения минимум по паре штук на каждый квадратный метр контролируемой площади. В том смысле, что поле зрения одной с запасом перекрывает поле зрения другой. Единственное, силового купола не хватает. А вот остальные две трети практически никакой охраной похвастаться не могли. Из чего следовал предельно простой вывод: одна часть строения если не общедоступная, то как минимум обслуга и представители рода Пестрых к ней допущены, а вот вторая практически намертво отгорожена от мира. Пройти сквозь такую лютую охранную систему реально лишь при наличии допуска. То бишь нужно быть прописанным в системе с соответствующими правами. Либо таскать с собой специальную карту-пропуск. У нас с Милли, понятно, ни того, ни другого не было. И даже к локалке подключиться не удалось — мы по размышлению влезли в «общественную» часть, легко обманув примитивный охранный контур, а вот дальше фигушки. Да, подсадили «жучка» в служебный терминал, но исключительно для того, чтобы убедиться — в своеобразный «сейф» хода нет даже из сети. Хотя, казалось бы, вот он, буквально за стенкой! Единственный плюс — выяснили из обнаруженной Лиу Цзяо проектной документации, что здание симметричное, то есть недоступная часть зеркально отображала планировку «общественной». И это вселило робкую надежду. По крайней мере, у меня появились зачатки плана. Правда, озвучивать их я поостерёгся — ни сразу, ни после, когда мы снова вернулись в воду, под надёжное прикрытие пирса.
Зато Эмили не стала ходить вокруг да около:
— Дорогой, а нам точно нужно внутрь?
— Кровь из носа, — подтвердил я.
— А зачем? То есть как обоснуешь? Не проще ли сейчас ограничиться достигнутым, а потом, со временем, наш друг-«паучок» и эту часть сетки ломанёт?
— Ли? — мастерски перевёл я стрелки на искина.
— Слишком мало информации для анализа, Милли.
— Вот видишь! — хмыкнул я. — То есть вообще никаких гарантий. А у меня предчувствие, чтоб его…
— Седалищная чувствительность? — вернула мне любезность спутница.
— Она самая. Что-то мне подсказывает, что основные — и предельно поганые! — секреты хранятся в эллинге. Иначе просто нет смысла так его охранять.
— А если это… обманка? Ну, чтобы отвлечь внимание от чего-то другого действительно важного? — задумалась вслух Эмилия.
— Слишком сложно даже для вайгожэнь, — помотал я головой. — Настолько извращаться они бы точно не стали. Уж поверь на слово, душа моя. Я наших заклятых партнёров очень хорошо изучил. Всё же несколько лет дипломатической практики за спиной.
— Ну, если ты так говоришь… и снаружи прорваться нереально…
— Ну почему же нереально? — удивился я. — Как раз прорваться очень даже реально. Минимальная подготовка, и вперёд, заре навстречу. Или, в крайнем случае, завтра ночью. Другое дело, что нашумим знатно. И без жертв не обойдётся. А это, сама понимаешь, чревато…
— Да-да, скандал планетарного масштаба. А это нам сейчас не нужно.
— Именно так.
— Значит, остаётся только один способ — проникновение изнутри! — пришла к очевидному заключению моя напарница. — Можешь даже один, я не гордая, пока здесь подожду.
— То есть ты тоже думаешь, что прокатит?
— А почему нет? — пожала плечами Милли. — Такого точно никто не ждёт. Сам же говорил. А для тебя это плёвое дело, как я поняла. Вон, ты даже со мной в обнимку по оврагу не промахнулся. Так что…
