Удостоверившись что все идет своим путем, Соловьев, получив легкий ускоряющий пинок от особиста, который носился как ошпаренный со своими людьми, стараясь выполнить малейшую прихоть гостей. То они оборудовали дополнительные огневые точки, расставляя пулеметы, перекрывая любой доступ к большой командирской палатке, то проверял свою цепочку бойцов, которые должны были обеспечивать внутренний периметр охраны. Прекрасно зная Григорьева по службе, комбат понимал, что это ни лизоблюдство, а просто желание помочь серьезным людям, видимо от которых напрямую зависит результат ближайшего сражения с противников. Поэтому сам, получив распоряжение убежал, проверять своих людей, назначая порядок смены, обговаривая где и как будут люди выдвигаться к постам, чтоб поменьше оставлять людей, где будут греться и принимать пищу.
Уже пройдя внутренний периметр охраны, комбат задержался на несколько минут, с огромным удивлением наблюдая как гости на расчищенном от снега участке быстро и сноровисто смонтировали некое подобие рельсы с резиновой рогаткой. Так же по-деловому, спокойно без спешки собрали из подготовленных частей что-то вроде большой модели самолета, залили горючее, проверили и, натянув лебедкой резинку, выпустили летающую игрушку в небо. Заурчавший двигателем, по звуку похожему на мотоциклетный, маленький самолет быстро набрал высоту и растворился в черном небе, напоминая о себе быстро ослабевающим звуком работающего двигателя, очень похожий на тот, что совсем недавно слышали в небе, когда ждали прибытие гостей.
Когда все было проверено налажено и согласовано, по времени было около двух часов ночи, Соловьев наконец-то получил возможность пройти в палатку, куда его как раз даже и пригласили.
Тут он еще больше удивился, насколько все было необычно продумано и качественно сделано. Обязательный тамбур, чтоб не выходил теплый воздух, где он стряхнул с себя снег и минуя охранника с карабином, прошел вовнутрь, сразу окунувшись в деловую атмосферу.
Тепло, уютно. Явно работает какой-то обогреватель, но он нигде не увидел привычной дровяной печки. Чуть позже, по дуновению теплового воздуха разглядел в углу обогреватель странной конструкции, работающий, как он позже узнал, на дизельном топливе. Раскладные металлические столы с расставленными необычными светящимися экранами и какими-то устройствами, с множеством кнопок, чем-то отдаленно напоминающие штабные радиостанции, стулья, тумбочки были расставлены в определенном, явно четко продуманном порядке. Причем все это опутывалось множеством кабелей, аккуратно разложенных на полу, причем часть из них уходила на улицу через специальные отверстия, скорее всего к тем самым антеннам. Все это было настолько необычно, что он, давая глазам привыкнуть к яркому белому свету, остановился на входе, но тут же его окликнул начальник штаба дивизии, который уже был тут и о чем-то совещался с одним из гостей, явно тем самым командиром, «Сохатым». Кстати гости, все как один, тоже заслуживали особого внимания своей пятнистой формой, со множеством карманов, абсолютно непривычного покроя, причем у всех на рукавах красовались шевроны, с грозной надписью «НКВД СССР», что сразу объясняло то, с какой скоростью особист, капитан Григорьев носился, выполняя распоряжения грозных и таинственных гостей.
Так получилось, что среди пятнистых, только он, начальник штаба дивизии, да Григорьев, засевший в уголке и старающийся все видеть, фиксировать, но не отвлекать, были в привычной форме РККА, что, на фоне всей необычной техники, оружия, средств связи выглядело ну уж очень как-то, если можно так сказать — контрастно.
Соловьева посадили за стол, где были разложены карты, какие-то черно-белые и цветные снимки, схемы. Тут же сунули в руку чашку…с настоящим душистым кофе, от самого запаха которого, капитан закрыл глаза, вспоминая довоенное время. Но мгновения слабости быстро закончились — в палатку зашли новые люди, и когда комбат повернулся на шум, быстро вскочил. В помещение зашел командир 10-й гвардейской стрелковой дивизии, генерал-майор Красильников. За ним, цепочкой, с одинаковым выражением лица, отражающим крайнюю степень удивления, заходили командиры стрелковых полков, артиллерийских дивизионов дивизии, которых тоже вызвали на расширенное совещание.
Наметанный взгляд разведчика определил, кто тут старший: точно командир гостей, с позывным «Сохатый». Интересно какое у него настоящее звание. Вроде и относительно молод, но по повадкам еще тот волчара. И если смотреть со стороны, то так и получалось, что именно они, комдив, Соловьев, Григорьев, Ползунов, начальник штаба дивизии, и остальные командиры были тут гостями, а рулили всем эти самые НКВД-шники.
После коротких приветствий, генерал Красильников, так же оставив верхнюю одежду на вешалке, присел за стол, и за ним последовали остальные.
Когда все расселись и выпили по несколько глотков горячего кофе, встал «Сохатый» и на правах старшего, заговорил:
— Товарищи командиры. Довожу до вашего сведения, что вчера командованию англо-американского контингента, зашедшего на нашу территорию, командованию объединенной эскадры, что в данный момент, огибая полуостров Рыбачий, и держит курс на блокировку Кольского залива, руководством Советского Союза был поставлен ультиматум до часу ночи по московскому времени, сегодняшнего дня покинуть территорию и территориальные воды СССР. Правительствам Великобритании и США было указано, что в случае невыполнения ультиматума, войска, незаконно пребывающие на территории СССР будут остановлены и разоружены. В случае оказания сопротивления, правительство Советского Союза оставляет за собой право уничтожить все воинские формирования и нанести удары по центрам принятия военно-политических решений, штабам, военным базам, оборонным заводам и предприятиям нефтяной и химической промышленности в любой точке мира. Правительствам Финляндии, Норвегии, Швеции указывается принять все меры по демилитаризации своей территории и вывожу военных формирований третьих стран. По времени уже полтретьего ночи. Ни один из пунктов не выполнен. Час назад был короткий сеанс связи с британским командованием и нас открыто и нагло просто послали. Так что… начинаем русскую народную игру — закатай в землю захватчика.
Глава 6
После объявления о фактически начавшейся войне со всем западным миром, командир гостей, спокойно и по-деловому, сев во главе стола, четко начал выкладывать план операции по уничтожению противника и проведению наступательной операцией.
Первое что он сделал, достаточно откровенно заявил, что потрепанные и вымотанные части 10-й гвардейской и 14-й мотострелковой дивизий в лобовых штурмах по засыпанным глубоким снегом горным склонам участвовать не будут. Лезть в горы на тщательно укрепленные позиции противника, оседлавшего основные вершины и просто так класть людей никто не собирается и такой подход, лично он, командир особой группы НКВД СССР, считает вредительским. Человеческие жизни важны и являются самой главной ценностью советского государства. Поэтому сейчас есть и возможность, и умение, и, тем более желание, воевать совершенно на другом тактическом уровне, полностью реализуя техническое превосходство над противником. Почти синхронный общий вздох облегчения был как бы благодарной реакцией за столь мудрый подход, а то командиры уже были в некотором ожидании, в свете сложившейся ситуации, и главное скорости меняющейся обстановки, ожидали достаточно жесткие распоряжения о начале штурма.
Но сейчас все было совершенно по-другому, и приехавшие гости, со своими техническими новинками, одним своим присутствием показывали, что что-то пойдет совершенно по иному сценарию.
На большом черном экране, что стоял на отдельном столике, что-то чуть засветилось и появилась надпись на английском. Минута и все находящиеся в палатке с интересом рассматривали карту района боевой операции, на которой были нанесены и позиции советских войск и весьма подробно, по мнению командира разведбата, позиции противника, причем про многие точки, дороги, склады, крупные блиндажи до этого не было никакой информации.
