По заинтересованному взгляду сиротки тётя Кида поняла, что следует продолжить.
— Это была любовь, словно в сказке. Все началось с первой в жизни аудиенции Галании у короля. Увидив столь прекрасное существо, как принцесса фей, правая рука короля в лице главного советника и будущего мужа феи Сииль Таил не смог удержаться и влюбился по-уши. Да и юная принцесса приметила столь необычного мужчину. Но будучи тогда хранители Древа Вимендры были против такого брака. Смешение крови разных рас, да ещё и представление фей… В общем, влюбленные сбежали…
Сочувственно вздохнув, гномиха примолкла.
— А что дальше? — тут же воскликнула Лёля, смотря на женщину своими полными восторга глазами.
— А потом был громкий скандал между феями и магами, который кончился пролитой кровью, — неожиданно вставил Хоум.
— Да, — согласилась гномиха, однако быстро воспряла духом. — Зато принцесса и маг смогли добиться права на свою любовь, стали хранителями, и вскоре у них появилась наследница! — мягко улыбнулась она, но вновь приуныла. — Ну а потом маленькая девочка, единственная одобренная смесь разных рас, пропала.
— Печальный конец, — прокомментировала сиротка, собравшись было приуныть, но воспряла духом, когда Пумпуся положил в её ладошку самую вкусную ягоду, которую нашёл в тарелочке.
Ночь искрилась звёздами и порхающими вокруг лиирами, наполняя воздух необыкновенным спокойствием. Костёр горел плавно и тихо, постепенно погружая сиротку в сон.
----------
— Спокойной ночи, моё ты солнышко, — ласково приговорила Лёля, поцеловав уже спящую дочь в маленький хрупкий лобик.
Ночь одиннадцатая— Как раз успел к сказке, — улыбнулся я жене, повесив тяжёлое пальто на вешалку. — Лана уже в комнате?
— Да, милый, — тут же услышал я в ответ. — Она уж было собралась плакать, подумав, что сказки не будет. Кушать будешь?
— Сначала уложим принцесску, — улыбнулся я, отправляясь по лестнице вверх.
Дочь была безумная радо меня видеть и тут же запрыгнула на меня с радостным воплем, стоило мне только появиться на пороге её комнаты.
— Папочка, а продолжение сказки будет? — с надеждой в глазах приговорила она, залезая в кровать.
— Конечно, золотце моё. И так, маленькая Лёля уснула прямо на руках у принца Хоума…
–————————
Глава десятая
Маленькое кудрявое существо из другого мира застала принца врасплох. Весь вечер он размышлял над темой добра и зла, над людьми и тем, насколько они жестоки, при этом поглаживая золотую голову сиротки.
Когда же лучники солнца разбудили девочку, не было уже ни магических лениид, ни огромных веток нагнии. Был лишь необыкновенный водопад, который магическим образом поднимался вверх.
— Солнышко, уже встала? — прозвучал сзади добрый голос тёти Киды.
Сиротка зевнула и с наслаждением потянулась. Только сейчас она заметила, что спала не на жёсткой земле, а на чем-то тёплом и приятном. А ещё это "что-то тёплое и приятное" мило сопело над сироткой. Она только мысль об этом заставила девочку вырваться из объятий и подскочить.
Спящим принц выглядел необыкновенно красивым. Его тонкие губы были слегка приоткрыты, тёмные и длинные ресницы слегка дергались, а на бледном лице лежала чёрная прядка волос. Невольно, девочка засмотрелась на Хоума, примечая его необыкновенно красивым.
— И долго ещё пялится будешь? — приоткрытые губы принца сошлись в насмешливую улыбку, а один глаз приоткрылся.
Лёля неожиданно покраснела и отвернулась.
— Ничего не пялюсь я! — опешила она.
— Мы уже собираемся уходить, сони, — пробасил Эд, подходя к лежащему принцу и подавая ему руку.
Обратная дорога была проще и быстрее. Когда же гномы добрались до деревни и разошлись по домам, Пумпуся кинулся к Лёле.
— Останься! — громко крикнул он, обнимая девочку за талию. — Я не хочу, чтобы ты уходила! Пожалуйста, будь со мной!
Сиротка смотрела на гнома большими глазами, после чего широко улыбнулась.
— Извини, но я так не могу, — тихо сказала она. — Каждый должен быть на своём месте. Я не исключение.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Гном посмотрел на девочку и громко заплакал.
— Нам будет вас не хватать, — грустно улыбнулась тётя Кида, обняв сиротку.
Чтобы не затягивать с грустным прощанием Лёля поклонилась Киде Ванне, обняла Пумпусю и, не дожидаясь остальных, пошла прочь.
— Я буду тебя ждать, Лёля! — громко выкрикнул Пумпуся, вытирая слёзы.
Путь из деревни был не так тяжел, как считала сиротка. В лёгком платье, подаренном тётей Кидой, было совсем не жарко.
— Если не будем делать привалы даже на ночь, то, по моим подсчетам, к завтрашнему вечеру мы будем на границе с Древом Вимендры, — проговорил Эд, прибавляя темп.
— Это было бы очень даже неплохо, — согласился принц, кратко посмотрев на сиротку. — Мы и так потеряли много времени.
— Ть-хи! — неожиданно раздался звонкий чих, от чего все повернулись к Лёле.
— Будь здорова, Лёлечка, — скромно пожелал Трин, однако чих повторился снова.
— Это не я, — смутилась девочка, вновь привлекая внимание чихом за спиной.
— Иди-ка сюда, — поманил её пальчиком принц, не оставляя сиротке выбора.
Как только Лёля подошла к Хоуму, наглый принц её неожиданно повернул спиной и запустил свою похабную ручку прям зашиворот девочке.
— Ты очень горячая, — заботливо проговорил мальчик, заставляя Лёлю покраснеть до кончиков ушей. — Ах, папалась!
Принц резко вытащил кулак с чем-то маленьким и прозрачным, заставляя всех в удивление открыть рты.
— Лениида!? — задала общий вопрос Лина. — А что она здесь делает?
Резко, принц расжал руку и, выкрикнув "Зараза кусачая!", выпустил маленькую феечку, которая тут же полетела к Лёле.
Теперь это маленькое существо не было таким фантастическим, как прошлой ночью — силуэт маленького человечка с крылышками не светился голубоватым, а был слегка мутновытым, словно просвечивал.
— Ладно, — обиженно проговорил принц, посасывая покусанный палец. — Не знаю, что надо этому гаду, но, если она не будет мешать нам, то может остаться.
Темнота спускалась вместе с ночью на тропинку быстрее, чем ожидали путники. Идти без привалов было сложно, и поэтому поводу больше возмущалась Лина.
— Я устала! И хочу кушать! И спать! — жаловалась эльфийка, для вида даже упав на землю.
— Не ной, — строго проговорил Хоум, поворачиваюсь к юной хранительнице. — Даже Лёля идёт и не ное…
Принц даже не успел договорить, как сиротка обессилено упала на землю, дрожащими руками попыталась встать, но вновь плюхнулась на тропу.
— Извини, — тихо прошептала она, повторяя попытку.
Принц устало вздохнул, подошёл к девочке и взял её на руки.
— Не обольщайся, — смущённо проговорил Хоум, — я просто хочу помочь.
— Я тоже хочу на ручки! — надула эльфийка губки, послав намекающий взгляд брату.
— Нет, я тебя не понесу, — покачал тот головой.
— Это потому, что ты меня не любишь!
— Нет, это потому, что ты тяжёлая, — с лёгкой насмешкой в голосе проговорил Трин.
— А вдруг я заболею? Или умру? Или заболею и умру!?
— Тогда Белый Лиеф будет моим.
— Нет уж! — воскликнула эльфийка, встав с земли и отряхнувшись. — Я обязательно стану хранителем леса!
Ночь блистала яркими звёздами, среди которых мелькало заклинание Хоума, освещая дорогу путникам. В объятиях чародея было тепло и уютно, поэтому не удивительно, что заснула не только Лёля, но и маленькая лениида прям на груди у девочки.
Утро встретило сиротку знакомыми кустами ягод, среди которых уже мелькали две светлые головы эльфов.
— Можно остановиться перекусить, — смягчился Хоум, ставив Лёлю на землю. — Только не долго.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Лениида тут же улетела в кусты, минуту там помельтешила, после чего еле неся просто огромную, для её размеров, розовую ягоду, подлетела к Лёле. Сиротка приняла необыкновенный дар, еле помещавшийся в руку и надкусила сладкий плод.
