ложечкой противно засосало. Странно, собеседование уже через десять минут, а Дмитрий не торопится провожать меня к генеральному.
Волнение и тревога нарастали с каждой минутой ожидания. Я то и дело заглядывала в телефон, заходила в соц сети, тупо пролистывая ленту новостей, лишь бы чем-то занять себя. Лишь бы унять это неприятное, сосущее чувство внутри.
Спустя минут десять, наконец-то дверь кабинета открылась и оттуда выплыла та самая блондинка.
— Дмитрий просил вас зайти, — бросила она мне, набирая чей-то номер. Я схватилась за ручку, как услышала ее голос.
— Зайка, можешь поздравить меня. Место юриста — мое, — девушка хохотнула, прижимая к уху мобильный. — Да, сейчас иду в отдел кадров и завтра первый рабочий день.
Мне стало нехорошо. Какое-то дурное предчувствие. Зайдя в кабинет, закрыла за собой дверь. Дмитрий жестом указал на стул.
— Мы не опоздаем на собеседование? — улыбнулась нервно.
Он прочистил горло.
— Виктория, ваша анкета была на рассмотрении отдела безопасности. К сожалению, вы не прошли проверку, и мы вынуждены отказать вам…
Меня будто ледяной водой окатили.
— Не прошла? Но почему?
В первый раз за всю беседу он посмотрел мне в глаза. И то, что я в них читала, мне не нравилось.
— Вы уверены, что я должен это говорить?
— Конечно. Я ведь имею право знать, почему мне отказали?
Дмитрий кивнул.
— Виктория, помнится, я говорил вам о том, что наша фирма очень ответственно подходит к подбору персонала. Мы мониторим абсолютно все данные, следим за репутацией наших сотрудников.
— Я все помню, и говорила вам, что с репутацией у меня все в порядке, — улыбаюсь.
Он вздернул бровью.
— Начальник отдела безопасности представил нам отчет, — мужчина скривился, будто пытался подобрать слова.
— Ваши увлечения, или хобби, не знаю как это назвать… В общем, мы не можем так рисковать нашей репутацией и брать на работу порно актрису.
Я едва не рассмеялась.
— Порно, что?!
Он издевается?!
— Ясно, — вдохнул и потянулся к ящику стола. Достал оттуда планшет, что-то нажал на экране и протянул его мне.
Дмитрий включил проигрыватель и начало воспроизводиться видео, снятое от первого лица. На нем девушка. Голая. На столе. Камера наводится на ее грудь и живот, я вижу мужскую ладонь, обхватывающую одно из полушарий. В этот момент меня начинает троить… На ладони тату, и, я понимаю, что это мы с Ильей… А на планшете наше с ним видео…
— Откуда это? — мои щеки пылают.
Я вспоминаю, что Илья однажды снимал нас на видео. Он говорил, что хочет, чтобы это было у него в телефоне, когда мы будем в разлуке. Я доверяла ему, и я подумать не могла, что оно может оказаться в чужих руках.
— Откуда это у меня, Виктория? Бросьте, — засмеялся. — Это видео мы нашли в сети. Оно доступно всем и каждому…
— В сети?!
Мне стало плохо, казалось я в любой момент свалюсь без чувств. Язык онемел, а перед глазами стало темнеть. Я поспешила вернуть злосчастный планшет мужчине.
— Простите, но я повторюсь, мы не можем взять вас…
— Я поняла вас. Спасибо.
Трясущимися руками потянулась к стулу и забрала сумку. И только когда вышла из его кабинета, из моих глаз брызнули слезы. Я прижалась к стене, чувствуя, что дальше и шагу не смогу сделать.
Зачем?! Кому это понадобилась? Зачем это было выкладывать в сеть? И Илья… он знает? И как это попало в интернет с его телефона?! Я чувствовала себя грязной. Достала из сумки мобильный, набирая его номер.
— Абонент вне зоны доступа, — проговорил робот. И такая горечь разлилась в груди. Мне вдруг стало нечем дышать. Я стояла и пялилась широко раскрытыми глазами в пустоту. В никуда. И сейчас точно такая же пустота была у меня внутри. В этот момент в голове мелькнула мысль, что это конец. Всему хорошему конец.
Глава 21
Месяц спустя
Илья
— Илюх, может гульнем завтра? — Птаха подскочил, когда водитель словил очередную кочку. Пацаны зашумели.
— Эй, — крикнул Леха с заднего сидения. — Не дрова везешь!
— Вань, дай вернуться в универ хотя бы. Я понятия не имею, что будет завтра. Ты же знаешь, я ее больше месяца не видел и не слышал.
Птаха скривился, но ничего не сказал.
— Птаха, ты как маленький, — заржали пацаны. — Без Илюхи и дня прожить не можешь, он тебе за мамкину сиську, чтоли?!
Ванька метнул взглядом в сторону шутников.
— Слышишь, Андрюх. Я ж сейчас не поленюсь, и встану, подойду к тебе…
— И что? — напрягся тот, вытянулся, пытаясь выглядеть неиспуганным. Я улыбнулся и отвернулся к окну.
— И что?! — рычал Ванька. — Да ты ляжешь, вот что…
Прикрыл глаза — голова гудела. Все две недели как на иголках. После Ванькиной днюхи пошли неприятности. Вернулись то мы нормально, а вот пару идиотов, отдыхающих в клубе, так и не смогли протрезветь. Одного из них вывернуло прямо на утреннем построении. А когда дурака отправили в сан часть, врач то все и понял. Подняли волну. Вычислили нас в легкую. В итоге даже подумать о вылазке в город не могли. Накидали столько дежурств, что уже к концу первой недели я всерьез стал задумываться, а не послать ли мне это все нахер. Сдержался только из-за нее. Хотя и сделать то было крайне сложно. Особенно когда ротный заявил, что наши учения продляться еще на две недели. Меня штормило не по детски.
Но вот, мы здесь. Уже в городе. И я услышу ее через считанные часы.
Через полчаса автобус заехал в ворота универа. Нас построили на плацу, начальник училища как всегда толкнул речь. Заметил в ряду командиров Егорова. Тот усиленно отводил от меня взгляд. Напрягся. Нутром чуял, что какая-то херня произошла. Еле дождался команды «вольно». И когда нас отпустили в казармы, сорвался к ротному за мобильным.
Ублюдок он тот еще. Мариновал меня сорок минут перед тем как отдать гаджет.
Как только врубил телефон, стали прилетать сообщения. Всякая муть, от нее практически ничего. Только одно. Позавчерашней датой.
Черт. Руки тряслись. Ощущал себя истеричной бабой. Открыл сообщение, и когда пробежался глазами по тексту, подумал, что это гребная шутка. Засмеялся даже по-идиотски так, нелепо. А потом вернул глаза к тексту и снова и снова прошелся по буквам. И с каждым разом в груди что-то отрывалось. По куску отрывалось, по сантиметру.
«Привет. Хотела дождаться, когда ты вернешься, но поняла, что не стоит нам видеться вообще. Прости, Илья, но все кончено. Ты хороший, но нам не по пути. Я уезжаю
