Я ненавижу вас, Пэрис Хилтон и Николь Ричи! Уж казалось бы, вы, избалованные папины дочки, богатые золотые девочки, любимицы желтой прессы, знаменитые малышки-на-миллион, которым стоит только щелкнуть наманикюренным пальчиком, как к вашим ногам падут вкуснейшие самцы этой безумной планеты… Уж казалось бы, вам-то худеть незачем. Но нет, вы истощаете себя до почти дистрофичного состояния, и потом вам подражает весь мир.
Я ненавижу тебя… Эх, не проще ли будет сказать, кого я люблю, – это более короткий список.
Я люблю Монику Белуччи, потому что она не стесняется заявлять, что под платьем носит корсет.
И Кейт Уинслет – за то, что она гордится своей нестандартностью и сбрасывать вес не собирается.
Ну и немножко Гвинет Пэлтроу – за то, что однажды ушлый папарацци сфотографировал бугорки на ее звездных бедрах. Я разыскала этот снимок в какой-то прошлогодней желтой газетенке, приклеила его на холодильник и время от времени с оптимизмом на него посматриваю. Ведь если даже у Гвинет Пэлтроу целлюлит, значит, и для меня еще не все потеряно.
P.S. Да, и Лолиту Милявскую.
P.S. № 2 Ну и Руслану Писанку, само собой. Она красивая.
Байка об одном кастинге, или Как Иван Иванович красавиц выбирал
С самого утра директор мыловаренной фабрики Иван Иванович Иванов и его первый заместитель Василий Васильевич Васильев пребывали в приподнятом настроении. Их будильники зазвонили ровно в шесть ноль-ноль, и оба они приняли эту данность стоически, хотя и тот и другой являлись урожденными совами, почитающими ранние подъемы за инквизиторскую пытку высшей степени жестокости. Иван Иванович, насвистывая навязчивый попсовый мотивчик, скрылся в душе, и его супруга подозрительно прислушивалась к доносящемуся из-за двери бодрому фырканью. Василий Васильевич гладко выбрил припухшее со сна лицо и долго возился перед зеркалом, примерив не меньше дюжины почти одинаковых галстуков. Иван Иванович распечатал подаренную сыном туалетную воду. Василий Васильевич гуталином начистил свои лучшие ботинки. Иван Иванович одежной щеткой тщательно смахнул видимые и невидимые ворсинки с пальто. Василий Васильевич, приосанившись, со всех сторон оглядел свой расползшийся с возрастом стан и себялюбиво отметил: «Ай да Васька, ай да сукин сын!»
Наконец супруга Ивана Ивановича не выдержала:
– Ваня, а куда это ты намылился? – на манер хабалистой торговки семечками она уперла руки в крутые бока.
– На работу, – он удивленно на нее уставился. – Куда я еще могу пойти в такой час?
– А после работы? – подозрительно прищурилась супруга. – Нарядился, надушился и по бабам, да?
– Солнышко, ну что за глупости! – Он притянул ее к себе и поцеловал в макушку. – Я, наоборот, сегодня собирался пораньше вернуться, провести вечер с тобой.
– Ну смотри у меня! – немного смягчилась она. – И учти, если что пронюхаю – яйца оторву!
– Мне никто, кроме тебя, не нужен, – привычно соврал Иван Иванович и, продолжая насвистывать, побежал по лестнице вниз, по-мальчишески перепрыгивая через три ступени.
А возле подъезда, в служебной «Ауди», его уже дожидался Василий Васильевич. Мужчины обнялись и беспричинно рассмеялись – они вели себя как люди, которых объединяет общий секрет.
– Ну что, твоя не просекла? – спросил Василий Васильевич.
– Не-а! – беззаботно махнул рукой Иван Иванович. – А твоя?
– Ты что, я же великий конспиратор. Хотя она немного напряглась, когда я надел шелковые носки.
– Ты надел шелковые носки, извращенец? – хмыкнул Иван Иванович.
– На себя посмотри. Ты выглядишь как франт на деревенской дискотеке… Слушай, тебе не кажется, что мы ведем себя так, как будто молодых девок никогда не видели?
– Они не просто девки. Они – модели.
– Модели… – зачарованно протянул Василий Васильевич.
В восемь тридцать они стояли перед дверью модельного агентства. Им предстояло присутствовать на кастинге – выбирали рекламное лицо нового мыла. Первичный кастинг уже был проведен менеджерами агентства с учетом пожеланий Ивана Ивановича (которые сводились к застенчивому блеянью: «Хотелось бы, чтобы девушки были разными… Разные типажи!»). Сегодня перед ними должны были предстать восемь «финалисток», одна из которых и будет на рекламных плакатах мыла «Весеннее».
Оба они – Иван Иванович и Василий Васильевич – втайне рассчитывали, что рекламное лицо (а вместе с ним, разумеется, и роскошное холеное тело) не побрезгует одарить их хоть малой толикой своих любовных щедрот. И тому и другому адюльтер был не в новинку. У обоих случались интрижки на стороне. Иван Иванович давно спал с собственной секретаршей, легкомысленной девахой с неполным средним образованием, зато полным четвертым размером груди. Василий Васильевич любил крутить романы с практикантками из института бизнеса и менеджмента, с которым у завода был заключен договор. Но о романе с фотомоделью – глянцевой дивой с журнальных страниц – они и мечтать не могли. В глубине души оба понимали, что ведут себя как пятнадцатилетние девственники в острой фазе спермотоксикоза. Это всего лишь кастинг, деловое мероприятие. Но ничего поделать с собою не могли – то и дело нервно подталкивали друг друга локтями, Иван Иванович мечтательно улыбался в надушенные усы, Василий Васильевич вспоминал спряжения французских глаголов – он всегда это делал, когда хотел сконцентрироваться. Кто-то их них сказал другому:
– У тебя нет впечатления, что мы ведем себя, как клиенты, покупающие проституток на «точке»?
А второй цинично заметил, что у модельных агентств куда больше общего с «точкой», чем можно предположить.
Девушек было восемь. Несмотря на пожелание Ивана Ивановича, выглядели они как яйца из одного инкубатора. Все высокие – за метр восемьдесят, бледнокожие, с длинными прямыми волосами и идеальными белыми зубами, посверкивающими в вежливых деловых улыбках. И такие худенькие, что хочется затащить их не в постель, а в «Макдоналдс».
Иван Иванович и Василий Васильевич переглянулись.
– Ну что, будем вызывать по одной? – деловито предложил менеджер агентства. – Вот тут их композитки, можете сразу смотреть данные, опыт работы, фотографии в разных образах, – он вывалил на стол кучу открыток с мелкими фотографиями. – У каждой девушки есть при себе портфолио, там больше фотографий.
– Скажите… – кашлянул Иван Иванович, – я же просил подобрать разных, а они… Они, случайно, не родные сестры?
– Да что вы говорите такое! – громко расхохотался менеджер. – Я специально искал разные типажи. Есть и блондинки, и брюнетки, и даже одна рыженькая, с веснушками.
– У них… одинаковые волосы. Прямые, длинные.
