Он умолк и посмотрел на меня с ожиданием. Я сказал поспешно:
— Да, на островах все любопытные на новости, скучная у них жизнь. А какие острова попались еще?
Он махнул рукой.
— Ваше Величество, все и не упомнить! Никогда не думал, что и в океане жизнь кипит. У меня все в судовом журнале записано. С такими кораблями можно плыть до конца света, пока бугшприт не упрется в небесную твердь хрустального колпака, которым Господь накрыл мир, чтобы вода не вылилась за край.
Я сказал сдержанно:
— Долго же тебе пришлось бы плыть…
Он посмотрел несколько странно, понизил голос до свистящего шепота, который наверняка слышно и на другом конце бухты:
— Что-то знаете?.. А то, пока плыл из маркизата, еще тогда чуть не одурел… все меньше понимал и все больше дурел.
— А что не так?
— Да все не так, — ответил он угрюмо, — сколько ни плыву, а небесная твердь отодвигается и отодвигается! Вижу, вон там опускается в море, но как будто стою на месте, а это только волны бегут навстречу!
— Как-нибудь объясню, — ответил я с неловкостью. — Как предположение, в которое не обязательно верить, но которое все объясняет. А пока давай прикинем, сколько сможешь взять на борт солдат. Не топать же пешим маршем через весь Гандерсгейм, если есть возможность куда быстрее проплыть вдоль берега и высадиться там, где нас ну никак не ожидают.
Он кивнул, спросил шепотом:
— Ваше Величество… а как насчет демонов? Их позвать на помощь нельзя?
Я ответил так же тихо:
— Каких-таких демонов?
Он помялся, сказал едва слышно:
— Ну, мы же все видели… пусть не все, но видели, как вам прислуживает демон.
Я отмахнулся.
— Маргарита? Да, это еще тот демон… Вообще-то все женщины если не ведьмы, то демоницы. Других не знаю. По крайней мере, здесь. Но как опытный филуменист, скажу по секрету, здешние демоны совсем не такие, как на Юге.
— Ваше Величество?
— Демоны на южном материке, — объяснил я, — это бывшие слуги древних. Когда древние погибли, слуги остались, но появляться в нашем мире могут только по вызову людей, а сами не имеют права. Ну, такой в них вложен закон.
— А… здесь?
Я вздохнул.
— Здесь слуги, увы, погибли все. Наверное, их послали в бой первыми. Хозяева погибли тоже почти все, а кто не погиб, тот одичал, а от прежней мощи сохранил только жалкие крохи… К примеру, древние умели менять свои тела, это самое простое, так вот одичавшие древние и стали теми, кого называем демонами.
— Какая гадость, — буркнул он. — Тогда уж лучше те, которые приходят только по зову.
— Мне южные понравились тоже, — признался я. — Вернее, больше этих, что на севере. Вызвал их, они сделали свое дело и тут же мгновенно исчезают.
— Никого убивать не надо, — сказал он с облегчением. — Это хорошо, когда только слуги.
В шатре уютно, пахнет близким морем, кричат чайки, доносится хлопанье паруса под легким ветерком. Ордоньес вошел во вкус, да еще и коньяк помог, рассказывал со вкусом про Остров Четырех Мистических Камней, про огромных морских чудищ, о плавающих островах, о долгом путешествии с приключениями, погонями, нападениями разбойников, мутантов, зомби, демонов, гигантских змей, горгулий и прочих-прочих чудовищ, о чем слушать можно всю жизнь, не задумываясь, что все повторяется раньше, чем успеваешь забыть предыдущие.
Я тряхнул головой, почудилось, что все это уже проходил, хотя точно знаю, такого не было, потом сообразил, память выкидывает шуточки, я же старые книги читал, но не только умные, еще и фуфла горы, а фуфловый бред почему-то интереснее, чем скучные истины.
— Здорово, — сказал я, прерывая на полуслове. — Прости, что перебил, но когда закончим тут с Маркусом, отправимся к таким островам, что ахнешь! Никакие горгульи, что ты видел, не перегоргулят тех, что встретим. Я загляну к Кейдану, а ты пока принимай на борт рыцарей, готовых идти на штурм Геннегау.
Он сразу посерьезнел, поднялся, сказал совсем другим голосом:
— Тогда здесь никого не останется.
— Установим ротацию, — ответил я серьезно. — Кто-то здесь будет служить за земли и титулы, кто-то за двойное жалованье. Живы будем — все наладим.
Морщины на его лбу стали глубже.
— А вы действительно… к Кейдану?
— Да, — ответил я. — Есть одна идея…
Глава 11
Трава зеленая и сочная, едва ли не лучшая земля в Гандерсгейме, по праву силы всегда принадлежала наиболее воинственному племени мергелей. Сейчас мергели, разбитые и на две трети уничтоженные в жестоких боях, покорены и подчинены, а в их землях силами пленных выстроена крепость, как мне доложили по дороге.
Бобик завидел ее первый, понесся со всех ног, я рассматривал твердыню придирчиво, это, конечно, не крепость, а больше похоже на массивное основание будущей крепости, готов всего один первый этаж, но при нем уже поднимается в небо квадратная, массивная и довольно высокая смотровая башня. Однако и это сейчас хорошо, если учесть, что ее хозяина герцог Ришар называл славнейшим и отважнейшим рыцарем нашей армии.
Видно множество народа, что, как муравьи, таскают бревна, поднимают на стены тяжелые блоки камня, в ямах месят глину и скрепляющие растворы.
Навстречу на быстром степном коне выметнулся обнаженный до пояса загорелый мужчина, молодой и жилистый, вскинул руку с раскрытой в запрещающем жесте ладонью.
— Кто и по какому праву?
Бобик посмотрел на него, оглянулся на меня, испрашивая разрешения съесть его вместе с конем, а если коня жалко, то одного.
Конь всадника, все понимая, у животных интуиция почти такая, как у женщин, испуганно шел боком, стараясь не приближаться к ужасному зверю.
Я отметил надменно:
— По праву короля.
И, полагая, что сказал достаточно этому мергелю, пустил Зайчика вперед. По виду мергеля можно сказать, что впервые попал в такую ситуацию, некоторое время мне казалось, что бросится на меня, но после раздумья круто повернул коня и унесся с достойной степняка прытью.
Зайчик шел неспешным галопом, как мы всегда делаем, когда попадаем в поле зрения, а сейчас нас точно видят из этой строящейся крепости.
Место для крепости выбрано очень удачно: хотя здесь ни скал, ни холмов, но каменистое плато, нет кустов и даже травы, так что незаметно не подобраться, а с высокой башни любого противника заметят издали.
Наш мергель на огромной скорости, словно за ними гонится чудовищный зверь, пронесся между строителями, я не видел, как он спрыгнул на землю, но коня с опустевшим седлом сразу увели бегом к коновязи, а он ринулся к зданию.
