Он процитировал:
«Сельма Ансон, наследница из Лос-Анджелеса, которая пытается скрыть свою личность под именем Элен Эбб, чтобы без лишней рекламы внести большую сумму денег клубу международного сотрудничества в интересах лучшего...»
– Дайте _я_ посмотрю, – попросил Трэгг, отодвигая тарелку с едой и чуть не вырывая газету из рук Мейсона. Он прочитал несколько строк, затем повернулся так, чтобы Рассел мог тоже видеть поверх его плеча.
Несколько минут они читали, затем Трэгг тяжело вздохнул, сложил газету и вернул ее Мейсону.
– Билла Пиккенса нельзя недооценивать! – сказал Рассел.
– Недооценивать Билла Пиккенса! – усмехнулся Трэгг. – Это Мейсон все прекрасно рассчитал. Он провел Пиккенса, как младенца.
– Эта Сельма Ансон, – спросил Рассел, – не та ли женщина, которую...
– Та самая, – устало произнес Трэгг.
– Боюсь, что я вас не понимаю, лейтенант, – сказал Мейсон, расправляя газету. – Пожалуйста, заканчивайте свой завтрак, а потом мы обо всем спокойно поговорим. Я же понимаю, как вы голодны.
– Я _б_ы_л_ голоден, – сказал Трэгг. – Вы хоть кого заставите потерять аппетит!
– Ничего не понимаю, – произнес Рассел.
– Очень просто, – пожал плечами Трэгг. – Сельма Ансон в панике удирает из города под чужим именем. Мейсон спешит за ней, и после некоторых его действий Сельма Ансон уже не скрывающийся от закона преступник, нет, Боже упаси, нет! Она – филантроп, занимающийся укреплением международной дружбы. Она болезненно скромна и изо всех сил старается остаться неизвестной, миссис Анонимность...
– А что в этом плохого? – спросил Мейсон.
– Плохого больше, чем хорошего! – сказал Трэгг. – Вы это понимаете не хуже меня. Если она старается остаться неузнанной, чего ради ей было лететь сюда и останавливаться в отеле? Почему она просто не вручила вам деньги?
– Потому что, – сказал Мейсон, – это лишь начало серии благотворительных пожертвований, которые она запланировала. Мы собирались отправиться отсюда в другие города, чтобы присутствовать на разных встречах. Она, конечно, осталась бы в тени, но вы представляете, как миссис Ансон приятно выслушать слова благодарности от людей, которых она облагодетельствовала, ну, и мой доклад о том, как был принят ее дар.
Трэгг вздохнул, снова придвинул к себе тарелку и принялся за еду.
– Все остыло, – проворчал он, – приходится глотать, почти не жуя, но позднее не будет времени поесть.
– Ситуация изменилась? – спросил с недоумевающим видом Рассел.
– Еще как изменилась! – буркнул Трэгг. – Женщина, которую мы хотим допросить, – клиентка Мейсона. Он здесь. Наши надежды вытянуть из нее хоть что-то в присутствии адвоката, равны нулю.
– О, я убежден, она вам все расскажет о своих благотворительных планах, – сказал Мейсон. – Конечно, нельзя ожидать, что вы получите точный список намеченных миссис Ансон организаций, иначе полностью сведется на нет элемент неожиданности. Это было бы несправедливо по отношению к моей клиентке. Но поскольку о ее пожертвовании клубу международного сотрудничества уже написано в газете, нет оснований для того, чтобы мы сейчас не поговорили об этом.
– Возможно, мы сможем обсудить, почему она наняла такси до аэропорта в Лос-Анджелесе и прилетела сюда под вымышленным именем? – спросил Трэгг.
Мейсон улыбнулся.
– Лейтенант, – сказал он, – никогда не делайте поспешных выводов. Она вовсе не прилетела сюда под вымышленным именем.
– Какого черта, – возмутился Трэгг. – Она появилась здесь под именем Элен Эбб.
– Это же не _в_ы_м_ы_ш_л_е_н_н_о_е _и_м_я_, – сказал Мейсон, – а п_о_з_а_и_м_с_т_в_о_в_а_н_н_о_е_. Миссис Ансон назвалась Элен Эбб, потому что купила у женщины с такой фамилией билет на самолет. А если бы не приобрела у нее, она бы не попала на этот рейс. Билетов в кассе не было.
– И зарегистрировалась в отеле тоже под именем Элен Эбб!
– Конечно, а как же иначе? – усмехнулся Мейсон. – Она прилетела сюда под позаимствованным именем Элен Эбб и под ним же зарегистрировалась в отеле. Не забывайте, что она старалась остаться неузнанной, скрыть свою личность, имея в виду благотворительные пожертвования здесь и в других местах.
– И она не пыталась уклониться от допроса в лос-анджелесской полиции?
– Допроса о чем? – спросил Мейсон.
– Об убийстве ее мужа.
– Господи! – воскликнул Мейсон, – неужели вы серьезно считаете возможным допрашивать ее в связи со смертью ее мужа?
– Конечно!
– В таком случае вовсе не нужно было лететь в Эль-Пасо. Единственное, что от вас требовалось, это позвонить мне по телефону и сообщить, чтобы я привез мою клиентку в окружную прокуратуру. Я бы сделал это с удовольствием.
– И разрешили бы ей ответить но все вопросы? – спросил Трэгг.
– Конечно, – улыбнулся Мейсон. – Естественно, могли бы прозвучать такие вопросы, на которые я посоветовал бы ей не отвечать. Если вы предполагаете выдвинуть против нее какие-либо обвинения, я не намерен допускать ущемления клиентки в своих конституционных правах... Когда закончите завтрак, можете подняться к миссис Ансон и побеседовать с ней.
– В вашем присутствии, разумеется? – спросил Трэгг.
– Конечно.
– Мне кажется, – сказал Трэгг, – что это окажется пустой тратой времени. Разрешите мне еще раз взглянуть на газету, пожалуйста.
Мейсон протянул газету лейтенанту.
Отправив в рот большой кусок яичницы, Трэгг расправил газетные листы и принялся читать, автоматически пережевывая пищу. Постепенно, сосредоточив все внимание на тексте, он позабыл двигать челюстями и сидел с набитым ртом, пока не закончил читать статью. Тогда лейтенант отложил в сторону газету, выпил одним залпом остатки кофе и вздохнул:
– Сомневаюсь, чтобы из-за того, что нам сообщит миссис Ансон, стоило подниматься наверх и спускаться вниз на лифте.
– Можно мне еще раз посмотреть статью? – спросил Рассел.
Трэгг отдал ему газету.
Детектив из полиции Эль-Пасо перечитал репортаж. На его лице появилась улыбка.
– Билл Пиккенс, – заметил он, – сумеет неплохо продать такой материал и в другие газеты.
– Именно, – согласился Трэгг. – А вы обратили внимание, как легко он ему достался? Знаменитый адвокат по уголовным делам приезжает из Лос-Анджелеса, входит в банкетный зал, где заседает какая-то общественная организация и присутствуют репортеры, выкладывает две тысячи долларов наличными, а потом, не подумав, выходит из зала и прямиком, не оглядываясь, идет к клиентке, которая изо всех сил старается остаться неузнанной.
– Когда я читал статью Пиккенса, – признался Рассел, – я как-то не подумал о такой возможности.
