нанести как можно больший ущерб.
Это не игра в войну. Это война. А это всегда грязь, кровь и смерть. Много крови, и много смерти.
— А если изменить зону высадки? Сколько придется прорываться в центральные районы?
— Тогда нас достанут из дальнобойных орудий. У них в очень удобном месте стоят реактивные системы залпового огня «HKL-5-Огненный змей», они накроют нас быстрее, чем мы успеем поменять диспозицию.
— У них круговой обзор? — я задумчиво потер подбородок, рассматривая маленькие голографические модельки ракетных установок, расположенных почти в центре германских укреплений.
— Практически да, плюс высокоточная система наведения. Эти малышки покрывают почти сто процентов окрестностей города и прилегающих территорий.
Шах и мат, пока будешь высаживаться тебя поджарят термобарическими боеприпасами. С учетом мощности, плохо будет даже штурмовым мехам. Всю площадь зальют огнем.
— Покажи данные со спутника.
— Это прямой эфир, изображение обрабатывается и меняется с задержкой в три секунды.
Очень круто. Не зря Карл уговаривал купить эту штуку.
— Что по Вогеру? Какими силами обладает на сегодняшний момент губернатор? — спросил я, спустя короткое время. Сколько ни смотри, а карта не поменяется, как и ситуация на потенциальном поле будущего боя.
— После отступления губернатору Колоний удалось сохранить два полка мехов и три бригады легкой пехоты со средствами усиления.
— Помниться у него было своя особая гвардия, — неспешно проронил я.
— Почти все гвардейские подразделения были уничтожены в ходе захвата Скайфолла. Вогер первыми бросил их в бой, полагая, что на город напали нерегулярные войска вроде пиратов или взбунтовавшихся наемников.
Я хмыкнул.
— Он что не видел суборбитальную заброску тевтонов? Такие фокусы не под силу обычным пиратам.
Карл пожал плечами, дурость, или скорее неосмотрительность бывшего верховного управителя Спорных территорий, ничего кроме недоумения у бывшего военного не вызывала. Бросать с ходу свои лучшие части на неизвестного противника — в любой ситуации идиотизм. А использовать элитные подразделения в прямолинейном штурме и вовсе преступление с точки зрения логики. Ни один нормальный офицер, получивший классическое военное образование, не совершит подобной ошибки.
Спорю на что угодно, в окружении Вогера были опытные вояки, но губернатор их не послушал, решив разобраться с «проблемой» как можно быстрей. Ведь у него в это время шел торжественный прием в честь прибытия германской принцессы. Той самой принцессы, которая оказалась троянским конем.
Вогер умный мужик, но здесь совершил промах и потерял свои отборные части. Так бывает, когда политики не слушают профессиональных военных.
— Корабли? — я продолжил расспросы.
— Четыре фрегата с совокупным залпом в сто крылатых ракет, — сообщил Карл.
Сто крылатых ракет, на первый взгляд много, но эти штуки имеют обыкновение сбиваться хорошими средствами ПВО. А у тевтонов ПВО именно хорошее.
— Бронетехника?
Гвардеец кивнул.
— Боевые машины пехоты, два десятка тяжелых танка класса «Легионер», дивизион роботизированных артиллерийских платформ «Бешенный пращник», отдельные подразделения комплексов РЭБ поля боя.
— Глушилки это хорошо, — рассеяно буркнул я, выслушав информацию. — Что с авиоподдержкой?
— Звено десантно-штурмовых ховеров. Дроны, штурмовики вертикального взлета. Ничего серьезного для полноценных воздушных боев.
— То есть нормального прикрытия нет. Плохо.
Подошел один из офицеров-наемников, что-то быстро шепнув Карлу на ухо. Гвардеец нажал на несколько иконок, меняя картинку на голографическом экране-столе.
— Поступили новые данные, после отхода оккупационных держав с Японских островов, была установлена морская блокада, но многие эскадры рассредоточились по азиатско-тихоокеанскому региону. Похоже это напрягло наших германских друзей и в ближайшее время можно ожидать передислокации кораблей от Скайфолла.
— Им нужно охранять торговые пути, — я кивнул. — Если другие монархии, взбешенные захватом столицы Спорных территорий, решат напакостить возмутителю спокойствия — тевтонам, то перехват конвоев снабжения будет самым оптимальным вариантом.
— С перерезанными коммуникациями много не навоюешь, — задумчиво согласился Карл, выводя вместо карты Скайфолла, изображение Южного полушария. — Проблему с продовольствием в принципе можно решить на местах, но с боеприпасами будут проблемы.
— Если тевтонов посадят на голодный паек, они сами отдадут город, — недовольно пробурчал я.
С одной стороны, ситуация для нас стала выигрышная. Без поддержки с моря, проводить штурм проще. С другой, если колбасники одумаются и захотят заключить мир (как минимум перемирие), то одним из условий обязательно станет возвращение Скайфолла в статус нейтральной территории.
И тогда ловить там нечего. Хуже того, увидев куда все движется, Вогер наверняка передумает. Зачем вести активные боевые действия, да еще делясь потом трофеями с союзниками, если можно подождать, пока враг сам все не отдаст? Великие державы не будут искать другого для управления Колониями, фигура Вогера устраивает всех и ему вернут должность. А мы останемся с носом.
Значит надо атаковать немедленно. Выбора нет.
— Что твой знакомый из Global Alliance? Он передал руководству наше предложение?
Карл мрачно кивнул, судя по выражению лица, новости были неутешительные.
— Они поблагодарили за доверие, и надеяться на дальнейшее сотрудничество, но в настоящий момент не планируют вести боевые действия против третьих сторон. Это официальный ответ от высшего управляющего совета.
Проще говоря, нас вежливо послали. Не хотят влезать, опасаясь попасть под раздачу. Опасность принять чью-то сторону и после победы оказаться в стане проигравших. Боссы G. A. осторожничают, и не хотят, фигурально выражаясь, ставить на одну лошадь.
— Трусливые ублюдки, — буркнул я, впрочем, без особой злости. Я понимал логику корпорантов, и сам бы придерживался подобной стратегии, окажись на их месте.
Но я не они, я один из представителей Старшей крови, и у нас логика совершенно другая.
— Не забудь напомнить после обязательно наказать наших друзей из G. A. каким-нибудь особо изощренным способом, — попросил я. — Лучше всего, чтобы это серьезно ударило по их кошельку.
Карл кивнул.
— Сделаем.
Как и я, он понимал логику аристократов, всегда отличавшихся определенной злопамятностью. Если один корп мог сказать другому, что у него не было выбора,
