Лёня тем временем взял китайца-бригадира, который представился, как Саша, и с ним они обошли все проломы в заборе. Их надо закрыть в первую очередь. Ну и нельзя забывать про наши посты, которым тоже требовался ремонт, электричество и телефонная связь. В один из них заведут провода от камер, будет пункт наблюдения.
Пока ходили, поймали ещё одного вора с ящиком гвоздей, который он хотел спрятать от нас в крапиве, но только обжёгся сам. Этот покрытый наколками тип со скошенным лбом и густыми бровями был самым наглым.
— Да ты на кого гонишь? — кричал он на Артёма. — Ты знаешь, кто я? Да я с Метлой…
Я подошёл ближе. Кажется, этого воришку я действительно видел в свите Метлы, но мне его не называли.
— Меня помнишь? — строго спросил я.
— Помню, — он прищурил глаза.
— Помнишь, как я с Метлой про комбинат говорил?
— Ну, помню.
— А я Метле говорил, что комбинат не его территория. Вот теперь пусть и не огорчается. Этого тоже участковому, — сказал я Артёму. — А если Вагин занят, то…
— П**лей дать? — тихо предложил Артём.
— Только не зашиби, смотри.
Этих вороваек я ожидал. Метла и сам мелкий вор, да и таких в этом едва не загнувшемся посёлке очень много. Пусть Метла и авторитет для Краснозаводска, но комбинат это не его уровень. Его уровень — воровать кирпичи и плитку со строек, а не продукцию и промышленное оборудование.
Правда, я понимал, что Метла имеет власть в посёлке. Не исключаю, что он будет как-то наезжать на приезжих рабочих, пока они будут за воротами комбината. Но осадим, из-за этого я не волновался, может быть, даже сходим в гости, если нарвётся. Ну а вообще, мне казалось, с этого дня жизнь в посёлке начнёт меняться в лучшую сторону. Но для этого надо поработать всем, не только нам.
Оживление среди местных в Краснозаводске было ещё больше, чем когда мы приехали летом в первый раз. Тогда у нас было меньше пушек, не было фирменных машин. Некоторые подходили близко, но мы не пускали на территорию никого, кроме китайцев-ремонтников и участкового.
В кирпичной будке за воротами, где раньше сидел сторож, мы уже обустроили один пост. Там сидел дежурный, а снаружи курил участковый, младший лейтенант Вагин. Пальцы у него были перепачканы синей пастой. Судя по виду, он был немного с похмелья.
— Прибавилось работки? — я усмехнулся, заметив его перепачканные пастой руки.
— Но, — участковый кивнул и поправил очки. — Чё-то мне кажется, что наши отделение тут откроют, как народу прибавится. Зато как браво-то стало, когда люди ходят. А то одни руины торчали, смотреть тяжко было.
Его просторечный местный говор сегодня слышен особенно чётко. Кажется, Вагин в приподнятом настроении, обычно он был более мрачный.
— Обязательно отделение откроют, — сказал я. — А ещё железнодорожную ветку построят до Новозаводска.
— Ого, её ещё в советское время хотели.
Участковый хотел поболтать и подольше, но мне было некогда. Из будки вышел бывший милиционер Костя и подошёл к воротам, а с той стороны его ждал небритый мужик, перегар от которого я чуял даже на расстоянии.
— За пузырь продам, — местный показывал красную поясную сумку с надписью «Adidas». — Новая совсем.
— А чья?
— Моя! В Китай с ней ездил.
— А выглядит, как ворованная, — Костя осмотрел и пихнул сумку назад. — Вали отсюда, пока я добрый, а то задержу.
— Правильно сделал, — сказал я Косте, когда мужик ушёл. — А то устроят тут рынок. И осторожнее, Костян, они будто чуют, что деньги у нас есть. Ещё начнут наезжать из-за этого.
— Обломятся, — он гордо хмыкнул. — В меня пивзаводские стреляли, я не боялся, а уж эту алкашню разгоню как-нибудь.
— За тебя-то я не волнуюсь, ты мужик опытный, в милиции сколько работал. А вот остальные… вдруг выцепят поодиночке и наедут. Надо за этим следить и сразу помогать, ну или остальных звать на помощь. Мы же тут все одну работу выполняем, да?
— Прослежу за этим, Волк, — с энтузиазмом заверил он меня. — Что так, сразу вмешаюсь. Да и поодиночке никто ходить не будет.
Почти то же самое я сказал и другим наедине, что, мол, именно тебе я доверяю и проблем с тобой не будет, но надо приглядывать за остальными, что никто не попадёт в беду и никому не понадобится помощь.
Тем, кто в возрасте, говорил про житейский опыт, а молодым, какие они грамотные в свои двадцать с лишним. И им приятно за оказанное доверие и поручение, да и мне спокойнее, что парни друг за другом присмотрят, чтобы вне смены никто не получил неприятностей от местных.
Тут и правда, поодиночке лучше не ходить, даже за сигаретами. Не зря я заставил всех куряг покупать сигареты с запасом, а про алкоголь разговор был строгий. Ну а еды полно, её мы привезли с собой, чтобы парни не шлялись по магазинам.
Ярик тем временем занимался сигналкой и камерами видеонаблюдения. У него задача закончить это до зимы, и для этого у него было два помощника, Колян и Руслан. Руслан позже отправится на вторую смену, но замену для него найдём. Камеры и сигнализация для нас очень важны, ведь именно они позволяют не держать здесь целую армию охраны на почти пустой территории. Благо комплект камер на первое время уже был, осталось его только поставить и вывести всё на экраны.
На обед в столовую за ворота комбината я не пошёл, ведь из общаги принесли полную чугунную сковороду жареной картошки. Тут подсуетились Лёня и Артём, припахав кого-то из тех, кто сегодня приехал, но на смену выходит завтра.
— Домашняя, молодая, — похвастался Артём, поедая картошку ложкой. — Подкопал перед поездкой, а приеду с вахты, с батей всё выкопаем.
— Это тоже надо съедать всё, — Лёня открывал банки с соленьями. — Под картошечку самое то.
Собрались небольшой компанией на одном из постов. Разговор шёл про бокс, про бои, которые они не смогут посмотреть, пока находятся здесь.
— Волк, а ты бы на кого поставил? — Женя хитро посмотрел на меня.
— Да я там никого не знаю, — я глянул на гладкую красную листовку, которую печатали в одной из контор, которые собирали ставки. — А вот, хотя можно на Флойда Мейвезера поставить, в сентябре будет бой, он не проиграет.
— Точно?
— Точно. Всегда ставь на него, поверь.
Я поставлю и сам, но немного, чтобы не привлекать внимание. Тех, кто много выигрывает, всегда пасут, к ним могут внезапно нагрянуть. Так что этот способ заработка я всегда держал в резерве. Да и если честно, не так уж хорошо я помнил результаты спортивных матчей. Просто бокс и ММА смотрел часто, некоторые бои всё ещё помню.
Закончив с картошкой, я сходил на другой пост. Парни, в основном новички, обедали китайской лапшой, заварив несколько пачек в одной кастрюле. У них тоже шёл разговор, но про бандитов. Есть я отказался, но согласился выпить свежезаваренный чёрный чай в металлической кружке.
— А у меня брательник тогда попал, — говорил один, смуглый парень по имени Тимур. Пока он подносил лапшу ко рту, то держал под вилкой кусочек хлеба, чтобы не капало вниз. — Взял у пивзавода деньги, чтобы затариться цветметом и в Китае продать, а его почти на границе другие братки тормознули, местные, всё забрали, даже Камаз. А у него же нихрена не было, отдавать было нечем, он во Владик уехал. А пивзаводская братва не к ним пришла, а ко мне, типа продавай квартиру или грохнем.
— Кто именно наехал? — спросил я, отпивая горячий чай. — Подскажи, я там много кого знаю. Может, решим вопрос.
— Да ерунда, это весной было, — Тимур махнул рукой. — Закрыли вопрос уже. Но спасибо за предложение, Волк. Жаль, тогда тебя не знал.
— Ну и что потом?
— Тогда Дима Урал с пивзавода живой был, он и наехал на меня. А я к Фролу пошёл, он тоже ещё живой был, у нас общие знакомые нашлись. Ну и он сказал, отрабатывай у меня или квартиру продавай. Решил отрабатывать.
— И что дальше? Отработал?
— Ну как сказать, — он пожал плечами. — Поехал с ним на точку, там коммерсант, деньги не возвращал, говорит, через неделю, как товар придёт, немного подождать надо. А Фрол такой недовольно говорит, что шанс был, ну и мне приказал, чтобы я за дочкой барыги в детсад съездил, привёз и у отца на глазах избил.
