негативно в последнее время. Как бы это не привело к необратимым последствиям. Тьфу-тьфу-тьфу. Не дай Бог. Пусть с моим малышом всё будет хорошо. Но всё-таки следует съездить на осмотр.
Сейчас, проживая свою жизнь слишком ярко, я даже корю себя за то, что раньше я не довольствовалась тем, что имела. Да, муж гулял налево и направо, не пропуская ни одной юбки мимо. Да, не обращал на меня внимания и не кипел любовью. Но было же всё сносно. А мне захотелось большего. Любви, ласки, внимания.
Меня тоже можно понять. Да, можно жить в постоянном холоде в плане чувств и стерпелось бы. Но я не представляю нашу жить с Вячеславом. Рано или поздно я бы родила. Вечные скандалы, отчужденность, всегда его женщины между Вячеславом и мной с малышом — не привели бы ни к чему хорошему. Всё свелось бы к расставанию. А муж меня не отпустил бы. И тогда, вероятно, ситуация была бы плачевнее. Ведь я не смогла бы от всего защитить своего малыша.
Сейчас есть некоторые сложности. Ну так бывает. Это уже не изменить. Но я смогу уберечь своего ребеночка от постороннего шума и растить его в любви и ласке.
Острая боль внизу живота пронзает и потряхивает меня. Дышу глубоко сквозь зубы и иду к двери выделенной мне комнаты. Не разбирая дороги, дохожу до гостиной, откуда слышу приглушенные голоса.
Мужчина, что меня похитил, сидит на кресле. На соседнем кресле разместился ещё один и они выпивают. Не самое желанное общество для беременной женщины, но у меня нет иного выхода.
— Вызовите врача, пожалуйста. — еле говорю на английском и захожусь в новом приступе боли. — Врача вызовите! — кричу, когда чувствую теплую влагу между ног.
Мужчины непонимающе смотрят на меня, на мою руку, которую я положила на живот и гость моего похитителя вмто вырастает рядом со мной, удерживая от падения.
Али
— Her şey yolunda Ali Bey. Anamız ve bebeğimiz şu an gayet iyiler. Tehlikeli durumu atlattık. Naz Hanımı sizin istediğiniz gibi ayrı odaya aldık. (Всё хорошо, Али Бей. Мама и ребёнок сейчас в порядке. Опасную ситуацию мы пережили. Госпожу Наз мы определили в отдельную палату, как Вы и просили.) — выдыхаю полной грудью и с благодарностью улыбаюсь врачу.
— Teşekkür ederim Kadir Bey. Dileyin benden ne isterseniz. (Спасибо, Кадир Бей. Желайте от меня, что хотите.) — жму руку мужику, который спас жизнь нерожденному малышку и уточняю номер палаты, в которую поместили мой цветочек.
Прохожу в палату и отмечаю про себя, что сейчас Наз выглядит лучше. Щечки подрумянились уже, спит она спокойным сном и набирается сил.
Только несколько часов назад держал её, бледнее моли, на своих руках и молился об одном: только бы успеть. Успел. И Наз доставить в свою больницу, и ублюдка пристрелить.
Надумал он угрожать мне похищением МОЕЙ женщины и потребовал передать ему порт. Я готов был сделать всё, настолько меня затмила Наз. Но, подумав логически, и, посоветовавшись с другом — решили, что ничего отдавать я не буду, но и Наз заберу.
Подготовили своих людей, разработали план, кто и что должен делать, но с головы МОЕЙ женщины не должен был упасть ни один волосок. Всё быстро организовали и выдвинулись в путь.
Друг не сильно обрадовался моему увлечению Наз. Не знаю, как и чем она ему не угодила, но пришлось его приструнить, чтобы не открывал рот в её адрес.
Доехали, уложили никчемных охранников Берата и зашли в дом. Все уже были на ногах. Первое, что бросилось мне в глаза — это Наз, лежащая без сознания на полу. Потом увидел этого щенка Метина. Он сидел рядом с наз и тормошил её за плечо. Озверел на глазах.
Я не заботился о том, что напуганный Берат может выстрелить в меня. Я держал путь к ней, а остальное скинул на плечи друга и своих людей.
Как нежными словами успокаивал очнувшуюся Наз, говорил ласковые слова и держал её руку, пока мчали до больницы — не помню. Она так доверительно льнула кл мне и просила спасти её ребенка, что у меня сердце полоснуло болью. Я пообещал ей, что и с ней, и с малышом всё будет хорошо. Я сдержал слово.
Как только передал её лучшим в стране врачам и убедился, что опасность миновала, поехал к Берату.
Он думал, что нашел мою слабость и может меня шантажировать. Да, он не ошибся. Наз — моя слабая точка. Но моя эта слабость — стала его смертью. Я выстрелил ему в руки, которыми он касался моего, а потом закончил его жизнь, даже глазом не моргнув.
Вернулся в больницу чувством выполненного долга. Я не просто так называю Наз своей. Мы поговорим, когда она наберется сил и я приложу все свои усилия к тому, чтобы она была со мной. Никогда не думал, что скажу такое, но рядом со мной ей будет безопаснее, чем без меня. О ней уже пронюхали. Каждый попытается нанести урон мне, используя её и до добрато не доведет.
Сегодня она чуть не потеряла ребёнка из-за моей неосмотренности и непродуманности. Я виноват в том, что её похитили.
Невесомо провожу пальцами по бархатной коже чистого лица. Такую женщину только целовать надо и то — осторожно, чтобы не причинить ей боль.
— Привет. — беру за руку женщину. Наз открывает свои бездонные глаза и слабо улыбается мне, легонько сжимая мои пальцы в ответ на приветствие. Вмиг её улыбка сходит с лица и её глаза печально смотрят на живот. — С малышом всё хорошо. — не могу отказать себе в удовольствии и кладу вторую руку на голову Наз. Глажу по волосам, наслаждаясь этим моментом, пока есть возможность.
— Спасибо за помощь, Али. Спасибо, что спас моего ребёнка. — Наз хмурится и мне не нравится, что её настроение быстро поменялось. Она убирает свою руку из моей и вертит головой, чтобы я скинул свою руку с волос. Убираю и засовываю конечности в карманы брюк. — Не мог бы ты сейчас уйти и больше не появляться на моём пути?
— Наз, ты вполне можешь винить меня, это произошло из-за меня, но не
