– Понимаю.
– В самом деле?
– Конечно. Твои пациенты, от которых ты отказался в конечном итоге, – их несчастье в том, что они не умеют ставить себя на место другого… Отчего и не могут справиться со своими проблемами. Чтобы увидеть мир во всей полноте, нужно уметь чувствовать других. И заодно видеть себя их глазами. Не так?
– Так, Лиза, так! Только… Откуда ты это знаешь?! Ты сказала, что занималась филологией… Но, может, ты на самом деле училась на психологическом факультете?
– Не помню, Лоран. Я просто сказала то, что понимаю… А откуда это понимание взялось… Бог весть. И я ничего от тебя не скрываю, поверь. Если я не рассказала тебе сразу обо всем… об этих событиях в сторожке… то потому, что я просто побоялась: ведь я убила человека!
– Ты его не убила, Лиза! Он сам наткнулся на лопату, которую ты выставила ради самообороны!
– Хорошо. Так и есть. Он на лопату сам налетел… Это правда.
– И твоей вины в этом нет. Прекрати казниться!
– А если суд? Он тоже так решит? Что моей вины нет?
– Не знаю, Лиз. До суда еще дожить нужно. Пока что человек, который хотел тебя убить, ищет тебя! И вряд ли для того, чтобы поздравить с успешным избавлением от смерти… Давай пока о спасении думать, ладно?
Лиза не ответила. Что тут ответить? Конечно, думать надо о спасении. До суда еще дожить надо – дожить! – что в данный момент отнюдь не представлялось аксиомой…
На горы уже спустились сумерки, когда они вернулись в отель. Лиза ужинать отказалась – кусок не лез в горло после пережитого в горах потрясения.
В номере, узрев двуспальную кровать, она не стала задавать вопросов. Лоран знает, что делает. А подозревать его во фривольности у нее не имелось никаких оснований. Она проглотила таблетку и легла на одной стороне кровати, укрывшись одеялом до ушей. Ей не хотелось разговаривать и видеть этот мир не хотелось.
Суббота
Девушка на «ресепсьон» медицинского центра мгновенно опознала Лизу по фотографии. Из ее возбужденной речи Реми с Ксюшей узнали во всех подробностях историю о том, как эта «зомби» явилась к ним несколько дней назад и завалилась в обмороке на топчан в кабинете доктора Бомона, который этой незваной пациенткой и занялся. Ее обследовали – оказалось, что у нее серьезная травма черепа, в результате чего доктор Бомон отправил ее в больницу…
– И самолично поехал ее сопровождать! – чуть обиженно произнесла девушка.
Похоже, что она не прочь была бы оказаться на месте «зомби», – лишь бы только доктор Бомон занялся ею!
– В каком кабинете принимает доктор?
– В пятом. Но его нет сегодня. Он заболел. Позвонил и отменил все приемы! Пришлось обзванивать всех его пациентов! – пожаловалась она.
– Хм… – Реми эта информация насторожила. – А в какую больницу отправили вашу «зомби»?
– В нейрохирургию.
– Это где?
– Да у нас тут только одна… Вот, держите адрес, – и она протянула Реми распечатку.
– Эта девушка все еще там?
– Не знаю, – равнодушно пожала плечами администратор.
– Мне бы хотелось переговорить с доктором Бомоном. Как это сделать?
– Я не могу вам дать его телефон без разрешения…
– Тогда позвоните ему сами и передайте мне трубку.
Реми представился и скупо пояснил, что речь идет о безопасности Лизы, его пациентки, в связи с чем попросил разрешения записать номер телефона доктора, чтобы переговорить с ним чуть позже без посторонних ушей.
Доктор Бомон довольно долго молчал.
– Кто вас нанял? – спросил он вдруг.
– Ее мать, – не дрогнув, солгал Реми. Не объяснять же сейчас доктору всю историю ab ovo!
– А как мне быть уверенным, что вы действительно частный детектив? – наконец прорезался он. – И что у вас нет дурных намерений?
К такому повороту Реми не был готов. Доказывать что-то доктору, когда рядом сидит болтливая администраторша, ушки на макушке, он не хотел… И вдруг нашелся.
– Передаю трубку моей жене.
«Он боится за Лизу и мне не доверяет. Убеди его!» – шепнул он Ксюше.
– Меня зовут Ксения. Мой муж Реми действительно частный детектив, – произнесла Ксюша. – Я русская, как и…
– Не произноси имя! – быстро прошептал Реми.
– …как и ваша пациентка. Могу я с ней поговорить?
Снова на том конце воцарилось молчание. Любопытные глазки администраторши так и сверкали.
– Хорошо, запишите мой номер, – ответил наконец доктор.
Итак, Лиза жива! И доктор, похоже, имеет основания опасаться за нее… Значит, Реми с Ксюшей на верном пути!
Они отошли от медицинского центра на приличное расстояние, и Реми перезвонил доктору. Тот по-прежнему осторожничал и предложил встретиться в кафе на центральной площади соседнего городка. О своей болезни он не обмолвился ни словом, и Реми укрепился в мысли, что это был выдуманный предлог. А настоящий в том, что Лиза…
Ну, посмотрим.
Реми сразу догадался, что молодой мужчина весьма приятной наружности в светлых брюках и рубашке и есть доктор Бомон: он стоял с краю от столиков с настороженным видом и вглядывался в лицо каждого человека, который направлялся к кафе. В руке его был зажат телефон.
Похоже, что доктор тоже опознал детектива. В ответ на его вопрошающий взгляд детектив набрал номер – и точно, сотовый тут же зазвенел в руке Бомона. Они кивнули друг другу, и доктор стремительно приблизился к Реми с Ксюшей.
– Давайте отойдем отсюда подальше! – произнес он вместо приветствия и зашагал по улице.
Вскоре их взгляду открылся небольшой сквер, и Бомон свернул в его сторону.
Наконец они присели на скамейку. Первым делом доктор придирчиво изучил удостоверение детектива, затем попросил документы у Ксюши.
– Как вы меня нашли? – спросил он с тревогой в голосе, покончив с документами.
Реми пояснил.
– Выходит, и этот тип тоже так мог! А я-то гадал, каким образом он пронюхал, что Лиза у меня…
– У вас дома? – спросил Реми.
– С ней все в порядке? – спросила Ксюша.
– Минутку!
Доктор принялся куда-то звонить. Впрочем, сразу же стало понятно, что в свой медицинский центр: он просил администраторшу вспомнить, не интересовался ли кто им в последние три дня.
Выяснилось, однако, что нет.
– Значит, через больницу… Иначе я не вижу, как он мог… – пробормотал доктор.
– Так что с Лизой? Где она?
– Я хотел бы сначала услышать, каким образом мать Лизы, живущая в России, наняла детектива во Франции.
Пришлось Реми извиниться за свою маленькую неправду и рассказать об утопленнице, которая приходилась Лизе кузиной, о своих поисках…
Доктор хмурился, слушая.
– Кому понадобилось убивать двух кузин? Может, это русская мафия?
– Мне нужно услышать от Лизы, что с ней приключилось. Кто ее ударил, при каких обстоятельствах? Или она сама упала? К кому она приехала во Францию? Пока я не получу ответы на эти вопросы, любые выводы будут преждевременны!
– Вы их не получите, – сообщил доктор. – У Лизы посттравматическая амнезия, она не помнит, что с ней случилось.
– Ме-ерд, – тихо выругался Реми и расстроенно посмотрел на Ксюшу. – И как долго она может продлиться?
– Трудно сказать. Я надеюсь, что в ближайшие дни память к ней вернется. Но гарантировать не могу. Никто не может сказать наперед, как будет развиваться амнезия.
– Нам все равно нужно увидеться с Лизой, – произнесла Ксюша, которая до сих пор в разговор не вмешивалась. – Вдруг она узнает Ирину по фотографии? Вдруг что-то вспомнит?
– В любом случае, доктор… Как вас, кстати, зовут?
– Лоран.
– В любом случае, Лоран, – продолжил Реми, – я должен узнать от вас все, что знаете вы. Лиза, похоже, в опасности. И, судя по вашему поведению, вы тоже так считаете… Не здесь же нам разговаривать, на лавочке!
– Поехали! – встал Бомон. – Но имейте в виду, волновать Лизу нельзя.
– Еще бы, – вздохнула сочувственно Ксюша, – она ведь беременна…
Доктор покосился на Ксюшу, и ей показалось, что он что-то собирался сказать… Но промолчал. Только садясь в машину, он вдруг произнес, ни к кому специально не обращаясь, сделав ударение на последней части фразы:
– Все обсудим на месте.
Через полчаса они уже были в гостинице. «Скрываются. Похоже, дело совсем паршиво», – подумал Реми.
Лоран первым вошел в номер: чтобы предупредить Лизу о гостях. Минуту спустя он распахнул дверь перед Реми и Ксюшей.
На кровати сидела девушка. Густой ворох русых волос, испуганный – несмотря на предупреждение доктора – взгляд широко расставленных светлых глаз.
– Не волнуйся, – ласково проговорил доктор, – это частный детектив и его жена. Она, к слову, тоже русская. Знакомьтесь.
Лиза поднялась с кровати, глядя на Ксюшу.
– Вы русская?..
– Да… – начала было она, как вдруг запнулась, увидев стройную фигуру Лизы. – Погодите, но ведь вы…
«…Должны быть беременны», – хотела сказать она, но слова застряли в горле. Или Лиза уже родила, преждевременно? Но в комнате ребенка не было…
