и что вам там, в бошки-то понамешали? Какие метлы, какие страшные заклятья? Ведьма – это не чудовище, ведьма – это человек. Просто не совсем такой, как все люди, у неё есть необычный дар, и она им умеет пользоваться, только и всего. А вот куда она свой дар направит, зависит от окружающих. Это люди делают ведьму плохой или хорошей. Ведьмой быть не стыдно.
– Значит бабушка ведьма, только добрая, – сделала вывод Даша.
– Слава богу, догадалась, – усмехнулся Додо, – раньше дети смышленее были, твоя мать об этом уже в пять лет знала.
В дверь вдруг кто-то громко постучал, девушка от неожиданности подпрыгнула и испуганно посмотрела на хозяина.
– Додошенька, я, кажется, дверь запереть забыла.
– Не забыла, – проворчал Додо, внимательно осматривая домашнюю утварь, – я проверял, там закрыто.
– Что делать будем?
– А ничего, сейчас инструмент потяжелее найдём и будем держать оборону.
В дверь второй раз постучали сильнее прежнего, и тихий голос ночного гостя прошипел:
– Слышь, быстро открывай по-хорошему, иначе дверь сейчас вынесу.
Даше на минуточку даже показалось, что ещё чуть-чуть и дверь действительно упадёт под натиском врага, но домовой сидел совершенно спокойно. Девушка покачала головой, поражаясь его невозмутимости, и на цыпочках подошла к двери. Стук раздался в третий раз, там уже явно долбили ногами. Даша с испугу навалилась на дверь, стараясь удержать её. Сзади захихикал Додо:
– И долго ты её так держать намерена? – он подошел к двери и, постучав по ней, пояснил, – она же дубовая, и не таких слонов выдерживала.
С улицы раздался громкий шепот ночного визитёра:
– Ты чего там стерва, совсем прибурела? Ещё и издеваешься надо мной, я тебе щас…
Додо посмотрел на Дашу:
– Прибурела?
Девушка пожала плечами, это слово для неё не было знакомо, хотя смысл был понятен.
– Это, наверное, обнаглела, значит.
– Я же говорил сиделец, как есть сиделец, – подытожил хозяин.
– Хам и невоспитанный тип, – ответила Даша шепотом, – только для нас это никакого значения не имеет. Он голодный и злой, и если не вломится в дверь, то пойдет и разобьет любое окно и влезет. И ничем наша оборона нам не поможет.
Домовой кивнул, пробубнил:
– Ну, это ещё бабка надвое сказала, – выключил свет во всём доме разом, и кинулся к окну в спальню.
Задержавшись на мгновение у двери, девушка прислушалась к тишине с той стороны, и когда глаза привыкли к темноте, тихонько пошла за домовым. Увидев его, она поняла, в чем дело. Их гость понял, что дверь лбом не прошибешь и пошел искать слабое место в окнах. Понятно, что шум битого стекла мог привлечь ненужных зрителей, поэтому он пытался открыть окно тихо. В доме было одно, особенное окно, оно могло открыться снаружи, если его чём-нибудь тонким поддеть снизу. Это был Дашин секрет, это она его в детстве немножко «испортила», чтобы не ходить вокруг, а сразу сигать в окно после гуляний с подружкой. Особенно оно было нужным тогда, когда мама наказывала и не пускала гулять. Мама думала, что Даша сидит тихонько в комнате и читает книги, а она в это время плескалась с ребятами на речке. Бабушка знала об этом, но делала вид, что не замечает. Она всегда говорила, что у ребёнка должно быть полноценное детство с синяками, шишками и маленькими секретиками. И вот сейчас это окно грозило девушке опасностью. Домовой стоял на страже под окном со сковородкой в руках, словно теннисист, ожидающий мяча.
– Нет, ну вы поглядите на него, – Даша всплеснула руками и тихо засмеялась, – он опять со сковородкой. Ты чего в неё вцепился-то? Так и будешь её хватать при любой угрозе?
– Это не сковородка, а оружие массового поражения, – Додо махнул орудием убийства, – одним махом семерых побивахом.
Окно с той стороны затряслось, это ночной визитёр проверял можно ли проникнуть в дом через него. Даша и домовой замерли. Мужчина, немного постояв у окна, постучал по раме, изучая её, и когда у него не получилось его открыть, попытался заглянуть в дом. Он вплотную приблизил своё лицо к стеклу, и Даша в ужасе отшатнулась, зрелище было страшным. Лунный свет и отражение в окне исказили лицо до неузнаваемости. Синее, опухшее лицо, приплюснутый нос и глаза навыкат произвели на неё неизгладимое впечатление:
– Вампир, как есть вампир, – прошептала Даша и начала креститься.
Креститься она совершенно не умела, но страх заставил её сделать это непроизвольно. Домовой же, увидев эту страшную рожу, хитро посмотрел на девушку, затем на окно, хмыкнул и исчез. Через несколько минут во дворе тишину нарушил душераздирающий крик, грохот падающих ведер и удаляющийся топот ног. Девушка испугалась ещё больше, и, забившись в угол кровати, сидела, дрожа как осиновый лист, и боялась сдвинуться с места. В какой-то момент во всём доме разом загорелся свет и перед ней вновь появился домовой.
– Всё, выходи, узница совести, нет твоего гостя. Иди за водой, чай будем пить.
– А этот не вернется? – робко спросила Даша.
– Этот? Не, я его так напужал, что он аж побелел, – похвастался Додо.
– Да как же ты увидел, что он побелел, на улице темень, хоть глаз выбей.
– Ты меня не поняла, у него волосы побелели.
– Ты что с ним сделал, изверг? – ахнула Даша, ведь она точно помнила, что волосы у гостя были черными, как вороново крыло.
– А я ему милиционера с собакой изобразил, – захихикал Додо.
– Точно? – с недоверием спросила девушка.
– Точно, точно, – закивал домовой, и подмигнул хозяйке, – если исключить некоторые подробности.
Уже позже, когда Даша сходила за водой, вскипятила воду, и они сели пить чай, девушка узнала некоторые подробности. Додо вышел на улицу и сотворил привидение, если этот шедевр можно было так назвать. Навстречу Дашиному гостю из-за угла вышел мертвый полицейский, с синим одутловатым лицом, клыками, выступающими изо рта и с трехголовой собакой, рвущейся с цепи вращая страшными глазюками.
– И где ты такое видел, откуда такая богатая фантазия? – удивлялась Даша, – это же ещё придумать такое надо.
– А чего там придумывать-то, – отмахнулся хозяин, – я как морду его в окне увидел, так и придумал, а собаку такую я в книжке видал, Цербер она называется.
Перед тем, как ложиться спать, Даша не поленилась и проверила калитку, та была заперта. Девушка пожала плечами и вернулась домой, так и не поняв, каким образом ушел гость, и решила оставить разгадку этой тайны на утро. Страх перед ночным гостем ещё не ослабел, поэтому она заперла дверь и ещё какое-то время сидела дома как мышка, но мужчина не возвращался, в дверь никто не
