Вот один из них: в очередное проворачивание оружия и тех-
нических средств минер готовился прострелять все четыре тор-
педных аппарата, включая и нижние два, расположенные ниже
ватерлинии. Подводная лодка стояла с дифферентом на корму.
Перед носовой оконечностью подводной лодки, стоящей носом
к берегу, был ошвартован катер – торпедолов и также носом к
берегу. На его торпедной палубе, полого спускавшейся в воду,
команда катера стирала свои белые робы. Все поголовно были в
трусах, благо погода располагала к этому.
88
![]()
Открылись передние крышки торпедных аппаратов. На торпе-
долове захохотали, смотрите, мол, подводная лодка каши просит!
Гахнул выстрел воздухом из первого, второго и остальных тор-
педных аппаратов. Ярко – пламенного цвета облако выметнулось
из второго торпедного аппарата и быстро осело на торпедолов
и ближайшие окрестности бухты! Торпедолов и вся его команда
оказались окрашенными в ярко – морковный цвет! Скачущая и
орущая команда торпедолова в полном составе танцевала пляску
святого Витта!
Когда начали разбираться, то выяснили, что боцман для ло-
дочных работ получил бочонок свинцового сурика и с разреше-
ния минера спрятал его во втором торпедном аппарате. Минер
тут же забыл об этом! При прострелке бочонок разнесло в щепки,
а сурик оказался использован не по назначению.
ШВАБРА
Однажды в Северодвинске пятнадцатилетний капитан–лейте-
нант Петя Голландский снял в РБНе (Ресторан «Белые Ночи») ра-
ботницу Севмашпредприятия и после окончания отдыха пришли к
ней домой. Дома подруга долго отбрыкивалась, мол, жених у нее
есть – водолаз военный, но, в конце концов, он ее убедил. Жила
на втором этаже деревянного дома, каких в Северодвинске хоть
разбавляй. Снял наш герой тужурку, повесил на стул, и сели они
подкрепиться перед занятием любовью. Открыли шампанское,
сидят, все чин – чинарем, идиллия. Вдруг слышат: тяжелые шаги
по лестнице. Девица сразу упала в аут – жених! Петя тоже не са-
мый смелый был мужик – кинулся к двери, чтобы запереть ее. Не
успел... Дверь распахивается – там стоит амбал, не то, что «семь
на восемь», а все «семнадцать на восемнадцать» и пояс его где-то
на уровне лба Петрухиного. Амбал увидел
полуобморочную свою пассию, посмотрел
на Петю, затем спокойно зашел в комнату,
снял со стула тужурку и одел ее на каплея.
Не торопясь, застегнул на все пуговицы, по-
том взял стоявшую в углу швабру, отломал
щетку и продел ручку в рукава тужурки.
Подвел Петра к двери и дал такого пинка,
что он пролеты ступеней вообще не касал-
ся. Очнулся наш герой на улице – сначала
89
![]()
обрадовался, что так легко отделался, потом попытался избавить-
ся от швабры – не может, пуговицы застегнуты. Смотрит – женщи-
на идет, он к ней кидается с криком «Помогите!». Та его увиде-
ла – тоже заорала «Помогите!!!» и дала деру. Он за ней. Так бегут
(а ночь уже наступает) по улице и вдвоем орут «Помогите!». Кто-
то вызвал милицию – те приехали, достали пистолеты, залегли,
и кричат «Сдавайся! Стрелять будем!». Голландский тоже залег –
боится, что пристрелят. Кто – то из окна советует милиционерам:
«Вон он! По ногам стреляйте, а то уйдет, гад!».
В общем забрали Петруху, освободили от швабры. Петя им бъяс-
нил, что хулиганы над ним так поиздевались, а почему в тапках –
объяснить не смог. Да работники МВД, наверное, сами догадались…
ПОДВОДНИК
Мой товарищ поступал во ВВМУПП им. Ленинского Комсомо-
ла, в Санкт–Петербурге. Сдал он
вступительные экзамены: сочине-
ние, математика и т. п. Затем был
экзамен по физкультуре: зачеты по
общефизической подготовке, бегу и
плаванию. Мой друг сдал все, кро-
ме плавания – не умел он плавать!
После сдачи ФИЗО построили всех
абитуриентов в бассейне, вышел
начальник приемной комиссии –
бравый такой капитан I ранга, одним словом – «..настоящий пол-
ковник…». Дал команду выйти из строя таким-то и таким-то – всем
кто плавание не сдал или вообще не умел плавать. Мой друг среди
вызванных. Капитан I ранга произносит: «Служба на Военно-Мор-
ском Флоте – это нелегкая и ответственная задача. Так вот, товари-
щи абитуриенты, моряк, который не умеет плавать... корабль свой
никогда не утопит! Принять всех вне конкурса!». Вот так мой друг и
стал военмором – подводником.
РАЗБОР ПОЛЕТОВ
Кабинет начальника штаба флотилии атомных подводных ло-
док. Рык голодного тигра, переходящий в ультразвук: «...Так! Все
ко мне! Все здесь? Не верю! Дайте-ка я на вас, други, посмотрю
со строны... Вот! Я же так и думал! Я же так и подозревал! Я же
90
![]()
знал!.. Что!.. Кого!.. То!.. Нет! А нет у нас
Петрова! Где он? Как он смеет отрывать-
ся от коллектива?! В такой момент, когда
вся страна на нас смотрит!.. Где?!! Где
этот мокрощелкин?!!!.. Как «со вчераш-
него дня в отпуске?» Как он смел?! Какой
кондон его отпустил?.. Я?!.. Я сам?!!.. Это
кто сказал? Это вы, его командир, сказа-
ли? А вот не надо!.. Вот не надо щериться
в радостном экстазе!..
Вместо этого вы должны были сами
накануне явиться ко мне и доложить! Да–
да–да! И доложить, что Петров уходит в
отпуск, педикулёз ему в печень!.. Предупредить, что у нас конец све-
та на носу и отпускать Петрова на выпас в его Мухосранск, это пре-
ступление! И я бы вам внял! И обсусолил вам в благодарность все
щёки! А то теперь, товарищи офицеры, что получается? А получается,
что мы сейчас всем флотом яйца на наждак выкладывать станем, а
Петров лярву знакомую в сиську чмокать будет! И где тут, я вас спра-
шиваю, справедливость? За что наши отцы и деды воевали?!.. За что
несли знамя Победы от Москвы и до самых до окраин?.. За петров-
скую сиську, так что ли?!! Ууууууукокашивать таких сиськочмосов
надо, товарищи офицеры. Ещё на школьной скамье укокашивать!..
На них все надеются, а они?.. В самый животрепещущий момент бе-
гут, как крысы с корабля! В отпуск!!! ...Кто? Кто это там толкается в
задних рядах? Кому не стоится в моём кабинете? Что за неуставная
импотенция?.. Ах, это Петров? Его рассыльный прямо с поезда снять
успел? Вот! Есть же люди в русских селеньях! Богатыри – не вы! Рас-
сыльному вынести благодарность в приказе. Прямо так и напишите:
«Орёл! Молодец! А не ссыкло вонючее!». Напишите и мне – на стол.
Я подпишу! ...Ну, а теперь, раз все в сборе, включая подлеца Петро-
ва, перейдём к тому, ради чего мы тут все поставлены Родиной на
попа. К разбору плана культурных мероприятий в День ВМФ...».
КАМЕНЬ ПРЕТКНОВЕНИЯ
История, рассказанная моим другом Юрием, гражданским мо-
ряком ЧМП : «Баренцево море, промысел рыбы донных пород, суд-
но поднимает трал, в траловом мешке огромный валун, полдня
команда вырезает этот валун из трала, потом полдня зашива-
91
![]()
ет трал, все матерятся, злые, капитана готовы утопить, что
ловит в местах, не предназначенных для траления. На камне
обнаруживается надпись: «По*бались мы – по*битесь и вы», и
несколько подписей бортовых номеров судов. Боцману была ко-
манда принести краску, был подписан номер судна, и валун был
выкинут за борт в самом лучшем промысловом районе».
