— Знаешь, отец пообещал научить меня рыбачить. Перед тем как его не стало. — он смотрел куда-то перед собой — И в моей детской голове все никак не укладывалось, что он действительно не вернётся домой. Что он уже ничему меня не научит. Что не выполнит обещание. Глупости обиженного мальчишки. Но с тех пор я обещаю только то, что выполню. Даже смерть не станет мне оправданием. — он резко повернулся на меня — Так вот, я обещаю тебе что буду рядом.
— Мар, ты не обязан.
— Я знаю. Я хочу. В конце концов, мне ещё предстоит пообщаться с этими вашими старейшинами.
— Это ещё зачем? — воскликнула я.
— Во-первых, мне очень интересно посмотреть на взрослых мужиков, доверивших спасение своего дорогого леса тебе.
— Вообще, я могу и обидится! — картинно надула щеки.
— Можешь, но не станешь, — и Мар тыкнул пальцем мне, прямо в щеку. Естественно, я сразу сдулась, а сердце пропустило удар.
— А во-вторых? — нужно как то разорвать это мгновенье, пока я не сделала ничего, о чем пожалею.
— Нельзя узнать все за один раз, маленькая. — он улыбнулся мне. И, казалось, время остановилось. Были только мы одни в целом мире — Нуа?
Он вдруг подался вперёд и резко отстранился, глянув куда-то за воду. А потом выругался, хватая меня и ставя на землю.
— Тролли. Скорее, бежим.
Я лишь краем глаза успела увидеть завозившиеся огромные силуэты у воды. Мы побежали в лагерь, но я совсем не представляла, что мы будем делать дальше. Мар тащил меня за руку, так что я оставила даже надежду на то, чтобы сосредоточиться.
— Сея, лук — крикнул он, забегая на поляну, где Рик доготавливал похлёбку на ужин — тролли.
— Боги, боюсь, лук нас не спасёт, — бросила подруга, уже накидывая за спину колчан и натягивая тетиву.
Мар бросился к своему мечу, Рик достал свои кинжалы. А я замерла прямо перед своей рапирой. Сзади раздался приближающийся топот и в свете огня показались они.
Тролли. В полтора раза выше даже эльфа, их вытянутые серые тела были покрыты бугристой кожей. Прочной, как камень. Удлинённые мощные руки и выдающиеся вперёд клыки. Сильные, быстрые, свирепые. Эльфы и тролли обычно просто расходились при встречах. Потому что бои были уж слишком жестокими. Мы редко пересекались с троллями до появления людей. Им не нужен был лес, им нужна только вода и каменистые земли. Но теперь им тоже стало мало места, и многие просто искали себе жилье. Трое троллей, одна женщина держится чуть поодаль. Интересно, откуда и куда они бегут?
Мы не справимся. Точнее не так, мы не справимся без потерь. Можно попробовать, конечно, поговорить. Но тогда мы потеряем боевое преимущество. Хотя зачем оно нам, если кому-то проломят голову. Я взяла свою рапиру и демонстративно кинула ее вперёд, им под ноги. Сделала шаг вперёд и в напряженной тишине решила рискнуть.
— Мы встали на лагерь и сидели у воды для отдыха. Здесь нет никого, кто хотел бы боя или причинить вам вред.
— Почему мы должны верить? — пробасил центральный. Все были напряжены, но они хотя бы не бросались в атаку.
— Потому что я, Нуаэльванна, и я даю вам слово друида, — вытянула руки вперёд ладонями вверх. Вышло только слабое сияние. Но так, мы друиды показывали, что не тянемся к силе леса, а значит не намерены проводить ритуалы.
Видно, мой жест, все же оказался им знаком, они переглядывались и стали гортанно перерыкиваться. Пока их перепалку не прервала женщина. Она вышла вперёд, грозно прикрикнула на мужчин и робко обратилась ко мне.
— Ты правда друид, маленький эльф? Владеешь ли ты светом жизни?
— Да. Но вы все здоровы, зачем вам это?
— Наша женщина. Другая. Она должна была понести дитя. Но уже много часов лишь мучается.
— Если вы позволите, я посмотрю.
— Нуа, что ты творишь? — Мар подошёл ко мне сзади и положил руку на плечо.
— Все в порядке, — я обернулась и утонула в его медовых глазах, в них горело пламя. Или то были блики костра — это мое предназначение, помогать.
— Но…
— Никаких но, Мар. Нам не нужен бой. Им нужна помощь.
— Я пойду с тобой.
— Мне бы этого хотелось, — не выдержала и сказала я. Какой смысл скрывать, мне было страшно, а его присутствие давало мне какую-то бесконечную уверенность в своих силах.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Мы двинулись вслед за женщиной, остальные тролли вели нас полукольцом. Мар взял меня за руку. И это простое движение грело меня изнутри. Его ладонь. Такая большая, твёрдая. В ней чувствовалась только сила и уверенность.
Недалеко от того места, где мы сидели, оказался лагерь троллей. Каменистый уступ, уходящий в воду. На лежанке из листвы и моха свернулась клубком женщина. Она тихонько стонала от боли. Я оглянулась, недалеко от воды расположилась прекрасная ива.
— Перенесите ее туда, посмотрим, что можно сделать для неё и для ребёнка.
Я села между женщиной и ивой. Положила ладонь на лоб троллю. Она вся горела. Лихорадка при родах — это очень плохо. Вторую руку прислонила к иве.
— Говори со мной.
— Чего тебе, Надежда великого леса.
— Помоги мне, эта женщина умирает.
— Женщина? Это тролль, с каких пор лесу стало важным помогать им.
— С начала времён. Они такие же дети этого мира, раз Святой лес принял их.
— Какая взрослая мысль для такого юного друида. Я помогу. Но будь осторожнее. Они уже давно здесь, боюсь женщину уже не спасти.
— Мы попытаемся.
Начала ритуал. Плод слишком большой и женщина просто не может его родить. Отсюда боли и уже сильнейшая лихорадка. Умирает и мать, и дитя.
— Дитя не родится само. Я могу достать его, но женщина скорее всего не переживет вмешательства. Или можно навек упокоить ребёнка в утробе, достать его позже и попробовать спасти мать. — я говорила сквозь слёзы. Потому что это ужасный выбор и нет правильного решения.
Мужчина-тролль схватился за голову и рухнул на колени. Заревел. Но я даже не могу представить его боль.
— Мне жаль, но время уходит. Скоро мы потеряем обоих.
— Дитя, спаси дитя, — ответила женщина.
Я кивнула. Тролли живут общими семьями. Скорее всего эти пятеро были друг другу жёнами и мужьями. Поэтому она могла принимать решения. А ждать дольше я не могла. Достала кинжал и разрезала живот. Потянула силу и над раной стали сплетаться зелёные лианы. Они потихоньку аккуратно достали дитя. Оплели его. Вливаю свет жизни. Ещё. Больше. Наконец дитя закричало, значит будет жить.
— Заберите, — и женщина подскочила, схватив малыша и тут же начав кутать его.
Я направила лианы к женщине, попыталась оплести и ее. Но моя сила была жива и она просто отскакивала от мертвого тела. Уже мертвого. Видно только материнский инстинкт сохранял последнюю искру жизни.
Поблагодарила иву за помощь, разорвала ритуал, встала. На меня смотрели двое оставшихся на ногах мужчин, один все также прятал лицо в руках.
— Мне жаль, что мы не пришли раньше. Я могла бы помочь и ей.
— Нам тоже жаль, маленький эльф, — говорил снова тот, что по центру. Наверное, глава семьи — но ты спасла нашего ребёнка. И мы в долгу перед тобой.
— Вы ничего не должны мне.
— Ты добра дитя, но неужели ты ещё и глупа? Не оскорбляй нас отказом.
Об этом я не подумала. Гордые, слишком гордые. Они просто не захотят оставаться в долгу. И я не могу попросить что-то глупое. Потому что это будет означать, что так дёшево я оцениваю жизнь их ребёнка.
— Нам нужно в Мёртвый лес. И пройти туда через пустошь.
— Тогда я пойду с вами и проведу вас.
— Спасибо. Мы можем как-то обращаться к тебе?
— Гаади, маленький эльф. Встречаемся у брода на рассвете.
Мы кивнули троллям и оставили их.
— Нуа, ты уверена, что это хорошая идея?
— Мар, что я должна была попросить? Хвороста? Их нельзя так оскорбить.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Ты права. Правда теперь в пустоши нам придётся приглядывать и за ним.
— Нет, он назвал своё имя. Тролли не представляются. Они делают это только среди своих. Мы можем не опасаться Гаади. В случае опасности, он будет биться за нас, как за собственную семью.
