момент тебе даже стало страшно за свою жизнь, Кейт, – нахмурился лорд Валентин. – Не пытайтесь это отрицать.
– Как ужасно для вас, леди Кэтрин. – Дочь американского магната сделала большие глаза и театрально прижала руку к груди. – Я так рада, что вы не пострадали.
Эвершему не нравилась мысль о том, что леди Кэтрин порой приходится постоять за себя. Нашлось бы великое множество мужчин, которые не постеснялись бы посягнуть на честь такой прекрасной женщины, как она.
Явно смущенная такими разговорами, леди Кэтрин подняла руку.
– Давайте не будем больше говорить об этом. Быть в центре внимания публики опасно, даже для такой малозначимой фигуры, как я. А сейчас я хотела бы зай-ти в магазин писчебумажных принадлежностей и купить чернил. – Она кивнула остальным и направилась к двери магазина. Лорд Валентин поспешил распахнуть ее перед ней.
Не желая, чтобы она заговорила с Грином раньше него, Эвершем последовал за ними.
Возможно, поняв, что его ухаживания бесплодны, Бартон вошел внутрь несколькими мгновениями ранее. Войдя в ярко освещенное помещение, Эвершем увидел, что американец ведет беседу с лысеющим мужчиной с лицом палача. Впрочем, что бы там ни говорил Бартон, владельцу магазина, похоже, было приятно это слышать, ибо его глаза были широко раскрыты и горели от возбуждения.
Лорд Валентин повернулся к Эвершему, отчего загородил собой беседу возле прилавка, и, понизив голос, сказал:
– Она, конечно, не поблагодарит меня за это, но я бы попросил вас присматривать за Кейт, пока она здесь. Этот Бартон – скользкий тип. Я ни на йоту не доверяю ему, но у меня есть дела на другом конце деревни.
– Я позабочусь о том, чтобы она благополучно вернулась к вам, лорд Валентин, – сухо сказал Эвершем. Должно быть, он раскрыл в своих словах больше, чем хотел, потому что его собеседник залился смехом.
– Мне кажется, вы неправильно все понимаете, старина.
– И чего именно я не понимаю?
Эвершем намеренно изобразил непонимание, просто какая-то часть его желала услышать, как Валентин скажет это вслух.
– Мы – друзья. – Валентин закатил глаза. – Я знаю Кейт с тех пор, когда носил короткие штанишки, и она мне как сестра. Но не более того.
Что-то тотчас ослабло в груди Эвершема, но он не был готов более внимательно изучить, что именно.
– Я уверен, меня это не касается, – сказал он и, прежде чем Валентин успел возразить, добавил: – Я сделаю, как вы просите.
Глаза лорда Валентина блеснули чем-то подозрительно похожим на хитринку, и он кивнул.
– Тогда я пожелаю вам хорошего дня.
Переключив внимание на переднюю часть магазина, Эвершем увидел, что леди Кэтрин переместилась туда и встала позади Бартона, который продолжал разговаривать с мистером Грином. Шагнув вперед – надо сказать, весьма вовремя – он услышал, как она, воспользовавшись паузой в их разговоре, произнесла:
– Мне кажется, я видела, как ваша дочь и мистер Томпсон направились к галантерейной лавке, мистер Бартон. Надеюсь, вы захотите присоединиться к ним.
Эвершем по достоинству оценил расчет Кейт. Такой человек, как Бартон, который охотился за титулом для своей дочери, не допустил бы, чтобы девушка проводила время наедине с каким-то никому не известным Томпсоном.
И действительно, не успела леди Кэтрин договорить, как Бартон извинился и торопливо вышел.
Хотя Грин, без сомнения, был расстроен тем, что американец ушел без покупки, он с легкостью человека, умеющего продать любой товар, переключил внимание на леди Кэтрин и Эвершема.
– Леди Кэтрин. – Лавочник отвесил поклон. – Рад приветствовать вас. Ваша «Лондон Газетт» популярна даже вдали от столицы. Впрочем, я в ужасе от того, что произошло в поместье. К мистеру Джонсу здесь хорошо относились.
Повернувшись к Эвершему, Грин продолжил:
– А вы, должно быть, мистер Эвершем из Скотленд-Ярда.
Мужчины обменялись рукопожатиями. Эвершем всмотрелся в круглое лицо хозяина лавки в поисках признаков нервозности, вызванной присутствием в его магазине служителя закона, но ничего не обнаружил.
Обрамленное густыми бакенбардами, придававшими ему сходство со львом, круглое лицо Грина казалось вполне невинным.
Конечно, бывали закоренелые преступники с невинной внешностью, позволявшей им манипулировать своими подручными. Вот почему Эвершем предпочитал веские улики.
– Случившееся с Джонсом – скверное дело, – продолжал торговец. – В Льюистоне подобных вещей не бывает.
Затем, все же продемонстрировав первые признаки беспокойства, Грин достал носовой платок и вытер лоб.
Интересно, подумал Эвершем. Возможно, Грин был не таким уж невинным, как выглядел.
Глава 9
– Конечно, именно то, что случилось с бедным мистером Джонсом, и привело нас сюда сегодня утром, – заявила Кейт владельцу магазина, не утруждая себя притворством, будто пожаловала лишь за бумагой и чернилами.
– У вас тут найдется место, где мы могли бы спокойно поговорить наедине? – спросил Эвершем, подходя к ней ближе, чтобы их разговор не услышали жители деревни, что стояли позади них в магазине.
Грин оттянул пальцем воротник, затем попросил жену присмотреть за магазином. После чего, вновь вытерев лоб, повел Эвершема и Кейт в комнату в дальней части дома. Большую часть помещения занимал огромный письменный стол, и, как только Кейт села, Грин опустился на стул. Эвершем остался стоять.
– Почему бы вам не рассказать нам о ваших отношениях с мистером Джонсом? – Кейт старалась говорить как можно мягче.
– Он был довольно славным человеком, миледи. Всегда вовремя оплачивал счета, и я ни разу не слышал, чтобы кто-нибудь в деревне плохо отзывался о нем.
– Интересно слышать от вас такие слова, Грин. – Эвершем занял позицию спиной к маленькому камину. Его рост подчеркивал его полномочия даже больше, чем голос. – Мы слышали, что до его убийства у вас с Джонсом состоялся весьма жаркий спор. Не могли бы вы рассказать нам об этом?
Грин вытаращил глаза, и на мгновение Кейт испугалась, как бы он не выбежал из комнаты.
– Надеюсь, вы не хотите сказать, будто думаете, что я неким образом причастен к смерти этого человека? – с нервным смешком сказал Грин. – Разумеется, я его не убивал, мистер Эвершем. Это был просто спор. Людей из-за разногласий не убивают.
– Возможно, знай мы, о чем был спор, мистер Грин, мы могли бы лучше определить… – поймав многозначительный взгляд Эвершема, Кейт умолкла. Он был явно недоволен тем, что она задает вопросы.
Ей следовало знать: его терпимость к тому, что она взяла допрос Грина в свои руки, была лишь временной. И это при том, что она получала от Грина ответы, не заставляя, однако, его трястись, словно напуганный кролик.
Явно не замечая противоречий между его собеседниками, Грин решил сосредоточить свое внимание на Кейт.
– Просто Джонс хотел купить у меня несколько писем. Но когда я сказал, что не намерен их продавать, он начал мне угрожать.
При последнем слове Эвершем выпрямился.
– Но вы сами сказали, что Джонс был «довольно славным человеком». Я не думаю, что угрозы – это действия хорошего человека. А вы, мистер Грин?
Хозяин лавки взглянул на детектива и поспешил изобразить смущение.
– Это было
