Харе Кришна!
Ответы на вопросы:
Прабху: Как правильно поправлять другого человека? Ты видишь, что человек делает что-то не так, и когда начинаешь анализировать, то видишь, что у тебя в сердце те же самые проблемы.
Гуру Махарадж: Не нужно никого поправлять. Этого должны требовать обстоятельства. Но не нужно никого поправлять. Если это относится к вашему долгу, то нужно. Но если нет – не нужно никого поправлять. Например, старший должен поправить младшего, это нормально. Старший не должен просто смотреть, старший должен поправить. Но равный уже не обязан это делать. Младший не поправляет вообще никого из старших. Итак, есть долг. Считает ли он вас старшим? На самом деле являетесь ли вы старшим? То есть нужно правильно оценить обстоятельства, чтобы сделать правильный вывод. Не нужно никого поправлять, не об этом думайте. Нужно служить. Поправлять – это исключение. Гуру должен поправлять своих учеников, и то он еще должен найти подходящее время, место и обстоятельства. Это не главный наш менталитет.
Прабху: Что же тогда делать со своим сознанием, когда хочется поправить?
Гуру Махарадж: Повторять Харе Кришна. Вы же знаете ответ, вы забыли. Именно в этом заключается вся суть - повторять Харе Кришна. При всех обстоятельствах.
Прабху: Если человек следует определенным стандартам чистоты, и попадает в общество, где этому не следуют, они живут по другим стандартам. И ты понимаешь, что не вправе указывать им на эти недостатки, это определенная гордость, ты чувствуешь себя выше.
Гуру Махарадж: В Гите говорится, что не нужно указывать на недостатки этим людям, но нужно подать пример. Личный пример. На это требуется время и терпение, прежде чем они обратят на это внимание, отреагируют каким-то образом. Именно пример.
Вопрос: Что является критерием культуры, чистые привычки или уважение к личности?
Гуру Махарадж: А как вы думаете, уважение к личности можно назвать привычкой? Ведь если рассматривать природу, то привычка – это вторая природа, еще говорят. Мы должны привыкнуть уважать личность. Автоматически, кого бы ни увидели – мы должны быть настроены на уважение. Автоматически. Это должно быть нашей вайшнавской природой. Это чистая привычка, надо рассматривать с этой точки зрения. Уважение – это также стандарт чистоты.
Прабху: Внутренние изменения происходят просто за счет нахождения в обществе естественным образом или за счет внутренней работы? Просто оставаясь в обществе, внутренние изменения произойдут или необходима еще какая-то внутренняя работа?
Гуру Махарадж: Оставаться в обществе – это главное, что говорил Прабхупада. «При всех обстоятельствах оставайтесь в обществе Сознания Кришны». Даже если вы не можете занять себя должным образом. Всё равно он сравнивал это общество с поездом. Общество движется, продвигается. Мы видим, что есть пассивные преданные, не очень занятые служением, но они остаются в обществе. И есть преданные, которые неплохо следуют стандартам, но они не общаются с обществом близко, есть такие примеры в жизни, бывают. И можно видеть, что те преданные, которые хотя и тверды в своей садхане, но не общаются с обществом преданных, они остаются на том же уровне развития, на котором когда-то ушли из общества. А те не очень активные преданные, которые все же остаются в обществе, они продвигаются дальше. Вместе с обществом. Это поезд, где даже если вы пролежали всю дорогу на третьей полке, всё равно он едет. Вот такой пример Прабхупада давал, как важно оставаться в обществе преданных. Кто-то там что-то делал, а кто-то просто на третьей полке всё это время лежал. Но поезд то едет.
Прабху: Зачем стандарт разделения на мужскую и женскую половину?
Гуру Махарадж: Хороший вопрос. Это дает нам сосредоточенность. Чтобы мы могли сосредоточенно думать о Кришне. Только две вещи выводят из равновесия ум человека. Две вещи – это золото и женщины. А строго говоря одна – это женщины. Противоположный пол. Поэтому хорошо, когда мы соблюдаем это разделение.
Прабху: Но они же все равно рядом, не в соседнем храме. Всё равно смотрят.
Гуру Махарадж: Нет, если кто-то хочет, он может и на расстоянии поддерживать связь с женщинами. Это вопрос желания. Но если человек настроен контролировать чувства, это поможет ему. Если он не настроен контролировать чувства, то какая разница, он может издали смотреть похотливым взглядом, рассматривать. Это вопрос уже желания. Но мы же хотим культуры, и вот этот порядок способствует культуре чистоты.
Прабху: Какими мыслями задаться, чтобы понять, как распространять Сознание Кришны?
Гуру Махарадж: Должно быть просто искреннее желание. И потом будет процесс. Каким он будет конкретно у вас или еще у кого-то – я не знаю. Вот у меня это тоже было своеобразно. Например, я прошел через очень сложный опыт проповеди в институтах и университетах Петербурга. Очень болезненный опыт у меня был. Это были 90-е годы. Мне дали задание в петербуржском храме, чтобы я проповедовал в университетах и институтах студентам, молодежи. Но время уже было такое, когда нас стали признавать опасной сектой. То есть в институты нас не пускали. Раньше мы приходили куда угодно, и нас пускали. Не знали что это, Восток, учение, интересно, люди сбегались со всех курсов, там был ажиотаж, киртаны начинали с ними петь, танцевать, прыгать до потолка. Но а потом была обратная реакция. И вот в этом время я должен был ходить по университетам и проповедовать. Именно в это время. Это было примерно в течение двух лет. Около двух лет тяжелого опыта. И куда бы мы ни пошли, нас нигде не принимали. Как только слышали «Сознание Кришны» - нет, только не кришнаиты.
Тогда тактика изменилась. Мне дали одну самую красивую брахмачарини. У нее прическа была, она макияж делала в то время, вот ее и выбрали, и она ходила к этим всевозможным ректорам, и говорила что-то косвенное. Что мы расскажем о вегетарианстве, о чистом образе жизни, «у вас студенты курят? - вот мы об этом тоже поговорим». Она могла представить всё это. И вид у нее был тоже соответствующий. Тогда двери открылись сразу же повсюду. А я даже не знал, что она предлагала им. Понятия не имел, просто проповедовал и всё. И нас иногда просто посреди лекции останавливали и выгоняли, бывало такое. Просто преподаватель вставал и говорил – «всё понятно, вон отсюда вообще!» Вот так было.
